Вечный Странник - Ирина Сербжинская

Тильвус забарабанил пальцами по столу.

– Ну, узнал! – пробормотал он, отводя глаза. – Сказали мне, что вы меня ищете… по всему городу бегаете. И внешность описали.

– Кто это? – Сати впилась взглядом в чародея, тот молчал, делая вид, что не расслышал вопроса. – Кто? Догадываюсь! Марксист, да? Предатель! Вероломный гад! – Она стукнула кулаком по столу, пластиковые стаканы подпрыгнули. – Дождется он еще! Ни копейки больше от меня не получит! Будет ему недвижимость в Испании!

– Да ладно! – забубнил Тильвус, напуганный криками. – Он просто так предупредил, от чистого сердца.

– Предупредил, значит? Ну, хорошо же… Я ему это припомню!

Никита разлили пиво, придвинул стакан Тильвусу.

– Ну, ты тоже, дед, нас пойми, – произнес он. – У нас из-за тебя положение такое… врагу не пожелаешь! Мы тебя повсюду…

– Где искали-то? – Тильвус отхлебнул пиво.

Подошла барменша, поставила на стол пластиковые тарелки с пельменями.

– Да уж где только не искали! – Сисадмин пододвинул тарелку, выдавил на пельмени майонез из пакетика, перемешал. – Даже в ночлежку ездили! Там тебя опознали, кстати. Сказали, что ты у них был, да сбежал.

– Не сбежал, – запротестовал маг, – а… покинул заведение, так сказать.

– А чего так? – змеиным голосом поинтересовалась Сати, яростно тыча вилкой в пельмень. – Меню в богадельне недостаточно разнообразное?

– Нормальное там меню. – Тильвус прожевал пельмень и запил пивом. – Да в приюте только пять дней жить можно. А потом на работу устраивают. На овощебазу или улицы мести. Благодарю покорно!

– Да, – неопределенно протянул Никита. – Дворником работать – это тебе не мир спасать. Понимаю.

Тильвус покосился на него, но промолчал.

– Так что насчет возвращения? – гнула свое Сати. – Будете возвращаться?

Чародей отрицательно мотнул головой.

– Слушайте, господин маг, это, в конце концов, ваше дело. Раз вас совесть не мучит, можете и здесь отсидеться, пока у вас там война идет. Ну, друганов ваших на войне этой положат, так это фигня, новых заведете, правда? Но вот мечуган свой вы у нас извольте забрать! – Сати решительно махнула вилкой.

Маг замер, не донеся пельмень до рта.

– Какой мечуган?

– Вечный Странник! – пробормотал Никита сквозь зубы.

Тильвус поперхнулся пивом.

– Имей в виду, дед, хочешь ты или не хочешь, а железку заберешь! Мы и так с ней страху натерпелись. Все равно, что бомбу с часовым механизмом с собой возить – неизвестно, когда рванет.

– Он у вас?

– Ну а где? – воскликнула Сати, теряя терпение. – Приятель ваш сказал, что меч нужно спереть и вам вернуть как можно скорее. Нам до вас дела нет, скажем прямо, но то, что Странник мог в музее веселье устроить, нам как-то не очень понравилось. Так что мы его того… ну, позаимствовали, в общем. В кладовке прятали, а сейчас он в машине у Никиты. Забирайте!

Тильвус задумчиво отхлебнул пиво.

– Ну, что вы молчите? Это правда, что меч сам может… ну, убить кого захочет? – спросила Сати.

Маг кивнул.

– Он еще не то может…

– Ну вот! – подхватил сисадмин. – Поэтому забирай его, дед, и делай с ним что хочешь. Нам такое счастье ни к чему.

– Да-да! – подхватила Сати.

Из-за соседних палаток показался лысоватый загорелый мужик. Он вел за повод большого серого оленя.

– Кто желает прокатиться или сфотографироваться? – бормотал мужик привычной скороговоркой. – Кто желает…

Проходя мимо столика, где сидели Тильвус, Сати и Никита, олень мотнул головой и насмешливо фыркнул.

Маг бросил быстрый взгляд на Сати и пробормотал:

– Ну, ты уж слишком… постеснялся бы!

Сати растерянно заморгала глазами, ей показалось, что великий маг обращался к оленю, чего, конечно же, быть не могло!

Она тряхнула головой и решительно вернулась к теме разговора:

– Давайте не будем терять время. Пойдемте прямо сейчас к машине, заберете…

– Ну что «заберете», что «заберете»! Не решил я еще! И вообще с этим возвращением… Что за бесцеремонное вмешательство в частную жизнь! Совесть надо иметь! – Тильвус с достоинством окинул взглядом собеседников и подцепил на вилку очередной пельмень.

Никита слушал его с открытым от удивления ртом.

– Ну, дед, ты даешь! – начал он было, но Сати перебила его.

– Это вам неплохо бы про совесть помнить! Нету у вас ее, господин великий маг! – сердито заявила она. – И никогда не было! Там, где ваша помощь нужна, вы помогать не хотите, потому что тут, в нашем мире жить вам проще и удобнее! Бомж вы, по призванию бомж, а не по определению!

Никита толкнул ее в бок, но подельница с досадой отмахнулась.

– Да какой это великий маг? – пренебрежительно спросила она, ткнув вилкой в сторону Тильвуса. – Ты только погляди на него, полюбуйся! И он же нам еще про совесть говорит! А самому наплевать, что там люди гибнуть будут! А тут? Мы меч для вас нашли, художественный музей обворовали, между прочим! А это дело – уголовно наказуемое, ясно вам? Раскроется эта кража рано или поздно, музейщики милицию вызовут и нас с Никитой в тюрьму посадят! Как вам это, а? Да если б мы знали, что сидим не зря, не так обидно было бы! Так что о совести лучше не говорите!

Она оттолкнула тарелку и отвернулась.

Великий маг почесал в голове и помолчал, что-то соображая. Потом вздохнул.

– Хорошо, хорошо, – покладисто сказал он. – Вы меня убедили.

Никита подозрительно прищурил глаза.

– Правда? – обрадовалась Сати, она не умела подолгу сердиться на кого-то. – Ой, ну наконец-то! А когда вы отправитесь… э… ну… в общем…

– Да вот прямо сейчас и отправлюсь! – бодрым голосом откликнулся маг.

Он вылил в стакан остатки пива и выразительно посмотрел на сисадмина. Тот понял намек и поднялся.

– Пива или пельменей?

– И пива, и пельменей, – нахально распорядился Тильвус.

Сати отодвинула пустые тарелки и стаканы в сторону.

– Вот, я так и знала, что все хорошо закончится. Как и полагается.

Тильвус согласно кивнул.

– А… э-э-э… Вы не подумайте, что мы вас торопим, – извиняющимся тоном продолжала Сати. – Но вас там ждут, как мне кажется… так что… Но нам, конечно, будет вас очень не хватать, гм… ну, это всегда так говорится, сами понимаете. Из вежливости.

Сати немного помялась.

– Да, я вот еще о чем хотела вас спросить. Вы же маг, чародей и все такое… послушайте, а как насчет небольшой компенсации за моральный ущерб?