Пробужденный - Коллин Хоук

– Амон! – снова закричала я.

– Ничего, он крепкий, – пробормотал чей-то голос у меня над ухом.

Я обернулась, но увидела перед собой лишь клубящийся мрак. Затем мне на нос опустилась крохотная серебристая звездочка.

– Астен?!

– К вашим услугам, прекрасная госпожа. Не пора ли нам уединиться?

Чудовище испустило визг голода и предвкушения – но тут невидимая рука быстро втянула меня в темноту, и я с головы до ног оказалась окутана черным туманом в алмазных проблесках. Рядом неожиданно появился Астен – зато червь, похоже, потерял меня из виду. Монстр застыл в каком-то метре от наших лиц. Мясистые вибриссы яростно хлестали по воздуху, но так и не смогли ничего почуять.

В противоположном конце пещеры раздался вопль – это Амон отвлекал на себя внимание червя. Едва тот развернулся, Астен до боли сжал мою руку и, не слушая никаких протестов, потащил к затопленной части грота.

Теперь я видела, что доктор Хассан, о котором в пылу битвы все позабыли, с ногами забрался на большой камень. Если бы он остался на полу, вода доставала бы ему уже до пояса. Сейчас мы с Астеном стояли на сухом возвышении, но стену размывало с такой скоростью, что нечего было и сомневаться: через считаные минуты подземный грот превратится в подводный.

– А теперь, будь добра, постой тихо, – попросил Астен.

– Надо вернуться и помочь Амону!

– Амон вполне способен позаботиться о себе сам.

– Но…

– Доверься мне, – и Астен обратил на меня взгляд, в котором не было ни тени флирта или насмешки. Напротив, теперь в нем сквозила отчаянная мольба, и я почувствовала, что для парня такое поведение непривычно.

– Ладно, – прошептала я.

Астен быстро пробормотал несколько слов, и его силуэт озарился бриллиантовым, звездно-снежным сиянием такой силы, что мне пришлось отступить на шаг и прикрыть глаза. Теперь вода доходила мне до колен, а доктору Хассану уже облизывала ботинки.

В следующую секунду я услышала пронзительный крик. Там, где еще недавно стоял египетский принц, теперь танцевала на тонких ногах ослепительно-белая птица. Размером она была с небольшой дом и при случае наверняка смогла бы отделать даже гигантского червя. Точеная голова опустилась к самому моему лицу, и конец изогнутого клюва осторожно коснулся плеча.

«Залезай мне на спину».

– Астен?!

«Да. Только давай побыстрее. Амон устает».

Птица пригнулась, почти распластавшись по воде, и я неуверенно ухватилась за пушистую шею. По сравнению с остальным телом она казалась тонкой, почти тощей, но я чувствовала, как ходят под пальцами стальные мышцы.

– А что, если я упаду? Или меня укачает? – спросила, я перекидывая ногу через белоснежную спину.

«Я не позволю тебе упасть. Но если тебя стошнит на мои прекрасные перья, я, так и быть, тебя скину!» – и у меня в голове эхом раскатился смех Астена.

Не успела я придумать остроумный ответ, как птица хищно опустила голову к воде, в которой по-прежнему извивались тонкие светящиеся черви, и ухватила клювом добрые две пригоршни.

«Не тот пир, на который я рассчитывал, но они подкрепят меня в пути».

Я скорчила гримасу и представила, что было бы, доберись они до меня первыми.

Астен расправил крылья и величественно ударил ими по воздуху, прежде чем одним прыжком преодолеть несколько метров. Я судорожно ухватилась ему за шею, когда птица взлетела на выступающий из воды булыжник. Доктор Хассан, сидевший на камне неподалеку, помахал нам рукой. Астен едва заметно ему кивнул, снова распростер крылья и взмыл в воздух.

В лицо ударил порыв ветра, и мы пулей вылетели в отверстие, проделанное червем. Кончики крыльев коснулись радужной завесы водопада, но мгновение спустя и он остался далеко внизу. Вокруг раскинулось рассветное небо, в котором золотой звездой сияло египетское солнце. Я зажмурилась, стараясь удержать желудок на месте, – и когда Астен немного снизился, заложив круг над Оазисом священных камней, мне это все-таки удалось.

«Тебя там не тошнит?» – спросил он, словно прочитав мои мысли – и я тут же испугалась, что он и правда на это способен.

Я попробовала ответить мысленно:

Ты меня слышишь?

«Да. Хотя это требует усилий».

– Тогда продолжу кричать тебе в ухо.

«Так намного легче. Спасибо».

– Всегда пожалуйста. Нам не пора вернуться за Амоном?

«Ты помнишь, что обещала мне доверять?»

– Да, но…

Договорить я не успела: небеса прочертил сгусток живого пламени, и из трещины в горе вырвался золотой сокол с совершенно мокрым доктором Хассаном на спине. Сокол яростно бил крыльями и метался из стороны в сторону. Сперва я решила, что он помогает археологу устроиться поудобнее – но потом из дыры показался гигантский червь с окровавленным, изрезанным телом, и я с ужасом поняла, что он цепляется зубами за хвост Амона.

Сокол издал пронзительный крик, пытаясь скинуть паразита. В конце концов тот не удержался и разомкнул пасть, получив в утешение лишь одно сверкающее перо. Червь с громким визгом провалился обратно в гору, а перо медленно кружилось в воздухе, пока не легло на мокрые камни возле бывшего водопада.

Выровняв полет, золотой сокол приблизился к нам с Астеном и обратил на меня вопросительный взгляд.

– Амон, ты цел? – позвала я, но, как ни силилась, так и не смогла разобрать ответ.

«Если ты хочешь что-то ему сказать, я передам твои слова, – снова раздался в голове голос Астена. – Я связан и с Амоном, и с Амозом».

– Серьезно? То есть ты можешь слышать Амоза, даже если он не пробужден?

«Подожди секунду, – и Астен чуть изогнул шею, прислушиваясь. – Амон просит справиться о твоем самочувствии».

– Скажи ему, что все отлично, – и я для убедительности помахала соколу рукой. – Куда мы теперь?

«Великий визирь укажет дорогу к Амозу. Амон предупредил, чтобы я готовился к беспощадной атаке вопросами, поскольку моя всадница обладает чересчур пытливым умом, а еще – что ты не падешь так просто в мои объятия».

– Он прав по обоим пунктам.

«Тогда можешь приступать к вопросам. Хоть я еще не встречал женщины, которая не искала бы моего внимания».

Я легкомысленно хихикнула – и тут же зажала рот рукой. Обычно такое поведение было мне не свойственно, но от ворчания Астена меня то и дело пробивало на смех. М-да, самоуверенности этому парню точно было не занимать.

«И каков твой первый вопрос?»

– Каким Амон был в детстве?

«Ах. А я-то надеялся усладить твой слух увлекательными историями о своей особе. Признаться, я уязвлен до глубины души, но тебя немного извиняет то обстоятельство, что мы с Амоном росли вместе – и рассказ о нем неизбежно будет рассказом и обо мне».