Пробужденный - Коллин Хоук

– О, понимаю. Она твоя.

Амон нахмурился.

– Она не моя и не твоя, а своя собственная. И никому не обещана!

– Да ну? – Астен сложил руки на груди. – Что ж, дева, которая никому не обещана, сама может выбрать, кого пожелает.

С этими словами он взял мою свободную руку и запечатлел на запястье долгий поцелуй.

– Дай мне пару часов, и я докажу, кто искуснее выполнит твои самые потаенные желания…

Амон вздохнул.

– Лилия, это Астен. Астен, это Лилия и наш визирь, доктор Хассан.

– Для меня честь лицезреть вас, – в волнении проговорил археолог, приподнимая убеленную сединами голову.

– Да-да, – нетерпеливо ответил юноша. – Вы сможете воспеть меня потом. Брат сказал, у нас мало времени?

– Не то слово, – мрачно ответил Амон.

– Что ж, – и воплощение звездного бога, обойдя коленопреклоненного визиря, наклонилось за яблоком. – Сколько дней осталось до церемонии?

Протерев фрукт о белую юбку, которая при этом скандально задралась, Астен с наслаждением всадил зубы в хрустящую мякоть. Одна капля сока сорвалась с нижней губы и заскользила к подбородку. Парень перехватил ее большим пальцем и хитро улыбнулся, прежде чем протянуть мне надкушенное яблоко.

Флирт был таким откровенным, что я не сдержалась и захихикала. И это его я испугалась пять минут назад?!

– Нет, спасибо, – ответила я сквозь смех.

– Этого плода вполне хватит на двоих. Может, ты подумаешь еще раз?

– Спасибо, но я не голодна. Угощайся сам.

– Какая жалость! Соприкоснувшись с твоими губами, это яблоко стало бы вдвое слаще.

– Ну все, хватит, – вмешался Амон. – Ты немедленно прекратишь эти безвкусные домогательства.

Астен примирительно похлопал брата по плечу.

– Ладно-ладно. У нас есть время хотя бы на маленький пир?

– Боюсь, нет, – ответил Амон, помрачнев. – Темный собирает приспешников и становится сильнее с каждой минутой.

Доев яблоко, Астен легкомысленно швырнул огрызок в темноту, и доктор Хассан тут же бросился его поднимать.

– Что ты хочешь сказать? – спросил он, разглядывая наши с Амоном наряды. – Когда ты пробудился, брат?

Вместо ответа Амон обратился к доктору Хассану:

– Осаар, соберите вещи. Мы немедленно уходим.

– Слушаюсь, Вели… Амон.

– Спасибо.

Астен с напряжением смотрел на брата.

– Что происходит?

– Я пробудился несколько дней назад. Прости за спешку, но нам нужно найти Амоза, прежде чем Темный вернет себе силы и вступит в борьбу.

– Найти Амоза? Ты не знаешь, где он? Где ты вообще пробудился?

Амон поднял ладонь, и поток вопросов Астена иссяк.

– Мне нужно многое тебе рассказать, но время на исходе. Поговорим по дороге, – и парень мягко провел подушечкой пальца по моей скуле. – Надо как можно скорее поднять Амоза.

Похоже, печаль брата наконец отрезвила Астена. Он сжал плечо Амона.

– Я сделаю все, что смогу. Мы его найдем. Едины в жизни, едины в смерти.

– Истинно, брат.

Я уже направлялась за рюкзаком, когда пещера вздрогнула. Я пошатнулась и упала на грудь Амону. Не успела я спросить доктора Хассана, часто ли в этих местах бывают землетрясения, как тряска на мгновение стихла, а потом возобновилась с еще большей силой.

– Это твои проделки? – заворчала я на Амона, когда по гроту промчался зловонный горячий ветер.

Парень покачал головой, но ответа так и не последовало: грот наполнился шипением, и весь воздух вымыло прочь, будто огромным насосом. Легкие сдавило, как недавно в гробнице-ловушке, и я испуганно схватила Амона за руку. Факелы с треском гасли один за другим, пока мы не остались в кромешной темноте. Амон и Астен тут же затеплили свои тела, и я ощутила дуновение свежего воздуха. Белое сияние Астена намного превосходило в яркости золотой свет брата, и я только сейчас поняла, как истощен Амон. В сумраке его глаза сверкали тусклыми изумрудами, в то время как со стороны Астена на меня смотрели два ослепительных янтаря.

Потолок пещеры снова содрогнулся, и нас осыпало пылью: что-то двигалось сквозь гору. Я сразу представила гигантского змея, который, сжимаясь и извиваясь, прокладывает себе путь сквозь слои породы.

– Что это?!

– Понятия не имею, – ответил Амон.

В ту же секунду по стене пробежала сеть трещин, и в них вспыхнули нити чистого света. Вся пещера озарилась ярким сиянием.

– Как красиво, – прошептала я.

– Не думаю, что это слово тут уместно, – мрачно откликнулся Амон, глядя, как нити начинают извиваться. Тонкие мерцающие шнурки сотнями просачивались сквозь трещины в камне и падали на пол.

– Это же не…

– Именно, – кивнул Амон. – Черви.

– Тогда беру свои слова обратно, – и я ткнула пальцем в Астена. – Когда вы его будите, всегда такие спецэффекты?

Звездный бог вскинул брови над сияющими глазницами.

– Тысячи прекрасных женщин? Да. Тысячи плотоядных червей? Определенно нет.

– Э-э, парни? – я попятилась к дальней стене. – Мне кажется, или их становится больше?

Теперь черви извивались на полу, словно опрокинутая тарелка флуоресцентных спагетти – только вот эти спагетти сами собирались кого-нибудь сожрать. Не приходилось сомневаться, что через несколько минут нас с головой накроет этим месивом.

– Мы можем отсюда убраться? – прохныкала я. – Ну, пока нас не обглодали до недавнего состояния Астена?

– Что-то для жрицы ты не очень почтительна, – заметил звездный бог.

– Тебе уже сказали, что я не жрица!

– Думаю, эти черви – не самая большая наша проблема, – вдруг сказал доктор Хассан.

– Нет? – удивился Амон. – А какая самая большая?

Гора вздрогнула, и потолок пещеры расколола огромная трещина. Сверху посыпались булыжники и тучи каменной крошки, которые мгновенно разломали саркофаг Астена и разбили вскрытые канопы. Но времени оплакивать их не было: из трещины в потолке появилось создание, более уместное на страницах Лавкрафта – червь размером с Годзиллу.

Серая кожа была покрыта густой слизью. Всю переднюю половину чудовища занимала гигантская пасть с бесконечными рядами острых зубов, которые кончались где-то в глубине глотки. Словно почуяв свежую кровь, червь изогнулся и пополз к нам по стене пещеры. При этом он ритмично разевал и захлопывал пасть, отчего зазубренные клыки щелкали, будто садовые ножницы.

Доктор Хассан шумно сглотнул.

– Вот наша самая большая проблема.