Тайный коридор - Андрей Венедиктович Воронцов

Алексей потерянно молчал.

– Но я справлюсь с этим, обязательно справлюсь. И еще… Если у вас… с вашей женой… не заладится все-таки общая судьба, знайте – я вас жду. Даже если выйду замуж. Даже если уеду. Это не верность. Это другое. Должна же быть и у меня своя судьба – с любимым мужчиной. Хорошая или плохая.

– Спасибо, Катя, – с трудом вымолвил Звонарев, не узнавая собственного голоса. – Катя! Я понимаю, это больно, мучительно… но сделайте еще одно усилие: забудьте обо мне! – Он тоже невольно перешел на «вы». – С вами случилось несчастье: свою потребность в любви, великую для всякого человека потребность, вы связали со мной – потрепанным, никчемным, до краев переполненным мусором прожитых лет… Посмотрите на меня, как если бы вы были выше меня метра на два, – взглядом красивой, цветущей, уверенной в себе девушки! Что я? Я пенек, интеллигентская плесень! Я не мог сделать счастливым единственного человека, которого любил! Зачем же я вам?

– Если бы я это знала, мне было бы, наверное, легче, – уже спокойно ответила Катя. – Иди, Алеша. Но я хочу, чтобы ты помнил: я тебя люблю. Я тоже не могу без любви.

Звонарев опустил голову и ушел в свой разгромленный кабинет. Посмотрел на редакторов, суетливо и бестолково пытающихся навести порядок, и ужасная мысль вдруг пронзила его. А что, если наемники Немировского пришли и к нему домой с обыском, а там Наташа, которая не пошла на работу в рекламное агентство, и не собиралась ходить уже никогда… Здоровенные холуи, роющие копытами землю в ожидании долларовой подачки, получили приказ обшарить дом, а человек из него не выходит. Что они в этом случае сделают? Они убьют этого человека, чтобы не помешал, не стал свидетелем… Или возьмут в заложники, чтобы они с Кузовковым были посговорчивей. Алексей схватил телефонную трубку. Пальцы дрожали, никак не могли набрать номер. Наконец получилось. Длинные гудки. «Алло!» – с облегчением услышал он голос Наташи.

– Наташа! У тебя все в порядке?

– Почему у тебя такой голос? Все в порядке, любимый. Я убираю в квартире. Жду тебя.

– Наташа! Никому не открывай дверь. Даже если будут долго звонить. Возьми с антресолей пистолет. Если они попытаются сами открыть или выломать дверь, сними пистолет с предохранителя – такой рычажок сбоку, – оттяни затвор до самого конца, до щелчка и стреляй прямо в дверь, раза три. Потом вызывай милицию, говори: вооруженное нападение. А я немедленно выезжаю к тебе.

– Кто – они? О ком ты говоришь? Что случилось? Это связано… с ним?

– Нет. Приеду и все объясню.

Алексей повесил трубку и бросился к Кузовкову, по пути чуть не сбив с ног плачущую в своем закутке, с грудой пыльных папок в обнимку, Катю.

Слава богу, у него уже сидел один из оперативников, Павел, вызванный по тревоге.

– Паша, ты вооружен?

– Пришлось, – мрачно кивнул Павел. Несмотря на жару, был он в кожанке, которая коробом топорщилась на груди, – видимо, под ней был бронежилет.

– Поедем, пожалуйста, ко мне домой на кузовковской «Волге». Или на нашей «газели». Сначала завезем самого Кузовкова к нему домой, посмотрим, все ли в порядке, а потом – ко мне.

– Ты чего это распоряжаешься, как будто уже занял мое место? – спросил пораженный Кузовков. – Павел – туда, Кузовков – сюда… Что случилось?

– Ты же сам говорил, что теперь надо ждать гостей у нас дома! А если им будут мешать твоя жена, дети, а Немировский станет их подгонять? Ты подумал об этом? Или ты думаешь только о том, как бы повернуть историю?

– Да, действительно, – пробормотал Кузовков. – Ты прав, надо куда-то вывозить их из города. Поехали!

* * *

Но ни в тот день, ни позднее никаких взломов и обысков, слава богу, больше не произошло. Платоныч потом объяснял это так: поскольку его друзья из МВД действительно нашли в офисных телефонах «жучки», то люди Немировского, прослушав телефонный разговор Звонарева с женой, где фигурировали пистолет и наказ стрелять в дверь, решили, что лучше обойтись без шума и пальбы. А может быть, причина была в захватывающем шоу, которое на следующий день устроил сотрудникам службы безопасности Немировского оперативник Павел.

Дело было так. В пятницу вечером жен и детей всех сотрудников «Секретных расследований» посадили в редакционную «газель» и повезли на подмосковную госдачу отставного генерала МВД, бывшего начальника и друга Платоныча. Дом был старенький, постройки 40-х годов, но просторный, в три этажа, так что места всем бы хватило. Но самое главное: дачная территория охранялась милицией. Предложили поехать и Кате, но она, узнав, что ей придется жить в одном доме с женой Звонарева, решительно отказалась.

«Газель» в пути сопровождала кузовковская «Волга», за рулем которой сидел Павел, а рядом – Платоныч. Когда миновали Кольцевую, за ними увязалась какая-то «мазда». Павел, прошедший Чечню, связался по мобильному с Кузовковым, ведущим «газель», и попросил свернуть в лес ближайшей проселочной дорогой. Свернули. «Мазда», как на веревочке, последовала за ними. В лесу Павел снизил скорость. Подпустив поближе машину преследователей, он вдруг развернулся поперек дороги и остановился. «Мазда» тоже была вынуждена остановиться, попыталась дать задний ход, но забуксовала.

Павел быстро достал из-под сиденья калашников укороченный с глушителем, высунул ствол в окно «Волги» и расстрелял скаты «мазды». Преследователи выскочили из машины и побежали было в лес, но Паша пресек эту попытку, дав несколько очередей поверх их голов. Потом, держа всю четверку на мушке, он уложил их рядком на обочине, лицом вниз, а Платоныч связал им за спинами руки их же брючными ремнями, отобрал стволы, рации и мобильники. Пассажиры «газели» ничего этого не видели, так как остановились метрах в двухстах впереди «Волги».

После этого «газель» и «Волга» спокойно вернулись на шоссе, объехав завалившуюся набок «мазду» и четырех мужиков, лежащих ничком в дорожной грязи со спущенными до колен штанами.

Вероятно, незадачливые секьюрити, чтобы оправдаться перед хозяевами за позорный провал, сочинили такую историю о боевой мощи «Секретных расследований», что больше никаких акций вроде налета на офис и дачу Кузовкова Немировский не предпринимал.

Пленки и компьютерная верстка журнала были отправлены в Белоруссию тогда же, в пятницу. Через три дня все должно было быть готово. Там же, в Минске, заказали автофургон. Охранять его в пути должен был агент Дима.

Кузовков назначил встречу главному редактору известной бульварной газеты, которая контролировалась олигархом, враждующим с Немировским, в ночном клубе – но не в баре или танцзале, а в комнате для любовных утех