Левиафан - Валерий Ковалев

— Я протестую! — заявил, выступив вперед, сухопарый веснушчатый майор, с громкой фамилией Стюарт. — Вы напали на нас без объявления войны.

— Отнюдь, — последовал ответ. — Ваш десантный отряд в Квебеке первым начал военные действия в отношении индейцев. Или не так?

Ответом было молчание.

— А теперь слушайте меня внимательно, — через переводчика сказал адмирал. — Вы и ваши люди немедленно займетесь ремонтом судна, — он кивнул на фрегат, — после чего погрузитесь на него и отплывете в Квебек. Если к нашему приходу там будет английский гарнизон, все может повториться. Надеюсь это понятно?

— Понятно, сэр, — ответил майор, глядя, как догорают остатки форта.

— И не вздумайте задерживаться, — добавил Круглов. — Это в ваших интересах.

Затем, взяв на борт одного из плененных офицеров, корабли снялись с якорей и взяли курс на мыс Хенриетта-Марайа, где располагался форт Джордж.

Названный в честь одноименного принца, он был выстроен на прибрежной скале, имел гранитные бастионы, втрое больший, чем в Олбани гарнизон и изрядное количество артиллерии. Здесь же, неподалеку, находилась одна из крупных факторий компании Гудзонова залива, а за ней, на плодородной равнине, раскинулся поселок колонистов.

Подойдя к мысу, корабли встали на якорь ввиду форта, и, чтобы попытаться избежать кровопролития, на берег выслали парламентеров.

— Вы должны убедить командира форта сдаться, — сказал Морев отправляемому с ними английскому лейтенанту. — В противном случае мы разрушим форт.

Спустя час шлюпка вернулась, Лобанов с Пыльниковым доложили, что от сдачи комендант отказался и, словно в подтверждение их слов, с бастионов крепости грянул орудийный залп.

Ядра упали в море с недолетом, после чего на крейсере была сыграна торпедная атака, и спустя несколько минут скала вместе с укреплением взлетела в воздух.

— Был форт и нету, — хмыкнул Круглов, наблюдая в бинокль, как в море рушатся его останки. — Александр Иванович, высаживаем десант?

— Да, — кивнул Морев, и корабли подошли ближе к берегу.

Когда моряки высадились на него, он представлял печальное зрелище.

Тут и там среди дымящихся развалин виднелись трупы и стенали раненые, а в сторону леса резво бежали остатки гарнизона.

Их решили не преследовать, а раненым оказали помощь и передали поселенцам.

Те были весьма напуганы и один из них, судя по виду, пастор, выразил опасения за дальнейшую судьбу жителей.

— У вас есть выбор, — перевел слова Морева Длинное Крыло. — Вернуться туда, откуда вы пришли, или остаться здесь и жить в дружбе с индейцами. Подумайте.

На следующее утро к форту прибыли два гонца от Текумсе, с вестью, что индейские отряды продвигаются вглубь страны и уничтожили несколько английских гарнизонов.

— А как с мирными жителями? — поинтересовался адмирал.

— Мы их оставили в живых, — был ответ. — Как ты того хотел, Морской Змей.

…В начале осени, когда по небу к югу потянулись караваны журавлей, корабли, оставив позади Баффинову землю и Ньюфаундленд, вошли в залив Святого Лаврентия.

Молва об их фантастической силе и мощи оружия, а также союзе с Лигой племен летела на тысячи миль вперед, и практически все береговые форты англичане оставили без боя. Погрузившись на имеющиеся суда, их гарнизоны поспешно отбыли в Квебек.

Основанный в 1608 году французским исследователем и дипломатом Самюэлем де Шампленом на месте ирокезского поселения Стадакона, он имел статус колониальной столицы.

Город был хорошо укреплен, отличался монументальной архитектурой, многочисленными каменными домами знати и лачугами бедняков. Его окружали девственные леса и пастбища с крестьянскими поселениями. На момент описываемых событий в Квебеке проживали восемь тысяч жителей, число которых непрерывно увеличивалось из-за прибывающих туда беженцев.

В порту высился лес мачт всевозможных судов и лодок, казармы, постоялые дворы и жилища обывателей были переполнены, многие ютились под открытым небом.

Губернатор Канады, Гай Карлтон лорд Дорчестер, был в недоумении и растерянности.

Летом в порт пришла эскадра кораблей с двумя тысячами морских пехотинцев, и ее командующий, вице-адмирал Корнуэльс, вручил губернатору письмо короля Георга.

В нем содержался приказ о начале военных действий против высадившегося в Канаде русского адмирала Морева, вступившего в преступный союз с индейцами, до их полного уничтожения. Кроме этого, Корнуэльс сообщил, что в настоящее время в Портсмуде формируются еще две эскадры, прибытие которых ожидается в ближайшее время.

— Мы затравим русского медведя в его берлоге, — самодовольно заявил адмирал. — А пока вплотную займемся индейцами.

Однако как только морские пехотинцы исчезли в лесах, столицу наводнили остатки разгромленных на побережье английских гарнизонов и толпы беженцев из центральных районов, рассказывающих всяческие ужасы о небывалом вторжении.

А спустя месяц из Портсмуда вместо ожидаемых эскадр прибыл посыльный люгер[42]с депешей от Первого лорда Адмиралтейства, которой Корнуэльсу вместе с десантом предписывалось немедленно вернуться в Англию.

— В королевстве хаос, — сказал его капитан с глазу на глаз губернатору и адмиралу. — Неведомая комета полностью разрушила Лондон и лишила нас божественного монарха. Луддиты повсеместно восстали, ломают машины и ведут сражения с регулярной армией.

— А кто правит страной? — последовал закономерный вопрос.

— Остатки парламента. В Ливерпуле.

Выполнить последнюю волю почившего в бозе монарха оказалось сложнее, чем думалось.

Посланные вслед за экспедиционным корпусом гонцы больше не вернулись, а вскоре в окружавших столицу лесах появились отряды индейцев.

Соединившись у озера Виг Траут с другими военными отрядами, Текумсе направил большую часть из них на Северо-Западные территории, а сам, во главе пятитысячного войска, двинулся через Манитобу и Онтарио, в провинцию Квебек.

Запылали английские лесные укрепления и фактории, а на реке Аттавапискат, состоялось решающее сражение. Высаженный Корнуэльсом морской десант, руководимый генералом Макдональдом, сжигая по пути оставленные индейцами селения, остановился на ночлег на ее берегу, у уходящего к северу горного каньона. У воды запылали сотни костров, командующему и офицерам установили палатки.

— Проверьте караулы, Пит, — бросил генерал адъютанту. — И велите подать ужин, я чертовски голоден.

— Слушаюсь, сэр, — энергично кивнул молодцеватый капитан и, звеня шпорами, отправился выполнять приказания.

Вскоре, усевшись за походный стол и вооружившись ножом с вилкой, Макдональд отдавал дань копченому медвежьему окороку, обильно запивая его крепким джином.