Все оттенки черного - Вадим Панов

Черные волосы Анны были перехвачены золотой диадемой, в центре которой усмехалась козлиная голова, а тело плотно облегало черное платье с большими разрезами.

— Что вы ищете здесь?

— Силу! — Людмила Пупырышкина жадно облизнула губы.

— Источник Дьявола переполнен ею. Но что есть сила?

— Жестокость! — Глаза Кагановского засверкали.

— Вы готовы быть беспощадными?

Куприянов впервые был на церемонии, но что-то внутри подсказывало ему правильные ответы:

— Мы хотим быть беспощадными!

— Дьявол любит вас!

В центре зала появился каменный алтарь, на котором была распята обнаженная девушка. Глаза ее были полны ужаса, а рот кривился в отчаянном крике. Безмолвном крике.

— Дьявол хочет поделиться с вами своей силой! Готовы ли вы поделиться с ним своей жестокостью?

— Мы готовы, королева Луны! — Участники церемонии приблизились к алтарю.

Анна медленно сошла с трона. В ее руке поблескивал волнистый меч, на который, не отрываясь, смотрели обезумевшие глаза жертвы.

«Почему она не кричит?»

— Так хочет Дьявол, — тихо ответил стоящий рядом Кагановский.

Куприянов с удивлением понял, что задал свой вопрос вслух.

— А потом, сейчас не время. Когда придет час, крика здесь будет достаточно. — Отвисшие губы старика растянулись в улыбке.

Константин перевел взгляд на Анну. Королева Луны подошла к толстой красноволосой девице. «Кажется, я ее знаю!»

— Чего ты хочешь? — осведомилась Анна.

— Я хочу крови! — громко ответила красноволосая.

— Чьей крови ты хочешь?

— Ее! — Палец девицы указал на жертву.

— Докажи это!

Толстуха приняла из рук Анны меч, поцеловала клинок и, подойдя к алтарю, уколола жертву в бедро. Клинок окрасился первой кровью.

— Дьявол любит тебя!

Анна забрала меч и подошла к Кагановскому.

— Чего хочешь ты?

— Я хочу крови! — Губы старика дрожали от нетерпения.

— Чьей крови ты хочешь?

— Ее! — Выцветшие глаза буквально пожирали тело жертвы.

— Докажи это!

Старик поранил жертву в плечо.

— Дьявол любит тебя!

Теперь Анна оказалась напротив Куприянова.

— Чего хочешь ты?

Теперь, когда Анна стояла совсем близко, Константин понял, что на ней не было платья, а ее обнаженное тело покрывал искусный черный рисунок.

«Как же она прекрасна!»

— Я хочу крови! — твердо проговорил Куприянов.

— Чьей крови ты хочешь?

Ему показалось, или интонация ее чарующего хрипловатого голоса действительно слегка изменилась?

Константин помолчал, глядя в огромные, пронзительно-черные глаза королевы Луны, и громко ответил:

— Ее здесь нет!

В глазах Анны запылало торжество.

— Дьявол знает, чьей крови ты хочешь, и поможет тебе получить ее! — Куприянов чувствовал, как сумрак зала, холод каменного алтаря и жар факелов вползают в его душу, охватывая ее страшным и беспощадным вихрем. — Но ты должен доказать Дьяволу, что хочешь крови!

Константин принял меч, подошел к алтарю и с силой вдавил клинок в бедро жертвы.

И в этот миг она закричала!

Это произошло неожиданно, словно кто-то включил громкость и отчаянный, полный леденящего ужаса вой окутал зал.

Но Куприянов даже не вздрогнул.

— Дьявол любит тебя!

За его спиной бешено хохотал седовласый Кагановский.

— Кровь девственницы должна окропить алтарь Дьявола! Не заставляй ждать повелителя Тьмы! — Анна взяла меч из рук Константина, обожгла его огромными черными глазами. — Дьявол ждет крови девственницы. Сделай это!

— Я?

— Все остальные прошли через это. Теперь твоя очередь!

Глаза переливались, полные губы шептали что-то нежное.

«Она хочет! Дьявол хочет!»

Куприянов склонился над алтарем.

Под сводами сумрачного зала хохот Кагановского перекликался с дикими криками окровавленной жертвы.

Артем

Светало. Ночь уходила, небо серело, скоро выглянет солнце, вампиры отправятся в убежища, и Анна будет в его полном распоряжении. Артем потянулся, вытащил из бумажной коробочки малюсенький шприц со стимулятором и ловко вогнал дозу в мышцу. Снова потянулся, чувствуя, как исчезает усталость, но все равно зевнул.

Отправив Ингу домой, наемник отогнал «Круизер» за один дом от «Заведения Мрака», подальше от следящих видеокамер, но по-прежнему держал под контролем подъезд к клубу. Все было тихо. Масаны шлялись где-то на стороне, не мешая гостям «Заведения» переживать маленькие радости. Ни Анна, ни Зорич так и не покинули клуб, но это их дело. Теперь Артем знал, где их искать. Можно ехать домой и готовиться к операции. Первый луч солнца скользнул по улице.

Наемник завел двигатель, снова потянулся, прислушиваясь к его мягкому урчанию, и замер: из клуба вышел носатый старик с длинными седыми волосами.

«А ведь я почти забыл о тебе. — Неприязнь, испытанная им в „Заведении“, нахлынула вновь. — Едешь домой к внукам? А как быть с испачканным кровью костюмчиком? Неужели выбросишь?»

Горилла-швейцар услужливо распахнул перед старым извращенцем дверцу роскошного «Линкольна» и радостно принял купюру.

Решение Артем принял мгновенно. Выезжать следом за «Линкольном» нельзя: телохранитель старика наверняка заметил его ночные перемещения и может заподозрить неладное. Тем более нельзя садиться ему на «хвост»: на пустынных утренних улицах нет шанса остаться незамеченным. Оставалось одно. Наемник торопливо достал из перчаточного бокса гипсовую фигурку голубя и прошептал активизирующее заклинание. Боевой артефакт «Крылья возмездия» идеально подходил для данных обстоятельств. В зависимости от пристрастий владельца он мог окутать жертву облаком ядовитого газа или высыпать на голову цели острые, как иглы, сосульки, или… Да мало ли что можно заложить в «Крылья возмездия»? Сейчас же Артем выбрал самый простой вариант: артефакт, отмеченный красным кругом — «Шаровая молния». Голубь ожил, его маленькие глазки моргнули. Артем показал птичке удаляющийся лимузин и подбросил ее в воздух. Голубь взмахнул крыльями.

Через двадцать минут на утреннем шоссе прогремел мощный взрыв, разметавший по асфальту иномарку представительского класса и ее пассажира, господина Кагановского, президента крупного финансового общества.