Звезды – холодные игрушки - Сергей Лукьяненко

Химический фонарик замерцал в моих руках. Я увидел тоненькуюниточку собственной слюны, плывущую в воздухе и медленно сворачивающуюся вшарик. Смахнул ее рукавом, поискал взглядом рептилоида. Как тяжело двигаться…

Счетчик дрейфовал у лобового иллюминатора, рядом сигрушечным мышонком. Кажется, этот джамп дался ему тяжелее – чешуйчатое телотряслось в непрерывных мелких судорогах.

– Счетчик! – позвал я. – Карел!

Очень медленно рептилоид отвел от брюха голову и прошептал:

– Прошу прощения…

– Как ты это делаешь? – резко спросил я. – Как выдерживаешьджамп?

– Я… – Пауза. – Объясню позже…

Потянувшись, я схватил его за переднюю лапу и подтащил кпульту. Счетчик торопливо забрался на свой насест.

Он все готов объяснить, но позже. Может быть, когда станетслишком поздно. Одобрят ли на Земле мой поступок, или напомнят о присяге исмерть-пульте? Не знаю. Но вначале надо добраться домой.

Сбросив ремни, я скользнул к иллюминатору левого борта. Ничегоинтересного – только звезды. Вроде бы рисунок созвездий очень привычный,неискаженный.

– Мы прилетели? – полюбопытствовал счетчик.

– Да, вот только куда? – Я оттолкнулся, перелетая черезкабину. Взглянул в другой иллюминатор – тоже ничего особенного. Ладно, придетсяпотерпеть. Челнок медленно вращается вокруг оси, что-нибудь да увижу.

Пискнул компьютер – приборы оживали.

– Необходимо вставить носитель информации? – спросилсчетчик. Я посмотрел на него – он уже перебрался в кресло, тянулся лапой подправый подлокотник. Хорошо подготовился, знает, где что лежит.

– Сумеешь?

– Вероятно, да.

С полминуты счетчик возился с замком – три длинных тонкихпальца на лапах были достаточно подвижны, но им не хватало противостоящего.Наконец двумя лапами он открыл защелку и вытянул лазерный диск.

– Валяй… Карел, – буркнул я. Словарный запас у счетчика былотменный – он понял.

Пару минут я пялился в холодное сияние космоса, а рептилоидвозился у пульта, тихо шипя, когда рассчитанные на людей кнопки не поддавалисьего усилиям.

– Могу ли я подключиться к системе напрямую? – спросилсчетчик после особенно бурной схватки с сидиромом. Я не ответил, потому чтоочередной оборот челнока наградил меня действительно красивой картиной.

– Карел! – негромко позвал я. Рептилоид медленно подплыл комне.

– Гляди.

Сатурн выглядел как на фотографии в детской книжке. Кольцобыло повернуто к нам плоскостью под небольшим углом, и солнечный светвычерчивал его рельефно и предельно красочно. На фоне желто-коричневого шарапланеты, какого-то плоского и не впечатляющего, кольцо казалось куда болеевещественным и массивным… вьющаяся в космосе каменная река.

– Красиво? – спросил я, сам удивляясь своему вопросу. Чтотакое понятие красоты для чужой расы?

– Да. – Счетчик дышал тяжело и часто. – Это… похоже на дом.

– На твою планету?

– Да…

Здорово. В справочнике данные о родной планете Счетчиковполностью отсутствовали. Теперь можно смело записать: «окружена кольцом»…

– Это Сатурн? – спросил Счетчик. – Джамп оказался удачным?

– Сатурн. Но ничего хорошего в этом нет.

Рептилоид уставился на меня.

– Карел, на моем корабле жидкостные ракетные двигатели. Тыведь знаешь, что это такое?

– Дрянь, – безжалостно сказал счетчик.

– Верно. И чтобы вернуться на Землю, челнок должен оказатьсяот нее на расстоянии не более пятисот тысяч километров, в плоскости эклиптики исо скоростью относительно планеты не более сорока километров в секунду.

– Дрянь… – повторил счетчик. – Вы часто гибнете?

Я не ответил, любуясь уплывающим из поля зрения Сатурном. Накраю иллюминатора разгорался ослепительный блик – Солнце спешило заглянуть намв глаза.

– Вам нужна помощь, человек, – сказал счетчик. – Вам оченьнужна помощь…

– Будем уходить на повторный джамп.

Счетчик дернулся.

– Здесь нет человеческих поселений?

– На Сатурне? Шутник. На Ио… это спутник планеты, собираютсяоткрыть научную станцию. Может быть, года через два и смогут.

– У нас нет такого количества времени. – Счетчик отвернулголову от иллюминатора.

Я не стал напоминать ему, что в челноке нет запаса кислородаи на неделю. Помог ему добраться до пульта, вставил очередной диск.

– Работай. У меня дела.

Оставив рептилоида, я подплыл к шкафчику санитарных средств.Повернувшись спиной к счетчику, достал мягкий гофрированный шланг, расстегнулбрюки.

– Потребность в удалении отходов?

Господи…

Отвечать я, конечно, не стал. Включил отсос и попыталсязабыть про любопытный взгляд рептилоида, буравящий спину. Ненавижу эти мелкиебытовые проблемы. Но что поделаешь, если у нас нет искусственной гравитации.

– Больше не комментируй мои потребности, ладно?

– Извини, – кротко сказал счетчик. – Я занималсяксенобиологией, это очень любопытный аспект…

– Лучше подумай о двух следующих джампах.

– Петр, если ты позволишь мне работать совместно скомпьютером…

– Ну?

– Я выведу корабль к Земле с максимально возможнойточностью.

Это было неслыханно. Это было настолько безумно, что вуставе даже не было прямого запрета. Скорее, наоборот, можно было притянуть зауши пункт о допустимости использовании помощи Чужих в навигационных расчетах.

Поставить бы на мое место господ чиновников…

– Хорошо, – чувствуя, что переступаю какой-то незримыйпорог, сказал я. – Как ты это сделаешь?

– Очень просто. – Рептилоид сполз с кресла, уступая мнеместо пилота, завис над пультом. – Мы часто работаем с электронными машинами.

– Но не с человеческими…

– Двоичный код? – Счетчик провел лапой над пультом. Медленноприжал ее к портам компьютера, прикрытым прозрачной крышкой.

– Снять? – спросил я.

Счетчик не ответил, а дисплеи тем временем начали гаснуть.

Вмешиваться было глупо. Я просто смотрел, как рептилоидотключает компьютер, как машина начинает перезагрузку и останавливается, неуспев запустить операционную систему. Индикатор хард-диска часто мигал –информация куда-то уплывала. Видимо, в маленькую треугольную голову.