Целительница будущего короля - Любовь Свадьбина

Стражники стояли прежние, глянули на нас с подозрением, но вопросов не задали. Я замерла возле дверей: пускать к себе Дэйти не хотелось.

– Вытащи мне стульчик, – ехидно предложил он. – Я тут посижу, деньжата свои покараулю.

Всё же он не испытывал ни малейших угрызений совести за то, что заманил меня в ловушку!

С той стороны стал подвывать и царапать двери Черныш, я открыла створку и чуть не упала, когда на меня рванула половина центнера прекрасного чёрного зверя. Он вертелся вокруг меня, подпрыгивал, преданно заглядывал в лицо и махал хвостом.

Спотыкаясь о крутящегося под ногами Черныша, я добралась до подставки для ног и отнесла её к выходу, всучила Дэйти.

– Благодарю, – карикатурно поклонился он и развернулся к стражникам. – Парни, сегодня вам несказанно повезло: я буду развлекать вас прекрасной музыкой и песнями!

Стражники выглядели довольными. Наверное, им совсем тоскливо было здесь, вдали от сплетен.

Я закрыла дверь.

Засова на ней не имелось, и я решила придвинуть кресло. Оно было массивным, поползло по полу со скрипом, но я дотолкала его до створок и, только перегородив вход, смогла выдохнуть с облегчением.

После чего опустилась на пол, обняла Черныша и беззвучно заплакала.

***

Появление Венанции прервало такие перспективные переговоры! Вдобавок к этому Кайден ощущал некоторую неловкость, ведь он знал: это она отравила дядю Схенея. А она даже не обладала достаточной выдержкой, чтобы спокойно смотреть тому в лицо.

Впрочем, неловкость эта была куда меньше, чем раздражение на Венанцию, недостойное взрослого мужчины, но от того не менее сильное.

Стоило Схенею предложить ей виноград, её словно прорвало:

– Кайден, почему твои люди не пропускали меня сюда? Я принцесса!

– А они – мои люди, – терпеливо пояснил Кайден.

– Это мой замок! – топнула Венанция.

Он развёл руками:

– Тогда не надо было приглашать сюда жить тех, кто напрямую тебе не подчиняется.

Схеней уминал виноград и, кажется, ему было весело.

Достойного ответа у Венанции не нашлось, она топнула ногой и сложила руки на груди. Обиженно надутые губы на Кайдена не действовали, он вежливо уточнил:

– Ты что-то хотела?

– Да! – язвительно отозвалась Венанция. – Это же очевидно, раз я к тебе пришла!

Кайден молча ожидал пояснений. Венанция хмурилась. Но, в конце концов, сдалась:

– Вам, герцогам, надо обсудить вопрос наследия Апрумов. А тебе, – она указала на Схенея. – Тебе пора ехать в родовой замок, ты должен позаботиться о родовом духе и не можешь оставаться кандидатом в короли!

– Конечно-конечно, – с ехидцей отозвался Схеней. – Куда мне, презренному, претендовать на вашу руку и сердце.

Она глянула на него исподлобья.

– Сейчас мы с братцем обсудим пару моментов, и я поеду, – пообещал Схеней.

– Но… – Венанция покосилась на Кайдена и на миг задумалась, после чего выдала. – Остальные герцоги не могут ждать. Нам уже можно идти. Кстати, в комнате, где вы проводили переговоры, глупые слуги разлили вино, придётся пообщаться в другой.

– Хорошо, – кивнул Кайден. – Сейчас мы со Схенеем договорим, и я подойду. Только скажи, куда.

Венанция нетерпеливо поджала губы и опять притопнула ногой. Кайден поймал себя на том, что эти её нервные телодвижения раздражали его больше обычного.

– Хорошо, – выдавила она. – Только недолго, я подожду, чтобы тебя проводить.

И она направилась к ещё одному креслу, плюхнулась в него с видом «вам не удастся меня выгнать!»

Кайдену это не понравилось: что-то неправильное было в поведении Венанции. Нет, она и прежде врывалась к нему, даже пробовала подкараулить в спальне, капризничала, и сейчас остаться здесь она могла из желания послушать, что Схеней думает о смерти Оксинта. Но это не единственные возможные мотивы. Например, она могла узнать о спасённой служанке…

– Минуточку, – Кайден поднялся с кресла и направился к окну, чтобы закрыть его.

И чтобы, оказавшись спиной к своим гостям, сосредоточиться, мысленно потянуться к Чернышу и узнать, что с Эйной.

А создав эту связь, Кайден с трудом сдержал ругательство.