Кружащие тени - Селин Кирнан

Эмбла улыбнулась.

— Нет, — сказала она. — Мы не танцуем. Сол мог бы, если бы был здоров, но я с Ашкром? Нет. Мы с Ашкром за пределами Фрита. — Огонь блеснул в ее глазах — в этот момент лицо Эмблы показалось торжественным.

Винтер перевела взгляд на Солмундра, сидевшего у другого конца бревна. Ашкр наклонился вперед, обняв друга за плечи и положив подбородок ему на макушку. Оба смотрели на танцы с нескрываемой грустью.

Ашкр тихо сказал что-то по-мерронски, и Рази обернулся к нему.

— Что? — переспросил он.

— Коинин плачет, когда танцует.

И Рази, и Винтер вмиг повернулись к кострам, высматривая своего друга. Солмундр взял Ашкра за руку.

— Ульфнаор тоже, — заметил он.

Винтер перевела взгляд на аойре — и правда, когда вождь повернулся в танце, мокрые полосы на его щеках сверкнули, а глаза заблестели в свете пламени.

— Бедный Ульфнаор, — пробормотала Эмбла. — Он не думал, что это время настанет.

— Думаю, он не сможет справиться, — сказал Солмундр, крепче сжимая руку Ашкра.

— Я тоже не думал, что этот день придет, — сказал Ашкр. — Я… — Он закусил губу и замолчал. Затем, прижавшись щекой к волнистым волосам Солмундра, он повернулся к Эмбле: — А ты думала о том, что он придет, Эмбла? Ты готова?

Эмбла повернула голову, и прядь золотых волос скрыла от Винтер выражение ее лица.

— Я всегда знаю, — сказала она. — Никогда не забываю об этом.

Ашкр опустил глаза, а потом снова принялся смотреть на танцующих, опираясь подбородком о голову Солмундра. Тот поднес пальцы друга к губам и поцеловал.

— Не беспокойся, — тихо сказал он.

Вдруг Эмбла отвернулась от танцующих и уткнулась лицом в шею Рази, утонув в его объятиях. Рази прижал ее к себе, гладя смуглой рукой по волосам. На мгновение он встретился взглядом с Винтер, и та увидела в его глазах отражение своей тревоги. Танцующие кружились, их нежная песня летела над треском костров, пыль поднималась под ритмично притоптывающими ногами. Во главе их, подняв руки, кружился Ульфнаор — лицо его было залито слезами, глаза горели огнем.

* * *

Церемониальный танец закончился долгим молчанием, а затем все танцоры одновременно хлопнули в ладоши. Мерроны откидывали волосы с лиц, улыбались друг другу, посмеивались, по своему обыкновению сразу переходя к веселой непринужденности. Музыканты принялись играть, и веселье вечеринки вмиг сменило торжественность празднества. Мерроны принялись кружиться в затейливых фигурах танца, беззаботных и веселых. Из рук в руки стали переходить бурдюки с вином.

Эмбла вырвалась из объятий Рази и потянула его за руки:

— Теперь давай танцевать, Табиб! Покажи мне, как ты умеешь прыгать!

Рази, удивленный такой внезапной сменой настроения, последовал за ней в гущу танцующих, и они, закружившись, исчезли из виду. Винтер вытянула шею, высматривая Кристофера. Куда он пропал?

Эмбла и Рази, кружась в танце, вылетели из-за костра. Винтер увидела, что Рази, кружа свою даму, оглядывался, лихорадочно ища в темноте Кристофера. Вдруг он просиял, широко улыбнулся и приветственно кивнул. Он смотрел прямо за спину Винтер, и она улыбнулась, понимая. И правда, секунду спустя тонкие мускулистые руки обняли ее за плечи, и голос с певучим северным акцентом промурлыкал на ухо:

— Ну как, девочка? Понравился тебе наш танец?

Кристофер опустился на бревно и прижал к себе сидящую у его ног девушку. Она откинула голову к нему на грудь, он обнял ее, и она почувствовала себя в тепле и безопасности, вдыхая запах Кристофера, теплый и пряный, который она не могла бы спутать ни с каким другим.

— Еще как понравился! — прошептала она. — Танец был просто прекрасен.

Она подняла голову, улыбаясь, — он склонился чуть ниже, глядя ей в лицо.

— Я рад, — прошептал он.

— Ашкр сказал что-то странное, когда мы смотрели на танец, — проговорила Винтер. — Он сказал, что Ульфнаор никогда не верил, что этот день придет. Эмбла ответила, что она всегда это знала, а Ашкр сказал, что он тоже никогда в это не верил. Они смотрели так печально, Кристофер, а Ульфнаор, он… — Она поколебалась, не желая смутить Кристофера тем, что видела их обоих плачущими. — Когда Ульфнаор танцевал, мне показалось, что он очень расстроен.

Кристофер смотрел вперед, на танцующих. Отражение огня шевелилось в его глазах, тени танцующих мелькали на лице. Он ничего не сказал.

Винтер почувствовала, что вопрос застрял у нее в горле, как темный камень. Она выплюнула его сразу же, пока хватало смелости.

— Почему Эмбла и Ашкр вне Фрита, Кристофер? Почему они не участвуют в этом прекрасном танце?

Взгляд серых глаз Кристофера остановился на Рази с Эмблой — они снова оказались совсем рядом. Рази улыбался, кружа Эмблу, чье лицо светилось от радости, а волосы развевались за спиной.

— Так уж повелось, — сказал он.

Винтер нахмурилась, отстранилась и пристальней вгляделась в его лицо.

— Кристофер Гаррон, — строго сказала она. — Ты просишь нас рискнуть жизнью и уйти отсюда. Хотя бы попробуй объяснить, для чего это надо.

Кристофер глядел на нее сверху вниз, страдальчески сдвинув черные брови. Он вздрогнул:

— Я не могу объяснить, девочка, это слишком сложно. Мне нужно, чтобы ты мне верила, вот и все. Мне нужно, чтобы ты верила мне, когда я скажу, что увести Рази от Эмблы — это лучшее, что я могу сделать. — Он с несчастным видом склонил голову, глаза его блестели от слез. — Пожалуйста, Винтер. Прошу тебя. Мне надо, чтобы ты мне верила.

Секунду Винтер сверлила его взглядом, но она не могла сердиться на него подолгу. Его огорчение было слишком глубоко, разлад в его душе — слишком очевиден. Она погладила его по щеке.

— Я верю тебе, Крис, — тихо сказала она.

Она уткнулась лбом в его плечо и ласково погладила его по руке. Кристофер прижался к ее щеке своей гладкой щекой. Когда он моргнул, Винтер почувствовала прикосновение его ресниц — словно крылья бабочки. Она обняла его за пояс.

— Я доверяю тебе, — прошептала она. Крис чуть отстранился, чтобы взглянуть ей в лицо, а Винтер повернула голову, прижимаясь к его руке. Она медленно сомкнула пальцы вокруг плетеного шерстяного браслета на руке Кристофера. — Хочешь, пойдем в шатер?

Они взяли свое оружие, лежавшее за бревном, и пошли рука об руку сквозь деревья к мерронскому лагерю. Теперь празднество осталось позади — яркое и шумное в густеющих сумерках. Они прошли мимо шатра Ашкра, там было темно и тихо, все стены опущены.

Казалось, что до завтрашнего дня остаются годы, а сейчас Винтер не боялась ничего. Она не страшилась ни темноты, ни Кристофера, ни утешения, которое им сейчас предстояло подарить друг другу. Все в этот момент было хорошо, все было правильно. Безлунное небо темнело над головой, усыпанное звездами так густо, что она могла бы протянуть руку вверх и перебрать пальцами их сверкающие сонмы. Она шла с закинутой головой, держа за руку Кристофера, и в восторге глядела в небо.