Король - Бен Кейн

Мы обменялись мрачными взглядами.

– Если ничего не предпримем, французики превратят стену в пыль прямо у нас на глазах, – заметил я. – Лучше уж сделать хоть что-нибудь в ближайшие несколько дней.

– Угу. – Рис махнул Катарине. – Она хочет кое-что сообщить вам.

До ее возвращения я успел незаметно скинуть на пол несколько мидий и задвинул их под прилавок носком сапога. Коты бросились за ними, шипя друг на друга.

Катарина оглядела мою тарелку, опустевшую больше чем наполовину.

– Добавки, сэр Руфус?

– Нет, Катарина, благодарю. – Я послал ей свою самую любезную улыбку в надежде, что это сработает. – Необычайно вкусно, но я уже не в силах проглотить ни кусочка.

– Вам нужно больше есть, сэр, – сказала она. – Вы такой худой, кожа да кости. Я без конца твержу об этом Рису.

Я поглядел на него в поисках поддержки, но он только пожал плечами. Я решил сменить предмет разговора:

– Рис сказал, что у тебя есть новости.

Женщина посмотрела на валлийца, тот шепнул что-то ей на ухо, и она заулыбалась.

– Ах да. Фиц-Алдельм. – Катарина произнесла его имя шепотом, потом подмигнула мне. – Вы хотите, чтобы за ним следили?

– Хочу.

Я не стал говорить зачем: пусть Рис сам объяснит. Катарина перевела взгляд на мальчишку с красным ухом.

– Он может это сделать. Вместе с друзьями.

– Кто они такие?

– С полдюжины таких же, как он, заморышей. Беспризорники и сироты, каких много в городах. Спят под открытым небом или на чердаках в конюшнях, пропитание добывают попрошайничеством и мелким воровством.

– Как вышло, что этот малый, – я указал на крутильщика вертела, – попал на кухню?

– Я поймала его, когда он хотел стащить мой кошелек, вскоре после нашего приезда в город. Надрала ему задницу и взяла под свое крыло. Здешний майордом принял меня на работу, а заодно взял и парня. – Катарина улыбнулась, словно принять под опеку уличного мальчишку, поступить на службу в замок без приглашения и притащить с собой оборванца было для нее привычным делом. – По его словам, ему известны каждая улочка и каждый переулок.

– Я пробежался взглядом по остальным, – сказал Рис. – Вполне себе пройдохи, вроде меня в их возрасте.

Я усмехнулся, припомнив тонкого как тростинка, остроглазого Риса: я переманил его на свою сторону при помощи краюхи свежего хлеба. Может сработать, подумал я.

– И какова цена?

– Полных желудков вполне достаточно, – заявила Катарина. – Это я легко обеспечу. Но пара серебряных монет тоже не помешает.

– Устроим, – согласился я с улыбкой. – Катарина, ты обладательница многих достоинств. По правде сказать, вы с Рисом друг другу под стать.

Вид у них стал довольней некуда.

На том и порешили. Жан – так звали парнишку, крутившего на вертеле поросенка, – и его друзья начали тенью следовать за моим врагом. Как хвастливо заявил Жан уже на следующий день, Фиц-Алдельм даже на толчок не сходит без их ведома.

Пока мы ожидали от наших лазутчиков ценных сведений, Рис принялся тайком подыскивать лодки – уже с утра следующего дня. Он спросил начальника гарнизона, кому из местных лодочников стоит доверять, нашел их и отсыпал каждому щедрую сумму монет. Мало что способно купить преданность и молчание так, как серебро. Я тем временем взял у графа Роберта две дюжины самых закаленных жандармов. О своем замысле я не рассказывал – нет смысла посвящать их в подробности, пока не придет время садиться в лодки.

Я не знал наверняка, удалось ли Фиц-Алдельму послать весточку за Сену. Французских охранников у катапульт осталось столько же, сколько прежде, но это могла быть просто уловка – мол, они не знают о наших намерениях. Насколько мне было известно, десятки вражеских воинов спускались к самому берегу после наступления темноты и смотрели в оба.

Существовал лишь один способ выяснить, извещен ли Филипп, – пересечь реку.

Глава 14

Примерно через час после повечерия Жан явился ко мне с докладом, как делал теперь ежедневно. Был четвертый вечер после нашего приезда в Руан; Жан и его приятели пока не разузнали ничего стоящего. Мне было известно, что Фиц-Алдельм встает рано, упражняется на дворе снятого им дома (невероятно, но один из оборванцев подрядился доставлять хлеб в этот дом и таким образом получил право ежедневно навещать его). Каждое утро Фиц-Алдельм отстаивал мессу в близлежащей церкви, но не заговаривал ни с кем, кроме священника. Узнав про это, я поручил одному из мальцов следить за кюре – вдруг тот служит французам?

Остаток дня Фиц-Алдельм посвящал обходу кладовых и амбаров, встречам с городскими советниками, купцами и возчиками. Любой из них мог оказаться сторонником французов, и наверняка многие были ими, но, если верить докладам моих лазутчиков, Фиц-Алдельм редко с кем виделся больше одного раза. Я постарался разузнать побольше о каждом и выяснил, что это почтенные горожане, преданность которых едва ли стоит подвергать сомнению. Вечером Фиц-Алдельм возвращался домой и выходил оттуда только к графу Роберту и другим вельможам.

В этот день Жан был воплощенным разочарованием: понурив плечи, он дал односложный ответ на мое приветствие.

– Прямо-таки нечего сказать? – спросил я.

– Он ходил к оружейнику, сэр.

Во мне пробудилось любопытство. Это было что-то новое.

– Знаешь к какому?

Лукавая улыбка.

– Конечно, сэр.

– Итак?

Жан подставил чумазую ладошку.

– Мне решать, стоят ли сведения серебра, не тебе.

Я впился в него строгим взором, и он отвел взгляд. Потом неохотно сообщил, что Фиц-Алдельм заказал красивый кинжал в отделанных серебром ножнах.

Ничего примечательного.

– Долго он пробыл в лавке? Много разговаривал с оружейником или с кем-нибудь еще?

Мальчишка скупо мотнул головой.

– Никакие это не новости, мошенник этакий!

Ухмылка до ушей.

– Попытаться всегда стоит, сэр.

Вот ведь маленький пройдоха, подумал я с улыбкой.

– Ступай и не спускай с него глаз, слышишь?

Жан кивнул. Я повернулся, чтобы направиться к выходу.

– А вы сейчас куда, сэр?

Я обернулся. В мои намерения входило прогуляться до крепостной калитки, расположенной близ главных ворот: через нее можно было выйти на берег реки. Предполагалось, что Рис ждет меня там с двумя жандармами. Примерно через час жандармам предстояло сесть на весла и перевезти нас через Сену, пока мы с Рисом сидим на носу с заряженными арбалетами. Дело рискованное, но я страстно желал приступить к нему. Со времен Утремера мне не доводилось участвовать в настоящей драке.

– Не твое дело, – отрезал я.

– К реке, вот куда вы направляетесь, сэр.

Я бросил на него колючий взгляд:

– С чего