Левиафан - Валерий Ковалев

И придет Пророк на землю

И укажет путь к спасенью;

Он наставником вам будет,

Будет жить, трудиться с вами.

Всем его советам мудрым

Вы должны внимать покорно —

И умножатся все роды,

И настанут годы счастья.

Если ж будете вы глухи,

Вы погибните в раздорах!

Погрузитесь в эту реку,

Смойте краски боевые,

Смойте с пальцев пятна крови;

Закопайте в землю луки,

Трубки сделайте из камня,

Тростников для них нарвите,

Ярко перьями украсьте,

Закурите Трубку Мира

И живите впредь как братья!»

Так сказал Владыка Жизни.

И все воины на землю

Тотчас кинули доспехи,

Сняли все свои одежды,

Смело бросилися в реку,

Смыли краски боевые.

Светлой, чистою волною

Выше их вода лилася —

От следов Владыки Жизни.

Мутно-красною волною

Ниже их вода лилася,

Словно смешанная с кровью.

Смывши краски бревые,

Вышли воины на берег,

В землю палицы зарыли,

Погребли в земле доспехи.

Гитчи Манито могучий,

Дух Великий и Создатель,

Встретил воинов улыбкой.

И в молчанье все народы

Трубки сделали из камня,

Тростников для них нарвали,

Чубуки убрали в перья

И пустились в путь обратный —

В ту минуту, как завеса

Облаков заколебалась

И в дверях отверстых неба

Гитчи Манито сокрылся,

Окружен клубами дыма

От Покваны, Трубки Мира…

Декламация продолжалась около часа, и все это время аудитория находилась под ее гипнозом.

— Что это было, товарищ адмирал? — когда отзвучали последние строки, и наступила звенящая тишина, тихо спросил Ксенженко.

— Песнь о Гайавате, написанная американским поэтом Лонгфелло по материалам индейского эпоса. — Бережно закрыв книгу, Морев сел на свое место.

— Ну, так как, будем нарушать устои этого народа?

— Нет, — прошелестело по рядам. — Мы все поняли.

Спустя три дня, военные отряды индейцев покинули окрестности, отправившись каждый в свои земли (начался сезон охоты), а моряки, во главе с адмиралом и вожди Лиги, остались в городе для решения вопросов управления и обустройства Новой Америки.

А их было немало.

Определение новой столицы — Филадельфия не имела выхода в океан и по этой причине не устраивала Морева; создание местного самоуправления, восстановление торговли и мореплавания; урегулирование взаимоотношений между индейцами и оставшимися европейцами; а также целый ряд других.

Столицу решили перенести на побережье, в Нью-Йорк и присвоили ей имя «Левиафана», во все оставленные бывшими хозяевами города назначили военных комендантов, поручив им создать гражданскую администрацию, а прибывшего из бухты Лазурной Кузнецова, обязали создать объединенную Российско-Американскую торговую компанию.

…Прошло десять лет.

За это время в мире случилось много перемен. Спустя год после провозглашения Новой Америки русские войска в Италии разбили и захватили в плен новоиспеченного императора Наполеона, ослабленная и находящаяся в хаосе Англия лишилась всех своих заокеанских колоний, когда-то великая Порта, скукожилась до размеров небольшого государства, а в России было отменено крепостное право.

На втором году своего существования индейская конфедерация по инициативе Текумсе заключила военно-политический союз с Россией, имевший целью обеспечение мирного сосуществования всех стран и предотвращение военных конфликтов.

А поскольку это было возможно только при наличии значительного экономического потенциала, союзники вплотную занялись этим вопросом.

Для начала они создали единую платежную систему, обеспечив хождение золотого империала не только в России, но и в Америке. Затем открыли ряд золотодобывающих предприятий в Сибири, на Аляске, в Калифорнии и Северной Каролине, после чего, расплачиваясь звонкой монетой, обеспечили к себе приток лучших ученых и изобретателей из других стран.

Вскоре в Америке и России, в специально созданных конструкторских бюро и лабораториях, под патронажем моряков крейсера активно трудились практически все мировые светила, а список будущих имелся в обеих столицах.

Кстати, был составлен и второй, секретный — исторических злодеев. Их предполагалось изымать из общества во младенчестве, надлежаще воспитывать и держать под негласным надзором. В него попали все, начиная от Адольфа Шикльгрубера и заканчивая Горбачевым с Ельциным.

Не было забыто и образование. В Америке открылись десятки школ с приглашенными туда русскими преподавателями, филиал Московского государственного университета и несколько национальных институтов. Как и в бывшем СССР, обучение в них осуществлялось бесплатно, в стране росли грамотность и культура.

Впервые за всю свою историю индейское население стало получать квалифицированную медицинскую помощь, что способствовало оздоровлению нации и ее возрождению.

Результаты не замедлили сказаться, и через семь лет в стране была создана высокоразвитая экономика.

Построенные на атлантическом побережье совместно с русскими специалистами фабрики и заводы выпускали все необходимое, оседлые индейские племена активно занимались сельским хозяйством, кочевые охотились и осваивали животноводство.

Все это время, помня трагедию прошлой цивилизации, которая пошла по пути общества потребления и погибла, Морев с Сокуровым и его офицеры, проводили в Совете Лиги политику совершенно иных ценностей.

Главным моряки считали духовность и культуру, все остальное производными от них. И это находило живой отклик среди индейцев. Привыкшие жить в единении с природой и пользоваться самым необходимым, они оставались чужды духу стяжательства и превыше всего ценили свободу.

— Может быть, это и есть та самая общность людей, которую мы в свое время пытались создать в СССР? — спросил как-то у Сокурова Лобанов.

— Вполне возможно, — ответил тот. — И нам есть чему у них поучиться.

…В один из теплых октябрьских дней, именуемых на Великих равнинах «индейским летом», когда стада бизонов двигаются на юг, а по небу в сторону океана тянутся птичьи стаи, в просторном вигваме Текумсе собрались гости.

После наступления мира он со своим племенем вернулся в штат Мичиган и, освоив грамоту, занялся написанием истории своего народа.

Здесь находились постаревшие, но еще полные сил Тенскватава, Медвежье Плечо и Черный Ястреб, а также приехавшие из столицы Морев с Сокуровым и Круглов.