Честь королевы - Дэвид Марк Вебер

Коммандер взял фуражку под мышку и встал по стойке смирно.

– Коммандер Томас Тейсман, флот Истинных, мэм, – четко сказал он с акцентом, который не имел ничего общего с Масадой.

– Ну разумеется, коммандер, – иронический тон Хонор был слегка подпорчен тем, что она до сих пор глотала звуки.

Тейсман с изумлением смотрел на ее помертвевшее, искалеченное лицо и повязку на глазу. Но Хонор так и не дождалась, что он клюнет на ее приманку, и наконец пожала плечами.

– И почему вы хотели меня видеть, коммандер?

– Мэм, я…

Тейсман взглянул на Рамиреса, потом опять на нее в ясной, хотя и бессловесной просьбе поговорить наедине. Майор напрягся, но Хонор задумчиво посмотрела на хевенита, а тот сжал губы, глядя ей прямо в глаза.

– Спасибо, майор, – сказала она наконец, и Рамирес на секунду ощетинился, потом вытянулся по стойке смирно и удалился в красноречивом молчании. – Ну, так в чем дело, коммандер? – поинтересовалась она. – Возможно, вы собирались сообщить мне, почему Народная Республика атаковала флот Ее Величества?

– Капитан Харрингтон, я – гражданин Масады, – ответил Тейсман. – Мой корабль – мой бывший корабль – это корабль масадского флота «Владычество».

– Ваш бывший корабль – эсминец «Бреслау», построенный судоверфями Гантера для Народной Республики Хевен, – ровным голосом сказала Хонор. Его глаза слегка расширились от удивления, и она улыбнулась подвижным уголком рта. – Моя абордажная команда нашла закладную табличку верфи, а не только официальную масадскую регистрационную запись, коммандер Тейсман. – Ее улыбка исчезла. – Может, хватит играть в игры?

Секунду он молчал, потом ответил таким же ровным тоном:

– Мой корабль был куплен масадским флотом, капитан Харрингтон. Официально все члены моего экипажа – подданные Масады.

Он почти с вызовом уставился на нее, и она кивнула. Ее собеседник выполнял свой долг, как и она сама, и ему было приказано придерживаться легенды, не важно, насколько фальшивой.

– Ну что ж, коммандер, – вздохнула она. – Если вы собираетесь держаться этой позиции, могу я поинтересоваться, зачем вы хотели меня видеть?

– Да, мэм, – ответил Тейсман, и впервые в его манере отразилась неловкость. – Я… – Он сжал зубы, потом упрямо продолжил: – Капитан, я не знаю, что вы собираетесь делать с базой на Вороне, но вы должны кое-что знать. Там держат мантикорцев.

– Что? – Не удержавшись, Хонор почти вскочила на ноги. – Если это какая-то… – начала она зловеще, но он ее перебил.

– Нет, мэм. Капитан… – Он откашлялся. – Один из моих вышестоящих офицеров, – продолжил он осторожно, – настоял на том, чтобы подобрать выживших с «Мадригала». И их подобрали. Потом их доставили на Ворон и передали в распоряжение… местных властей.

Хонор опустилась обратно в кресло. Осторожный подбор слов, использованных хевенитом, включил сигнал тревоги у нее в мозгу. Она нисколько не сомневалась, что Масада с радостью бросила бы выживших с «Мадригала» на произвол судьбы. Именно из этого она и исходила и старалась не думать о том, какой смертью они умерли. Теперь она знала, что кое-кто выжил, но что-то в тоне, которым Тейсман сказал «местные власти», приглушило вспышку радости. Насколько позволяла его легенда, он старался откреститься от этих властей. Почему?

Она открыла было рот, но мольба в его глазах стала заметнее, и Хонор на ходу изменила вопрос.

– Почему вы мне все это рассказываете, коммандер?

– Потому что… – резко начал Тейсман, потом остановился и отвернулся. – Потому что они не заслуживают того, чтобы их бомбили свои же.

– Понятно.

Хонор изучала его профиль, понимая, что он сказал далеко не все. Слишком зло он начал отвечать, и его злость в сочетании с очевидным отвращением при упоминании «местных властей» напугала Хонор.

– А если мы пока просто оставим базу в покое, коммандер, как вы считаете, подвергнется их жизнь опасности? – негромко спросила она.

– Я… – Тейсман прикусил губу. – Сожалею, но я отказываюсь отвечать на этот вопрос, капитан Харрингтон, – сказал он церемонно, и она кивнула.

– Понятно, – повторила она.

Он покраснел, чувствуя по ее тону, что она восприняла это как ответ на свой вопрос, упрямо набычился. У этого человека есть не только способности, но и цельный характер, подумала Хонор и понадеялась, что таких людей на службе Хевена немного. Или лучше надеяться на противоположное?

– Ну что ж, коммандер Тейсман, я понимаю…

Она нажала кнопку и посмотрела мимо Тейсмана на люк, в котором вновь появился Рамирес.

– Майор, пожалуйста, проводите коммандера Тейсмана до места его содержания. – Она взглядом приостановила подчиненного. – Вы лично отвечаете за то, чтобы с ним и его экипажем обращались с уважением, соответствующим рангу. – Глаза Рамиреса вспыхнули, но он кивнул, и она перевела взгляд на Тейсмана. – Спасибо за информацию, коммандер.

– Да, мэм. – Тейсман снова вытянулся.

– Когда проводите коммандера, майор, возвращайтесь сюда – и приведите своих ротных командиров.

* * *

Капитан Харрингтон и ее офицеры встали, когда вошел адмирал Мэтьюс, но он жестом велел им сесть, смущенный проявленным почтением – после всего, что они сделали. Он кивнул коммандеру Брентуорту и заметил, что присутствуют и офицеры мантикорской морской пехоты.

– Спасибо, что пришли, адмирал, – сказала Харрингтон. – Я знаю, что вы наверняка были очень заняты.

– Со всеми моими делами вполне могли справиться начальник моего штаба и капитан флагманского корабля, – сказал Мэтьюс, отмахиваясь от ее благодарности. – Насколько тяжелые у вас повреждения, капитан?

– Могли быть хуже, сэр, но все достаточно плохо. – Ее высокий не вполне разборчивый голос звучал мрачно. – Импеллеры «Аполлона» не повреждены, но на нем почти двести раненых и убитых, на левом борту остался только один лазер, а защитную стену правого борта в местных условиях не починить.

Мэтьюс поморщился. У него жертв было куда больше, и от всего его флота остались только два крейсера, один из которых, «Слава», был сильно поврежден, и одиннадцать ЛАКов. Но по-настоящему важны были мантикорские корабли, и все в комнате это знали.

– «Бесстрашный» отделался легче, – продолжила наконец Харрингтон. – Мы потеряли гравитационные сканеры дальнего действия, но жертв у нас сравнительно немного, и основное вооружение, радары и контроль ведения огня практически не затронуты. На «Трубадуре» погибли двадцать человек, они лишились двух пусковых установок и пятого лазера. Еще они почти целиком утратили дальнюю связь, но сканеры в основном не повреждены. Боюсь, что «Аполлон» из боя вышел, но «Бесстрашный» и «Трубадур» готовы сражаться дальше.

– Это хорошо. Мне жаль, что корабль и экипаж коммандера Трумэн пострадали, но я очень рад услышать остальное, капитан. И я благодарен за все, что ваши люди сделали для нас. Вы передадите им мою благодарность?