Уроки колдовства - Елизавета Шумская

Во всяком случае, любая сила была индивидуальна и у каждого мага имела свои особенности.

– Так, может, «щит» Калли и выдержал из-за его направления? – предположила Ива.

– Калли? – бросил взгляд на молчащего «героя дня» Златко.

– Я вспоминаю, – ответил тот. Еще какое-то время помолчал. – Нет, не помню, чес-слово, не помню, была ли там магия Жизни.[10]По идее не должно было быть. Ведь бронзы – это не нежить. Но, с другой стороны, я мог невольно ее добавить. В последнее время такое со мной случается регулярно.

Это случалось со всеми из пятерки. Их способности раскрывались с каждым днем или уроком все сильнее, а сила направлений становилась куда эффективнее, ведь ее развитие зависело от всех способностей. Допустим, ученик тренировал, к примеру, магию Земли, и его умения в этом увеличивались, параллельно росла и сила направления.

– Действительно, как Жизнь могла остановить бронз? – удивился тролль. – Ушастый прав: они же не нежить.

– А вы уверены, что тут действуют законы реального мира? – повергла всех в ступор Дэй.

Юные маги крепко задумались.

– Нет, мне кажется, что тут все в порядке с законами, – выдал результат размышлений Златко. – Тогда все было бы лишено смысла. Это в жизни может быть так, что у событий нет никакого глобального смысла, да и то редко. А уж тут наоборот – ведь все это не так просто моим достопочтимым предком создавалось.

– Я тоже так думаю, – кивнул Калли.

– Тогда все равно не понятно с этими пташками, – пожала плечами гаргулья.

– Я не знаю, – честно признался эльф. – Честно, не знаю, чем мой «щит» отличался.

– Ладно, что уж тут говорить, – махнул рукой Златко. – Может, потом сообразим. Меня удручает то, что мы не смогли их уделать.

– У них все боевые перья закончились – тоже неплохой результат, – возразила Ива.

– Ну, может, и так. Только выберемся из этой ж… переделки, надо будет по книгам посмотреть, как с ними справиться, – явно для того, чтобы успокоить свою собственную совесть, произнес Синекрылый.

– И у преподов поспрашивать, – добавила Ива. – Может, есть какие-то новые способы.

На этом тема нападения бронзовых птиц была исчерпана.

– А хорошая погодка, – после пары минут молчания сказал Грым.

– Угу, – согласилась Дэй.

– Накаркали, – вопреки ожиданиям выдал Светлый.

– Что? – удивились эти двое.

Эльф кивнул на небо по правую руку. У самого горизонта оно словно потемнело.

– Что это, Калли? – спросил Златко, поставив руку козырьком над глазами.

– Гроза, похоже, – пояснил эльф.

– Гроза? – недоуменно переспросила Ива. Помялась и продолжила: – Но я ничего не чувствую.

Друзья удивленно взглянули на знахарку, потом на быстро темнеющее небо. Тучи все приближались и приближались. Их скорость поражала. Там наверху должен был быть страшный ветер, если он гонит черно-синие облака так быстро. Когда до лучшей пятерки Земли осталось с треть версты, в небе засияли молнии. Казалось, они раскалывают его на неровные части. Разрезают даже воздух. Гром гремел не переставая.

Еще пара мгновений – и гроза оказалась прямо над друзьями. Молнии били совсем рядом, словно вели прицельную стрельбу. От некоторых в траве оставались выжженные проплешины. Ветер заметался между молодыми людьми и больно резал лица поднятым песком… Дождь хлынул олицетворением присказки «как из ведра», только это было очень большое ведро. Одежда мгновенно промокла. А молнии все сверкали и сверкали вокруг.

Златко еле увернулся от одной из них – как только успел? Магически что ли почувствовал?

А еще – тучи больше не двигались. Они носились по кругу над юными волшебниками, но больше никуда не спешили.

– Ива, сделай что-нибудь! – заорал Калли.

Травница и сама уже поняла, что надо что-то делать. Подняла руки и, подставив лицо струям воды, закричала заклинание. Сила Природы должна была прийти ей на помощь. Знахарка отлично знала ощущения, которые дает буйство стихии. Знала, как сладок вкус сорвавшихся с цепи ветров и дождей. Помнила, как упоительна сила самой земли, самой природы, идущая в руки. Сейчас она призывала ее вновь, а ее светлые волосы мокрыми злыми плетями хлестали ее по щекам и плечам.

В следующее мгновение девушку подняло в воздух на пару локтей и швырнуло обратно, да так, что она отлетела на несколько шагов. Разумеется, не устояла на ногах и шлепнулась на бок, чудом себе ничего не переломав.

– Ива! – Калли совсем неласково дернул ее в сторону и вверх, вдобавок чуть не вывернул руку, схватив за нее.

В следующее мгновение в место, где травница была только что, ударила молния.

– Это не Природа! – заорала перепуганная знахарка. Ее щеку пересекала грязная полоса: один из локонов успел проехаться по земле. – Даже близко нет!

Приходилась кричать: гром словно заполнил все пространство.

– Дэй! – развернулся к гаргулье Златко. – Вызови ветер! Пусть сдует эти тучи к гоблину!

– Издеваешься?! – в ответ заорала гаргулья. – Мой ветер слишком слабым выйдет! Сил элементарно не хватит!!!

– А если объединить силы?! – Калли тоже пришел к выводу, что это единственный выход.

Никто не пытался сбежать. Все понимали, что тучи пришли по их душу.

– В такой обстановке?! – Гаргулья явно с трудом себе такое представляла.

– Предложишь что-нибудь другое?! – рявкнул тролль.

– Давайте! – Думать времени не было: молнии били совсем близко. Как до сих пор ни в кого не попало?

– Начали! – приказал Златко и сжал руку знахарки и Дэй.

Десять ладоней сцепились друг с другом, и пять голосов завели единую песнь.

Завыл ветер вокруг, забесновалась запертая внутри круга магия. Слитый в одно крик рвался из юных магов. Крепче сжимались руки. В глазах загорелся дикий огонь. Сила носилась по крови этого сейчас почти единого организма. Вот ее пик достиг предела. И гаргулья приняла ее на себя.

Это было самое сложное для всех. Поделиться своей силой, отдать ее кому-нибудь, пусть даже другу. Слишком опасно. Ведь это как жизнь доверить другому человеку. Страшно, что-то внутри противилось этому аж до воя. А ведущему магу еще труднее: примирить свое волшебство с чужими, принять их в себя, объединить и направить в нужную сторону. Это даже физически больно. А что говорить о магических ощущениях? Просто выворачивает наизнанку, а душу словно режут на кусочки. Слишком много. Невыносимо… И такое все разное. Как это собрать воедино? И только крепкие руки, что сминают сейчас ее пальцы, удерживают от паники.