Глубина резкости - Тери Нова

Скотт прибыл спустя двадцать минут, я коротко пересказал ему все, что знал. Он передал мне институтские сплетни и сказал, что тоже пробовал звонить Элли, но тщетно.

– Кристен всегда была сукой, вечно завидовала ей из-за твоего дружка Каллахана и учебы, но чтобы опуститься настолько… – Парень устало плюхнулся на диван. – Давно следовало вычеркнуть ее из жизни.

– Плевать мне на эту стерву, нужно найти Элли.

– Ты пробовал позвонить ее родителям?

Мои глаза расширились, а руки уже набирали домашний телефон соседей из Брейдвуда. Черт, как же сам не догадался. Злость и беспокойство совсем не помогали мыслить здраво.

– Алло. – Отец Элли ответил почти сразу, и я проглотил слова. В порыве отыскать свою девушку даже не придумал, что сказать, ведь ее родители были не в курсе наших отношений. Не то чтобы я был бы против обнародования, но она будет не в восторге, если ляпну что-то такое по телефону. – Ох! Телефонный шутничок! Ну отлично! Слушай сюда, сопляк…

– Стойте! Мистер Пирс, это Райан… Донован. – Голос как будто стал выше от понимания, что на том конце провода был не просто сосед, а отец моей девушки. Скотт тихо заржал.

– Райан! Рад тебя слышать! Какими судьбами? Что-то с отцом? – Его тон сменился на радушный, и я откашлялся.

– Нет, нет, все прекрасно. Вообще-то искал Элли и подумал, может у вас найдется ее номер? – Очень убедительно, болван.

– Тебе повезло, сынок! Моя дочь как раз приехала несколько часов назад. Передам ей трубку, подожди. – Я с облегчением выдохнул, подав Скотту сигнал, что девушка нашлась, а сам вышел в кухню. На линии послышались тихие шаги и стук. Затем голоса и шуршание.

– Алло, – тихо сказала Элли, а мое сердце заколотилось в бешеном ритме от осознания, что она в безопасности в родительском доме.

– Слава богу, черт возьми! Ты что, решила довести меня до сердечного приступа? Зачем отключила телефон?

– Ах, Райан, привет! Давненько не виделись! Как твои дела? – делано пропела она веселым тоном. Значит, Чарли все еще там.

– Выпроводи отца и закрой чертову дверь, чтобы можно было побеседовать с нормальной версией тебя. Пожалуйста, – добавил, опасаясь, что переборщил с тоном.

– Как здорово, у меня тоже все прекрасно, – прощебетала лгунья, за чем последовал щелчок двери. – Ты сдурел сюда звонить? – грозным шепотом спросила она.

Я опешил.

– Ты, блин, серьезно? Сбегаешь в Брейдвуд вместо того, чтобы позвонить мне или Скотту, отключаешь долбаный телефон, а потом удивляешься, что звоню? Можешь меня поблагодарить, что предупреждаю, и подготовить родителей, потому что прямо сейчас собираюсь выехать к тебе.

– Что? Нет, только не это! – Это что, паника? – Ради бога, Райан, мне только этих проблем не хватало. – Ее голос дрогнул, и я ощутил боль в груди.

– Детка, я все знаю. У меня был разговор с ректором, мне очень жаль.

– Мне тоже, милая! – крикнул Скотт из гостиной. Гаденыш подслушивал наш разговор.

Элли молчала.

– Почему ты не позвонила? Немедленно бы примчался, мы нашли бы выход.

– Какой выход, Райан? Она украла мои фотографии и выдала их за свои, – шмыгнув носом, прошептала девушка.

– Ректор все мне рассказал, но без доказательств гребаный бюрократ не собирается даже слушать. Детка, мы все решим, обещаю. Безвыходных ситуаций не бывает.

В трубке было тихо, только сопение и еле слышные всхлипывания.

– Элли, умоляю, не плачь. – Звуки по ту сторону разрывали грудную клетку изнутри. – Послушай, мне нужна твоя помощь в одном деле.

План, зреющий в голове, требовал от меня небывалого усилия над собой. Ради Элли я готов был швырнуть свою гордость в Мичиган в стальном ящике, опутанном цепями. Да что там, сам бы залез внутрь ради ее благополучия.

– Детка, ты слышишь?

– Я здесь. Что еще за дело? – робко спросила она, а я разрывался между желанием остаться в поисках выхода из ситуации и сорваться в Брейдвуд, где можно заключить ее в свои объятия.

– Милая, просто хочу помочь, но для этого мне нужно, чтобы ты мне доверилась. И не грустила. Не могу спокойно решать дела, пока там льешь слезы. Пообещай, что перестанешь волноваться.

– Скажешь, что ты собираешься сделать? – неуверенно проговорила Элли.

– Всего лишь восстановить справедливость. Сейчас ты успокоишься, спустишься вниз и выпьешь чай в компании родителей. А я обещаю, что пока не сунусь в Брейдвуд с серенадой и не опозорю тебя на весь квартал.

Шутка возымела эффект, и мягкий смех этой девушки пустил тепло в каждую частичку моего тела.

– Это связано с нарушением закона?

Я рассмеялся.

– Не могу обещать ничего конкретного. Но вообще-то в моих планах было оставаться на свободе как можно дольше. Я могу помочь. Ты мне веришь?

– Да. – Это все, чего я ждал в ответ.

– Если тебе что-нибудь нужно, один твой звонок, и приеду.

– Хорошо.

– И еще кое-что.

– Да?

– Я люблю тебя, – улыбнулся собственным словам, уже готовый повесить трубку.

– Я люблю тебя, Райан, – прозвучало в ответ, как самая чистая музыка, до того как звонок завершился.

Вернувшись в комнату, застал Скотта дремлющим на диване.

– Издеваешься? – подходя, пихнул парня в плечо.

– Ох! Больно! Что у вас в городе за замашки вечно всех колотить? – проворчал Скотт, потягиваясь. – В моем доме гребаная вечеринка, я почти не спал ночью. – Он сел, протирая глаза. – Как она?

– Сложно сказать, – мне все еще не нравилась перспектива пребывания вдали от Элли. – По крайней мере, она в надежных руках.

– Побойся бога, разве что-нибудь может быть надежней этих двух мускулистых ручищ? – Он ткнул пальцем в мою рубашку. – Так мы будем доставать нашу девочку из задницы?

Улыбнувшись, я начал рассказывать Скотту свой примерный план. Мы обговорили все возможные варианты. Самым сложным пунктом, пожалуй, было обратиться к человеку, чьей помощи просить совсем не хотелось, но без него вся затея была одним большим куском дерьма, а это меня ни разу не устраивало.

Глава 32. Ник

К своим двадцати семи годам я мог уверенно сказать, что жизнь изначально делит людей на баловней судьбы и неудачников. Первые срывают долбаный джекпот, купаются в любви родителей, имеют кучу друзей, пользуются успехом у женщин и находят любовь всей своей жизни буквально в соседнем доме. Вы спросите, что остается вторым? Да ни хрена! Они сваливают из дома еще до совершеннолетия под свист прилетающих в спину проклятий. Потом кое-как перебиваются, живя у друзей, и старательно надрывают зад, выкарабкиваясь из гребаной ямы, пока вконец не разочаровываются в себе, сталкиваясь лбом со стеной под названием «ты хороший парень, но…».

Я слышал эту фразу столько раз, что мог бы сделать ее своим официальным слоганом. Она буквально была высечена у меня на лбу, как ебаное клеймо. Все девушки