Кружащие тени - Селин Кирнан

Рази задел Винтер плечом, торопясь на человеческие стоны, звучавшие в отдалении. Кристофер остановился рядом с ней, с неподвижным лицом, не отрывая глаз от служившей коню попоной волчьей шкуры с оскаленной пастью.

— Господи, — выдохнула Винтер, неотрывно глядя на бедного коня, который пытался подняться на ноги. Он поскользнулся, и внутренности еще больше свесились из его разорванного живота — от кишок шел пар в холодном утреннем воздухе. Конь тонко, страдальчески заржал. — Господи Иисусе, — снова прошептала Винтер; чувствуя, как сдавило грудь. — Salva nos. — Лошадь вздохнула в последний раз, содрогнулась и упала набок, беспомощно дергая ногами.

Мерроны вместе с Винтер подступили к несчастному созданию. Винтер помогла двум мерронам снять упряжь, держа голову лошади. Затем женщина нагнулась над конем и одним быстрым глубоким ударом перерезала ему горло.

Кровь хлынула на землю, на слежавшиеся осенние листья. Болезненное напряжение ушло, несчастный конь расслабился, подогнув сильные ноги, и последний вздох вырвался из перерезанного горла с клокотаньем, как болотный газ. Винтер отступила назад, но мерроны не отпустили узду. Мужчины держали рану открытой, чтобы кровь вытекала свободно, а женщина поглаживала вздрагивающую шею, пока жизнь уходила вместе с кровью.

Винтер взглянула на Кристофера, стоявшего по другую сторону растущей алой лужи. Он шагнул вперед, запачкав сапоги в крови, и неотрывно глядел на волчью голову. Она таращилась на него в ответ, блестя серебряными зубами в утреннем свете.

«Волки-Гару», — подумала Винтер и стала разглядывать конскую упряжь. Он ехал налегке, без седельных сумок, без спального мешка и утвари для приготовления еды. Она оглянулась на лес и крепче взялась за рукоять меча. Значит, его спутники не более чем в дне пути отсюда. Стало быть, это разведчики, выехавшие из центрального лагеря. Они что-то ищут. Они шпионы. Винтер вновь поглядела на растерзанного коня. Шпионы. «Мы собирались стать шпионами на время, — вспомнила она, содрогнувшись. — Это могло бы случиться с нами».

Звуки вдалеке стихли, мужчины и женщины перекрикивались, неторопливо давая указания. Раненый перестал кричать. Кристофер встретился взглядом с Винтер над головами сидящих на корточках мерронов. Винтер сделала ему знак следовать за ней и отправилась за Рази.

Они пошли по широкому следу поломанных кустарников и капель крови среди деревьев. Через несколько ярдов они увидели еще одну лошадь, к счастью мертвую, с чисто перерезанным горлом — погибла без страданий. Мерроны снимали ее роскошную упряжь, молча стягивали седло с шеи, расстегивали пряжки. Они небрежно бросили волчью шкуру на растущую груду снаряжения Волков-Гару. Драгоценные камни — глаза волчьей головы, казалось, следили за медленно проходящими мимо Кристофером и Винтер.

Всадник лежал среди деревьев ярдом дальше. Халвор склонилась над телом, спиной к ним. Собаки Ульфнаора стояли вокруг, радостно пыхтя и виляя хвостами. Когда подошли Кристофер и Винтер, все псы вскинули головы, ощерив пасти и вывалив языки. Их жесткая шерсть свалялась от крови и грязи. Вдруг раздался треск, и Халвор стала отпиливать что-то ножом. Собаки возбужденно завизжали, прыгая и принюхиваясь.

Винтер и Кристофер тихо подошли ближе и поняли, что руки Халвор по локоть обагрены кровью — она выпрямилась, и они увидели труп. Тело было обезглавлено, но головы поблизости не было видно. Халвор раскрыла грудную клетку и теперь подзывала проголодавшихся боевых псов, убивших человека, и протянула им его сердце. Она разорвала сердце надвое, и Винтер, несмотря на отвращение, не отрываясь, следила, как две громадные собаки выступили вперед и осторожно взяли по половине сочащегося куска с ладоней Халвор.

— Maith sibh a chunna, — проговорила целительница, вытирая руки о рубашку мертвеца.

Подошли еще двое мерронов, и Халвор махнула им рукой, чтобы они сняли с убитого Волка-Гару дорогое убранство. Кристофер потянул Винтер за локоть, и они двинулись прочь.

Они пошли на голоса людей, пробирающихся через лес, и снова оказались на опушке. Рази стоял к ним спиной, еще сжимая свой палаш. Он наблюдал за группой мерронов, которые собрались вокруг Ульфнаора и Вари. Они рассматривали что-то лежащее на земле.

Когда Винтер и Кристофер вышли из-за деревьев, Ашкр проталкивался через ряды мерронов, его собаки бежали за ним по пятам. Он нес что-то в руке. Винтер не сразу поняла, что это была человеческая голова. Когда мерроны увидели, кто их расталкивает, они расступились и пропустили Ашкра.

Его собаки устремились вперед, лая и огрызаясь. При виде псов лежащий на земле закричал от страха.

«О боже! — поняла Винтер. — Это же человек!»

Ашкр прикрикнул на собак — она в первый раз слышала, как мерронский лорд повысил голос, — и боевые псы сразу попятились и растянулись на животе в грязи. Человек на земле сделал ужасную, судорожную попытку уползти, и Вари пнул его ногой. Гару завыл и вдруг вскочил, сыпля хадрийскими проклятьями.

При звуке голоса Волка Кристофер поморщился, и Винтер почувствовала, как он пятится. Она успокаивающе погладила его по спине, не отрывая взгляда от Рази.

Рази протиснулся между мерронских воинов, поближе к Волку, и обошел вокруг него. Он остановился рядом с Ашкром — они стояли теперь бок о бок, холодно взирая на Волка сверху вниз. Винтер показалось, что Рази выглядит странно отрешенным и задумчивым, как барышник на ярмарке, выискивающий в лошади изъян. Винтер незамеченной прошла среди воинов ближе к пленному. Кристофер последовал за ней, но остановился на краю кольца собравшихся мерронов, молча и неподвижно, опустив голову.

Эмбла стояла рядом с Ульфнаором, с мечом в руке и боевыми псами у ног. К удивлению Винтер, пришел и Солмундр. Леди свободной рукой обнимала его за талию. Винтер встала рядом с ними и наконец разглядела одного из Волков Давида Ле Гару.

Он был молод, не больше двадцати пяти лет от роду, чисто выбрит, с каштановыми волосами до плеч. Винтер с ужасом глядела на его ноги, обращенные в кровавую кашу, на то, как он обеими руками придерживал кишки, вываливающиеся из раны на животе. Борясь с тошнотой, она снова перевела взгляд на его яростно искаженное лицо. Он, не мигая, смотрел на Вари глазами, ярко синеющими на белом, как мел, лице.

— Вы безбожные дикари, — хрипло проговорил он по-хадрийски. — Бродяги, сыновья шлюх. Давид вам ваши паршивые сердца выест, слышите? Он вам выжжет глаза! Вы…

Ашкр вдруг опустился на корточки рядом с ним и наклонился вперед, глядя в глаза. Волк вздрогнул было от страха, но быстро собрался и снова огрызнулся вызывающе:

— Держись подальше, щенок! А то еще блох на меня натрясешь.

Ашкр кивнул.

— Видишь своего друга? — спросил он и положил голову на землю. Собаки изуродовали ее, пока отгрызали от тела, но черты лица еще можно было узнать. Ашкр повернул голову к замолчавшему Волку. Он осторожно отвел слипшиеся волосы с безжизненного лба. Затем поднял взгляд на Волка. — Видишь своего друга? — повторил он и хлопнул по щеке мертвеца. — Ему повезло, — прошептал он.