Бетховен. Биографический этюд - Василий Давидович Корганов

Прижизненная маска Бетховена. Скульптор Франц Кдейн. 1812

Брейткопфу и Хертелю в Лейпциге.

Вена, 7-го января 1809 г.

Вы скажете – вот такой-сякой – это верно, более неисправного корреспондента не может быть – ведь вы получили терцеты. Один, как вы знаете, был готов уже когда вы уезжали, но я хотел послать его вместе со вторым, который тоже был готов уже несколько месяцев тому назад. Но я и не думал отсылать его вам. Наконец, к. набросился на меня. Вы окажете мне большую услугу, и я очень прошу вас об этом, не издавать до Пасхи всех моих произведений находящихся у вас, так как постом я, наверное, буду у вас, а также не ставьте до тех пор ни одной из новых симфоний, потому что, когда буду в Лейпциге, то с помощью известных мне усердием и добросовестностью лейпцигских музыкантов устрою истинное празднество, тогда же примусь за корректуру. Разные мерзости, кляузы и интриги принудили меня наконец покинуть дорогое мне немецкое отечество; по предложению его величества короля Вестфалии отправляюсь туда на должность капельмейстера с годовым окладом в 600 дукатов золотом, как раз сегодня я отправил почтой свое согласие и жду только указаний мне, чтобы начать сборы в путь, каковой лежит на Лейпциг; поэтому, чтобы обставить мое путешествие более эффектно, прошу вас, если это для вас не очень убыточно, еще не публиковать ничего из моих произведений до Пасхи. В сонате, которая посвящена барону Глейхенштейну, исключите, пожалуйста, слова и.-к. секретарь, так как ему это не нравится. В музыкальной газете, вероятно, появятся скверные отзывы отсюда о моем последнем концерте; я далек от мысли преследовать все, что пишут против меня, но следует знать, что здесь никто не имеет столько личных врагов, как я; тем более, что музыкальные дела здесь все ухудшаются. У нас встречаются капельмейстеры, которые так мало знакомы с дирижерским искусством, что едва дирижируют сами. В Видене, кажется, хуже всего, там мне пришлось дать свой концерт, причем со всех сторон мне ставили препятствия. С концертом в пользу вдов вышла отвратительная штука, главный виновник – Сальери; из вражды ко мне он грозил уволить тех музыкантов, которые будут играть у меня, хотя не обошлось без промахов, в которых я не виновен, все же публика отнеслась ко всему восторженно, тем не менее здешние писаки, наверное, не преминут опять послать всякие гадости в «Музыкальную газету». Главным образом музыканты были возмущены тем, что когда по невнимательности ошиблись в самом легчайшем и простейшем месте, то я вдруг велел остановиться и громко крикнул «еще раз!» – этого еще никогда с ними не случалось; публика при этом выразила свое одобрение. Но с каждым днем становится хуже. За день до моего концерта, в городе в театре в маленькой легкой опере Milton оркестр так сбился, что и капельмейстер, и директор, и оркестр совершенно провалились, а капельмейстер стал догонять оркестр, вместо того, чтобы вести его за собою.

Отвечайте, мой друг, сейчас же!

С глубоким почтением ваш покорнейший слуга Бетховен.

Прошу вас не публиковать ничего определенного о моем назначении в Вестфалию, пока я вам не сообщу о получении указа. Прощайте и пишите скорее. О моих произведениях поговорим в Лейпциге. Кое-какие намеки о моем отъезде отсюда можно было бы поместить в «Музыкальной газете» и несколько шпилек по поводу того, что тут никто ничего путного не сделал для меня.

Вена, 4-го марта 1809 г. Милостивый государь!

Из прилагаемого при сем вы видите, что обстоятельства переменились, и я остаюсь здесь. Но все же я думаю совершить маленькое путешествие, если не произойдет столкновения ныне угрожающих туч. Вы получите известия, конечно, своевременно. Вот opus и т. п. трех произведений. Соната для фортепиано и виолончели, ор. 59, г-ну барону Глейхенштейну. Две симфонии посвящаются тоже двум лицам, именно: его сиятельству графу Разумовскому и его светлости князю Лобковичу. Симфония С-moll ор. 60, симфония F ор. 61. Вы получите завтра указания относительно маленьких изменений, которые я сделал в симфониях во время исполнения. Когда я вам дал их, то еще не слышал ни одной; и не следует считать себя столь божественным, чтобы не сделать кое-где исправлений в своих сочинениях. Г-н Штейн предлагает вам переложить симфонии для двух фортепиано. Напишите мне: хотите ли вы и согласны ли уплатить гонорар!

Свидетельствую свое глубокое почтение и остаюсь второпях ваш преданный друг Л. в. Бетховен.

28 марта 1809 г. Милостивейший государь!

При сем приложены поправки в симфониях – велите сейчас же исправить их в досках. Название симфонии в F следующее: «Пасторальная симфония, или воспоминание о сельской жизни», скорее выражение чувств, чем живопись – в Andante той же симфонии надо еще указать в басовых партиях, сейчас в начале: due Violoncelli solo primo e secundo con Sordino ma gli Violoncelli tutti coi Bassi; вы писали, что нашли ошибку в третьей части симфонии c-moll – не помню, какого рода – самое лучшее, если вы пришлете мне корректуру с партитурой, которую вы получили; через несколько дней получите все обратно. Я был бы очень доволен, если бы точно так же поступили с трио и виолончельной сонатой; если в виолончельной сонате заглавие не печатано, можно еще поставить – моему другу барону и т. д. – как помнится, я послал только два трио, тут какая-то ошибка, может быть, Вагнер подшутил и прибавил третье, собственного изобретения или чье-либо чужое? Чтобы избежать недоразумений, привожу ниже темы этих пьес.

В следующем письме отвечу вам на все остальное в ваших письмах, шлю лучшие пожелания.

Второпях весь ваш Бетховен.

Вена, 5-го апреля 1809.

Глубокоуважаемый и милостивый государь!

С удовольствием прочел ваше письмо – благодарю вас за статью в М. Г., но желательно при случае сделать поправку в том, что касается Рейхарта, я отнюдь не был приглашен Р., напротив, главный камергер его высочества короля Вестфалии граф Трухзес Вальдбург распорядился предложить мне место первого капельмейстера е. в. короля Вестфалии; это предложение было сделано еще до приезда Рейхарта в Вену и он сам, как говорят, был удивлен, что не слыхал ничего обо всем этом. Р. приложил все старания, чтобы отговорить меня ехать туда, так как я имею много оснований не доверять г. Р., и он сам, может быть, из каких-либо политических соображений сообщил вам