Обещанная дочь - Оксана Головина

Ей снилась зима. Тихий снег шёл, кружил, мягко ложась на улицы Москвы, а она всё брела куда-то по старому знакомому парку, просто наслаждаясь окружающей прохладой. Варя сильнее закуталась в свой длинный вязаный шарф, и подышала на ладони, согревая порозовевшие пальцы. Над её головой застыли ветви деревьев, укрытые снегом, словно безе. Варя подняла руку и коснулась самой нижней ветки. Серебряная пыль моментально посыпалась вниз, сверкая на солнце.

Хорошо-то как… Она глубоко вдохнула морозный воздух и почувствовала чьё-то присутствие. Варя посмотрела на дорогу впереди себя, и сердце отчего-то радостно забилось чаще. Он шёл навстречу ей, в белых лёгких одеждах, словно не ощущал холода. Принц, а наверняка это был именно он, остановился напротив Вари и посмотрел на неё удивительными глазами, которые сверкали, будто голубые льдинки. Надо же, подумалось Варе, чего только не приснится. Хотя, такая красота снилась впервые…

– Идём со мной, – прозвучал знакомый голос.

Юноша улыбнулся и протянул ей руку. Никогда в своей жизни Варя не видела лица прекраснее этого, но нечто иное вынудило её вложить руку в раскрытую ладонь незнакомца. Тепло – удивительное, необъяснимое, поскольку вокруг всё сияло белоснежной зимой, именно оно исходило от ледяного принца.

– Идём, – вновь повторил он и увлёк её за собою, – тебе пора возвращаться…

Он шёл неторопливо, всё вперёд и вперёд, не позволяя Варе засомневаться и остановиться, а когда она вздумала разволноваться, то вновь улыбнулся, сметая все сомнения прочь.

– Пора, Варвара… – вновь звучал голос, теперь немного иначе, и девушка почувствовала, как нечто прохладное коснулось её щеки, – возвращайся…

Вернуться? Она должна вернуться? Варя глубоко вдохнула, теперь ощущая тревогу, и рискнула открыть глаза. Какое счастье, что свет не резанул по ним, как обычно происходило, когда тётя Зина специально раздвигала в комнате занавески, чтобы разбудить племянницу. Варя попыталась сконцентрировать взгляд на потолке. Странный какой, деревянный, с тёмными балками. Где же она?

Девушка осторожно повернула голову, немедленно встречаясь взглядом с чудесным «принцем», который сидел на полу, рядом с койкой, на которой она лежала. Стоило Варе глянуть на его лицо, как воспоминания нахлынули шумной волной, вынуждая ошеломлённо и сдавленно выдохнуть. Трой поднялся с пола, и взял невесту за руку, унимая её волнение.

– Ты жив… – прошептала девушка, чувствуя, что дрожала всем телом, укрытая лишь тонким покрывалом.

– Я жив, Варвара, – он прижал её ладонь к своей груди, позволяя ощутить, как часто билось его сердце, – тебе более нечего страшиться.

– Ты ранен? Ты пострадал? У тебя что-то болит? Как ты смог найти меня? Как смог войти туда? – жарко зашептала Варя, прогоняя прочь воспоминания.

Боже, он жив! Есть ли счастье больше этого?

– Скажи мне, скажи, что с тобой всё в порядке… я могла убить тебя…

Девушка попыталась сесть, и Трой поддержал её, обнимая рукой за плечи.

– Я жив и цел. Не смей говорить подобные глупости, – он стиснул зубы, не желая показывать невесте, какую боль причиняли прикосновения к ранам.

Они заживут, это такая малость, что не стоила и внимания.

– Решил, что можешь мне врать?

– Решила, что можешь со мной спорить? – он сердито коснулся её губ поцелуем, – ты должна быть горда собою, поскольку справилась, Варвара. Ты справилась.

– У нас ведь получилось? – взволнованно спросила девушка, – получилось? Их больше нет?

– Нет, – Трой устало мотнул головой, – что же до Игрэйн, ты чувствуешь её присутствие, Варвара?

Она попыталась понять свои ощущения, но это была лишь великая усталость, не более того. Никакого пожара в груди, светящихся глаз или искр в волосах. Иша ушла? Бесследно исчезла? Успокоилась ли королева? Варе неистово хотелось бы, чтоб так и было. Ранцтюр разрушен и обратились в пепел те, кто желал ужасной войны. Это дарило надежду.

– Я не чувствую её сейчас, – отозвалась девушка.

На ней была чья-то огромная рубаха, укрывавшая до колен. Своя же одежда куда-то пропала, видимо пришла в полную негодность. Трой осторожно прислонился к стене каюты, стараясь не мучить спину. Они находились на франгаре, но он не принадлежал Реварду, и Варя снова разволновалась, вспоминая, как любимец Нейла разбился в пустоши.

– Где мы? – тревожно спросила девушка, слабо склоняя голову на плечо Троя.

Она чувствовала себя опустошённой, и неистово желала знать, где брат и Ревард, а также отец Троя. Но жених протянул к ней руки и усадил к себе на колени, укачивая, как ребёнка.

– Твой брат не пострадал, – заверил невесту Трой, касаясь её виска губами, – как и ворчливый энр. Разве что немного.

– Нейл ранен? – встрепенулась Варя.

Она собралась пересесть на койку, уверенная, что держать её на руках, Трою было тяжело и причиняло боль, но он упрямо не позволил отстраниться.

– Эта жалкая царапина, недостойная храброго воина, поэтому заживёт вскоре, – уверил лескат.

– А… эйсель Миклос? – осторожно спросила девушка.

– Отец слаб, но жив, – глухо отозвался юноша.

– Он серьёзно пострадал? – Варя нежно коснулась его щеки, а затем принялась перебирать прохладные пряди волос Троя, чувствуя, что пальцы дрожали.

– Его жизни ничего не угрожает, Варвара, – твёрдо проговорил молодой человек, – отец силён и крепок духом. У него слишком много причин для того, чтобы скорее поправиться.

– И мы можем вернуться домой? Все вместе?

– Так и будет, – согласился Трой.

– А если кто-нибудь узнает, что это я? А если я снова… а если…

Молодой человек прижал её голову к своей груди, веля умолкнуть.

– Королева привела меня к тебе. Желай Иша твоей гибели, то не стала бы творить подобное. Я верю в её благородство, хоть и не забуду того, как подвергла твою жизнь смертельной опасности. Что же до правды, то только Девин и Ревард знает об Игрэйн. Остальные уверены, что ведьмы были преданы стихийниками, пожелавшими всей власти себе и были повержены. К сожалению или к счастью, победа, одержанная Варварой из Мейрна, останется тайной, которая будет бережно хранима и однажды рассказана нашим детям.