Принцесса в академии. Суженый - Варя Медная

— Простите, что отвлекаю, но вы не подскажете, где мне найти «Пособие по воспитанию отпрысков королевской крови, собственноручно записанное матерью одного из таких отпрысков»? Помнится, этот трактат еще в мои времена пожертвовала библиотеке Принсфорда Ее Величество королева Мессалина.

Господин Буковец вздохнул, коротко взглянул на рогатого гостя и снова уткнулся в справочник.

— Третий ряд, пятнадцатый стеллаж, четвертая полка сверху. Между «Церемониями и обрядами погребения особ королевской крови» и «Поваренной книгой Безумной Вероники».

Кто-нибудь непосвященный мог бы углядеть в этом ответе свидетельство непрофессионализма господина Буковеца, его небрежного отношения к расстановке книг. Но непосвященных в Потерии, да и во всем Затерянном королевстве не было. Все знали, что он лучший из лучших. Вообще-то господин Буковец втайне гордился своей системой организации библиотечного фонда, им же придуманной. Книги располагались не только по жанрам и алфавиту, они идеально сочетались по цвету, размеру, корешкам и даже шуршанию страниц, не говоря уже о в высшей степени продуманном переплетении тем. Так, например, посетитель, читая книгу и задумываясь над каким-нибудь поднятым в ней вопросом или неясным моментом, к своей величайшей радости и удивлению, обнаруживал по соседству томик, содержащий полный и исчерпывающий ответ на едва успевший оформиться вопрос.

На правильную расстановку ушли десятилетия исследований, о которых не знал никто, кроме самого господина Буковеца. Большинство считало это удачным совпадением, а то и приписывало собственной смекалке и ловкости. Последнее библиотекарю было безразлично: он делал это ради самих книг (чем быстрее студенты найдут нужный материал, тем меньше страниц пострадает от непочтительных прикосновений), а еще чтобы не пришлось ежесекундно отвлекаться от работы и отвечать на глупые вопросы принцев.

— Премного благодарен, — ответил сир Высокий и, подобрав белоснежную хламиду, направился к указанному стеллажу, стараясь по возможности не задеть ничего рогами. К огромной досаде (господина Буковеца), они то и дело норовили навести беспорядок в его упорядоченном книжном королевстве. Из-за этого неудобства принц всегда протискивался между стендами бочком.

Господин Буковец проводил гостя зорким взглядом и вернулся к работе лишь тогда, когда рука старика с третьей попытки выцепила нужный фолиант. Библиотекарь покачал головой: право слово, все эти принцы одинаковы…

Вообще-то сир Высокий ему даже нравился, хотя в первую встречу он бы так не сказал. Тогда он был возмущен тем, что посетитель прошел к стеллажам без разрешения, пока сам господин Буковец отлучился в заднюю комнату — заварить себе цикория с мятой (этот напиток всегда бодрил после ночных бдений). Принц явился за материалами по современным методикам преподавания в высших магических учебных заведениях. Слово за слово, и гнев библиотекаря утих. Сир Высокий оказался интереснейшим собеседником, и остаток дня прошел за увлекательным разговором. Под конец он разрешил принцу являться за справочными материалами в любое время.

На следующий день тот принес снадобье, облегчавшее приступы книжной лихорадки, от которой господин Буковец мучился с юных лет. Благодаря ему кашель чернилами и впрямь настигал реже, да и переносился легче.

Правда, читательский билет он принцу все же оформил, и в тот единственный раз, когда сир Высокий его забыл, отказался пустить его в библиотеку — не из вредности, а так, для порядка. Сделаешь исключение для одного, и вот уже целая вереница нарушителей ждет у порога.

К тому же, надо отдать принцу должное, с книгами он обращался намного бережнее среднестатистического обывателя. Короче говоря, господин Буковец относился к нему лучше, чем к подавляющему большинству тех, кто не состоял из букв и страниц, и в конечном счете привык к частым визитам ученого мужа в библиотеку. Даже по-своему уютно, когда рядом шуршит какое-то живое существо…

Размышления библиотекаря были прерваны истошным воплем:

— Седина мне в рога! Это то, что нужно!

Ошеломленный господин Буковец хотел возмутиться таким нарушением порядка в библиотеке, а в следующий миг чуть не лишился чувств, потому что сир Высокий выбежал из-за стеллажей, попутно снеся рогами три секции и потрясая фолиантом тысячелетней давности, как какой-нибудь студент — конспектом.

— Вы это видели?!

Библиотекарь закашлялся, забрызгав чернилами лежащий на столе справочник.

Полчаса спустя, когда порядок был восстановлен (порядок в библиотеке — потому что от душевной травмы господин Буковец оправлялся еще недели три), выяснилась и причина возбуждения принца. И она ни в малейшей степени не оправдывала его неподобающего поведения.

— Да, я давно про это знал, — обронил библиотекарь, бережно отирая справочник. Рубашкой займется позже.

— Что? Но ведь об этом знаем только… — Тут принц осекся и, подумав, сообщил: — Вообще-то это государственная тайна.

— Я в курсе. — Господин Буковец послюнявил платок и потер чернильное пятно на пальце.

— То есть как? — изумился сир Высокий. — Получается, вам известен один из величайших секретов этого королевства?

— Ну да. И он, откровенно говоря, не самый интересный из известных мне секретов.

Сир Высокий не мог поверить своим ушам.

— И вам ни разу не приходило в голову им воспользоваться ради собственной выгоды?

— Нет, не приходило.

Приходило, и еще как: в день, когда господин Буковец на него наткнулся, воображение нарисовало новое просторное помещение для библиотеки, крепкие стеллажи, а сколько можно было бы заказать переплетов…

Но в итоге он справедливо рассудил, что подобные секреты укорачивают их носителей на одну голову. Поскольку со своей библиотекарь расставаться не собирался, то и тайна не пригодилась. Просто встала в ряд с остальными.

— Мне интереснее, почему этим знанием не воспользовались вы?

— Знания должны служить во благо, а не разрушать, — просто ответил сир Высокий. — Однако меня беспокоит, что любой учащийся может запросто обнаружить эти данные.

— Не может, я установил специальную защиту от студентов. — Господин Буковец насторожился. — Вы слышите этот шум? Кажется, он доносится со стороны ректорского кабинета…