Левиафан - Валерий Ковалев

Снаружи раздавался грубый солдатский смех, в воздухе лилась мелодия волынки…

— У нас все готово, Летящая Стрела, — сказал вождь сенека Черный Ястреб. — Отряды заняли свои места.

— Хорошо, — разглядывая сверху в бинокль английский лагерь, ответил Текумсе. — Будем ждать утра.

Все время следования экспедиционного корпуса по лесам, за ним тайными тропами шли индейские разведчики и доносили верховному вождю обо всем, что видели.

Порой между сторонами происходили мелкие стычки, с той и другой имелись убитые и раненые, но до серьезных боев дело не доходило.

Избранная англичанами в этот вечер стоянка как нельзя лучше подходила для решающего сражения, и Текумсе не преминул воспользоваться случаем.

На коротком совещании с вождями Лиги было решено атаковать врага из каньона, а затем, отступив в него, завлечь англичан в засаду и разгромить их.

Для этого основная часть воинов скрытно заняла поросшие лесом скалистые отроги каньона, а триста мохоков и ирокезов на мустангах укрылись за одним из поворотов.

На утренней заре, когда первые лучи солнца осветили спящий лагерь и дремлющих у погасших костров часовых, в каньоне раздался усиленный горным эхом дикий вой и конная, сияющая всеми цветами радуги лавина, понеслась в его сторону.

В лагере зазвучал барабанный бой, полураздетые солдаты выскакивали из палаток и, расхватывая оружие, строились в каре,[43]офицеры подгоняли их трелями свистков и командами.

Первое столкновение было ужасным.

Вопящая масса, паля на ходу из карабинов и изрыгая тучи стрел, смяла передовой заслон, и в воздухе молниями замелькали томагавки.

Издавая пронзительный боевой клич, индейцы обрушивали их на головы англичан, сбивали с ног беснующимися мустангами и значительно потеснили противника.

Однако с каждой минутой сопротивление становилось организованней, каре ощетинились штыками, и последовало несколько убийственных залпов.

— Вперед! — рявкнул уже сидящий на коне в окружении своего штаба Макдональд, и «красные мундиры» стронулись с места.

Атака захлебнулась, нападающие смешались и стали отступать.

— Преследовать! — отдал очередную команду генерал, и каре перешли на быстрый шаг. Умело орудуя штыками, солдаты добивали раненых, потом из-за их спин вынеслась сотня драгун, и индейцы в панике бросились к каньону.

Спустя минуты там же исчезли и драгуны, а за ними, все ускоряясь, ринулась и пехота.

— Вот и все, — обернувшись к штабным офицерам, довольно хмыкнул генерал. — Мы рассеяли это стадо.

Тем временем, оторвавшись от преследовавших их драгун, последние краснокожие, улюлюкая, пронеслись в узкую щель между нагроможденных впереди валунов, а откуда навстречу англичанам грянули убийственные залпы. Они следовали с небывалой частотой, и вскоре дно каньона покрылось многочисленными трупами.

А потом с высоких отрогов на головы набегающих солдат полетел целый град пуль, камней и ручных гранат, после чего все завертелось в бешеном круговороте. Шеренги каре распались, кони и люди смешались, а затем в ужасе бросились назад.

Когда же впереди замаячил желанный выход, одна из нависающих над ним скал внезапно дрогнула, раздался небывалой силы взрыв, и все исчезло в клубах дыма и пыли.

Уроки, преподанные союзникам минерами «Левиафана», не прошли даром.

К полудню все было кончено. Дно каньона и его отроги были усеяны телами павших, а Макдональд с остатками отряда спасался бегством.

— Пусть уходят, — глядя, как они исчезают в лесах, сказал Текумсе. — Большой Белый Отец должен знать о нашей победе…

В один из хмурых сентябрьских дней, расхаживая по своему просторному кабинету, лорд Дорчестер размышлял о всех напастях, свалившихся на его голову.

Известие о разрушении Лондона и кончине короля повергло губернатора в шок, а последние события в уныние.

Накануне в город вернулся Макдональд с сотней измученных солдат и известием о небывалом поражении, эскадра Корнуэльса, приняв их на борт, спешно готовилась к отплытию, будущее представлялось весьма смутным.

Добравшийся из форта Олбани до столицы майор Крэбс сообщил губернатору об ультиматуме русского адмирала, однако лорд, понадеявшись на Корнуэльса и ожидаемую от короля помощь, оставил его без внимания.

Грустные мысли Дорчестера были прерваны стуком в дверь и появлением на пороге бледного начальника гарнизона.

— Милорд, — отвесил он легкий поклон, — на рейд вошли два корабля. — Судя по виду, это русские…

— Отдать якорь! — нажал педаль «каштана» стоящий на мостике Лобанов, и в носу крейсера загремели смычки. То же самое проделал в кабельтове справа «Аскольд», и корабли застыли на мелкой зыби.

Ночью они прошли залив, у мыса Гаспе приняли на борт гонца от Текумсе, от которого узнали о разгроме англичан на реке Аттавапискат и скоординировали дальнейший план действий.

— А ведь не вняли они дружескому совету, Александр Иванович, — сказал, глядя в бинокль Сокуров. — В порту целая флотилия.

— Не вняли, — ответил Морев. — Боцман, дайте семафор Ларину, пусть известит о нашем прибытии.

В воздухе замелькали сигнальные флажки, и с борта фрегата ударил холостой выстрел.

Спустя непродолжительное время к борту «Левиафана» пристал люгер, и на надстройку, опасливо озираясь, поднялся английский офицер.

— Комендант Квебека майор Рейли, — представился он, будучи препровожден на мостик. — Его светлость лорд Дорчестер рад видеть русскую эскадру и просит ваше превосходительство (легкий поклон в сторону Морева), быть его гостем.

— Я принимаю приглашение, — последовал ответ. — Башир Нухович, отправляемся к губернатору.

Оставив старшим на борту Круглова, которому были даны соответствующие инструкции, Морев с Сокуровым и Длинным крылом, вслед за майором спустились в люгер, после чего тот заскользил в сторону порта.

— Красивый город, — сказал Сокуров, когда, проследовав по центральным улицам, карета остановилась у помпезного дворца.

Встретивший их пышно одетый мажордом сопроводил гостей на второй этаж и, отворив высокую дверь красного дерева, украшенную гербами, прокаркал: — его превосходительство, адмирал Морев!

Из дальнего конца раззолоченного зала навстречу величаво двинулся губернатор, в сопровождении Корнуэльса с Макдональдом, и стороны чопорно раскланялись.

— Прошу, — указал на окружающие овальный стол кресла лорд, и все присели.

Далее последовал неизбежный в таких случаях обмен любезностями, после чего перешли к делу.

Морев поинтересовался, добрался ли до Квебека майор Стюарт, на что получил утвердительный ответ.