Хозяйка дворца - Чжоу Мо

– Я не сожалею.

– Вот как? – Сердце Чуньвана в один миг опустело. Прошло немало времени, прежде чем он поднял Вэй Инло и положил на кровать, словно в последний раз исполняя долг брата, потом схватил ее руку и поднес к своему лицу, заставляя коснуться его подбородка, губ, носа, глаз…

– Запомни это лицо, – произнес он. – Запомни хорошенько и разыщи меня в следующей жизни, чтобы рассчитаться.

Оставив задыхающуюся от кашля Инло, Чуньван вышел из комнаты не оборачиваясь, на ходу отдал распоряжение:

– С этого дня каши больше не давать.

Чуаньцзы ахнул:

– Так нельзя, эдак ведь она может и с жизнью расстаться…

Управляющий Юань улыбнулся.

– Стойкий дух супруги Лин был сломлен ударом, от которого она так и не смогла оправиться. Ясно тебе?

Евнух задрожал и втянул голову в плечи.

– Слушаюсь!

Раз уж им не суждено быть братом и сестрой в этой жизни, то они встретятся в следующей. Так рассуждал Юань Чуньван, и именно так он собирался поступить – не слишком сложно уморить в гареме впавшую в немилость супругу, чтобы она «скончалась от болезни».

Беспокоило его лишь одно: дело нетрудно было утаить от Хунли, но не от императрицы-преемницы.

Поразмыслив, он вернулся в павильон Чэнцянь и без лишних предисловий опустился на колени перед императрицей.

– Госпожа императрица, простите мне мою вину.

Бирюзовый попугай на жердочке клевал зерно с ладони императрицы Сянь.

– Я еще ничего не сказала, а ты уже знаешь, что провинился?

Сердце Чуньвана екнуло, он не думал, что все раскроется так быстро. Ясно было, что госпожа не была до конца в нем уверена и приставила слежку.

На лице евнуха проступил страх.

– Я самовольно распорядился судьбой супруги Лин не ради себя, а лишь из беспокойства за госпожу императрицу.

Он произнес это в надежде угадать мысли госпожи. Она же легко улыбнулась.

– Ты подкупил лекаря и подделал историю болезни, от которой якобы скончалась супруга Лин. Но от каждого поступка остается след. Если действовать в спешке, можно дать другим оружие против себя.

Юань Чуньван был поражен.

– Вы хотите сказать…

– Пусть супруга Лин умрет, но я не должна иметь к этому никакого отношения. Подготовь-ка пару вещей, одну из них отправишь в павильон Янсинь, другую же… – Императрица помедлила, повернула голову к нему и загадочно улыбнулась. – Другую тоже отправишь в павильон Янсинь.

Глава 181. Искренность

– Что это? – Чэньби открыла мешочек для благовоний и вынула оттуда высушенный цветок гардении.

Ичжу ответила:

– Госпожа, это отправили из дворца Яньси в павильон Янсинь, эта мерзавка хочет разжалобить императора, вы должны защищаться! Сорную траву нужно вырывать с корнем, иначе беды не оберешься. Хозяйка, вам нужно поторопиться с решением! – продолжала служанка.

Чэньби ответила:

– Все считают, что я хочу погубить супругу Лин, и ты туда же?

Ичжу остолбенела.

– Да и неизвестно еще, действительно ли это отправили из Яньси. – Чэньби покрутила в руках гардению и бросила взгляд в окно в направлении дворца.

Цветы гардении в его саду опали – возносившиеся прежде на высоких ветвях, теперь они лежали в пыли.

У Вэй Инло не было сил даже подняться. Чайник на столе приковал ее жадные взоры. Она с трудом приподнялась, на пределе сил спустилась с кровати, подползла, через силу уцепилась за стол и, сгорая от нетерпения, прижала к себе чайник.

Открыв крышку, она обнаружила, что он пуст.

Окончательно лишившись сил, Вэй Инло распласталась на полу, словно мертвая.

Но чьи-то руки подняли ее и поднесли ко рту чашку с водой. Губы Вэй Инло давно пересохли, она жадно принялась пить.

– Лучше? – раздался знакомый голос.

Узнав его, Вэй Инло приоткрыла глаза.

– Зачем ты здесь?

На корточках перед ней сидела Чэньби – та самая женщина, из-за которой Инло оказалась в беде. Лицо супруги императора было невинно и безмятежно.

– Я пришла помочь тебе.

– Помочь мне? Ты ведь просто пришла посмотреть, как я мучаюсь?

– По-настоящему отчаянно воины сражаются, только когда у них не остается выхода. – Чэньби серьезно посмотрела на молодую женщину. – Если бы тебя не довели до крайности, ты ни за что не отказалась бы от своей нынешней жизни.

Вэй Инло посмотрела на нее с подозрением.

– Скажешь, не так? – Чэньби усадила ее на кровать. Видя, что Вэй Инло не в состоянии сидеть прямо, она подложила ей под спину подушки и сказала ласково: – Богатство и слава в Запретном городе исчезают как дым, и милость императора не исключение. Казалось, он так нежно привязан к тебе, но пара моих трюков – и вот он уже подозревает тебя и ненавидит. Ты для него всего лишь игрушка, которую в любое время можно заменить.

Вэй Инло побледнела, она силилась подобрать возражения, но ей ничего не приходило на ум.

Она страдала здесь без еды и воды, а он даже ни разу не зашел ее проведать. Есть ли в его сердце хоть немного места для нее?

– Инло, все, что я сделала, я сделала, чтобы помочь тебе – помочь как следует разобраться в нравах Запретного города и чувствах императора. – Она намочила платок и положила его на пылающий лоб Вэй Инло. – Он надутый бесчувственный эгоист и недостоин того, чтобы ты тратила на него свою жизнь.

Вэй Инло отвела ее руку и спросила холодно:

– Чего ты добиваешься?

– Хочу отплатить добром за добро. – Чэньби смотрела на нее с благоговением, словно женщина, открывающая Будде заветное желание. – Отблагодарить тебя за то, что ты меня защитила, и господина Фуча за то, что он спас мне жизнь.

Вэй Инло замерла, услышать имя Фухэна от этой женщины было неожиданностью.

– По пути в столицу я чуть не упала с обрыва. Если бы не господин Фуча, от меня остались бы одни кости. Он хороший человек – молодой, храбрый, заботливый. Я долго думала, как бы мне отплатить ему за добро, но не понимала как, пока не узнала, что он тебя любит.

– Это все дела прошлых лет! – возразила Инло.

– Но любит он тебя по-прежнему.

По ее заверениям Вэй Инло заподозрила, что Фуча уже сталкивался с этой женщиной. Ох, Фухэн, разве ты не понял, кто перед тобой? Иметь с ней дело – все равно что уговаривать тигра добром отдать свою шкуру.

– Ты не доверяешь мне из-за истории с Минъюй? – Чэньби осторожно посмотрела