Вечный Странник - Ирина Сербжинская

– Когда его? – хмуро спросил другой.

– Вчера вечером… в машине, во дворе у него.

Тильвус сообразил, что разговор явно не предназначался для его ушей, и поспешно подхватил пакеты. Бутылки громко звякнули, люди как по команде замолчали и оглянулись.

– Ты что тут делаешь, а?

Таких вопросов великий маг очень не любил, обычно сразу за ними следовало рукоприкладство.

– Ничего, – торопливо отозвался он, с тревогой глядя на приближающегося человека. – Бутылки вот забрать… Бутылки пришел забрать!

– Пошел отсюда! – Рука у чернявого оказалась тяжелой. Перед глазами Тильвуса вспыхнули искры, во рту мгновенно появился солоноватый привкус.

– Я тебе что сказал?!

Тильвус не стал дожидаться продолжения, подхватил пакеты и поспешил прочь.

Отойдя на приличное расстояние, он поставил сумки на пол и подолом грязной майки вытер кровь. На руке чернявого он успел заметить перстень – массивную печатку, она-то и рассекла губу. Тильвус языком ощупал рану и покачал головой. Ладно… заживет, как на собаке…

Сбоку послышался шорох.

Старая крыса вскарабкалась на разбитый ящик и уставилась на Тильвуса.

– Еще раз здравствуйте, сударыня… Что? – Он сплюнул кровь и пососал разбитую губу. – Ну, э-э-э… бывает. Нет, не знают… да и зачем им про меня знать? Да, вы совершенно правы… есть веские причины держать это в тайне. Нет, сударыня, я не собираюсь сводить счеты… он всего лишь человек не более того. Что значит «с удовольствием сделаете за меня»? – насторожился маг. – Как это?

Старая крыса многозначительно посмотрела в сторону, Тильвус проследил ее взгляд. Возле стены сидели несколько огромных крыс, появившихся бесшумно и незаметно.

– И что? – нервно спросил Тильвус. Одна из крыс зевнула, обнажив длинные желтые резцы. – Люди беспечны, вы говорите? Не подозревают, что не они здесь хозяева? Подстеречь? – Он взглянул туда, где в дальнем ангаре все еще виднелась компания людей. – Э… Да, я знаю, на что вы способны… Видел как-то раз, сударыня… нет, не здесь… Давно, очень давно. Знаю, что отбиться от стаи крыс ни одному человеку не удастся… Что? Кому? Тому, кого я видел? Ему… ему тоже не удалось. Да, зрелище было впечатляющее, тут вы правы…

Он подхватил пакеты и еще раз взглянул на крыс, сидящих возле стены. Крысы выжидающе поблескивали глазами.

– Благодарю за предложение, но… не стоит этого делать, – проговорил маг. – Не нужно. Что? Нет, по другой причине… ему и так осталось жить два месяца… Нет, совершенно случайно. Смертельная болезнь. Нет, еще не знает. А когда узнает, будет уже поздно. Да, вот и я говорю – смешно. Люди вообще на редкость забавные существа… Рад был познакомиться! Всего хорошего…

Тильвус и Сидор сдали бутылки, купили по бутылке пива, по горячему беляшу и медленно побрели по тротуару вдоль проспекта.

– Давай на лавку сядем, что ли, ноги, значить, не казенные, – проговорил Сидор. – Узнать бы, время сколько…

Тильвус посмотрел на солнце.

– Пять часов. – Он отхлебнул теплого пива и закусил беляшом.

– Пять часов, ага… айда вот сюда, во двор. Там лавки есть, наверное.

Сидор плюхнулся на лавочку и вытянул ноги в растоптанных кроссовках без шнурков.

– Ну, на овощебазу тогда ночевать не пойдем. – Он искоса посмотрел на приятеля. – Эк тебя приложили… да… на улице переночуем, это самое, на свежем воздухе, а то в этих ангарах крыс полно… Хозяева-то кошек как-то наловили… Ну, не сами, конечно, ловили, а мальчишек на улице попросили. За каждую кошку – десятку. Наловили, значить, штук пятнадцать и в ангары запустили, на ночь. Чтобы те крыс ловили. – Сидор отхлебнул пива и вытер губы.

– И чего? – поинтересовался Тильвус.

– Ну, чего… Крысы всех кошек к утру, значить, в клочки порвали, вот и вся, это самое, история.

Отдохнув, приятели двинулись дальше. Тянулись унылые дворы, похожие один на другой. Для порядка Сидор прилежно заглядывал в мусорные контейнеры.

– Да рано еще, – лениво проговорил Тильвус. – Народ с работы еще не пришел. Утром проверить надо будет.

– Да знаю я, – отозвался Сидор, с головой нырнув в очередной бак. – Привычка же… Привычка, это самое, проверить… Эй, гляди, нашел чего-то!

Он вылез из мусорника, держа в руках увесистый пакет, запакованный в черный полиэтилен и крест-накрест обмотанный липкой лентой.

– Гля, вот в коробках нашел. – Сидор повертел пакет. – Коробки там, значить, выбросил кто-то из-под обуви… Сейчас погляжу, чего такое…

Он принялся отклеивать ленту, но вдруг испуганно замер.

– А вдруг бомба это? Я недавно по телевизору видел, возле универмага центрального стоял, а там как раз новости показывали. Я до конца-то не доглядел, охрана на какое-то кино переключила, но помню: было, значить, вот точно так же! Бомбу-то, это самое, в урну подложили!

Тильвус вздохнул.

– Где подложили?

– В аэропорту международном. – Сидор с опаской взглянул на пакет. – Ну его на фиг…

– В аэропорту! Разницу улавливаешь? А на окраине города какому дураку придет в голову…

– Ну, не скажи! Террористы, они, знаешь…

Тильвус прищурился, взглянул на пакет и хмыкнул.

– Да не бомба это!

– Ты откуда знаешь? – Сидор двинулся вслед за приятелем: тот отошел в сторону и уселся на скамейку. – Сейчас, значить, как рванет! А ты говоришь – не бомба. А что тогда?

Тильвус усмехнулся.

– А ты посмотри.

Сидор, поколебавшись, все же решился: содрал клейкую ленту, развернул пакет – и окаменел.

– Э… э… – выдавил он. – Погляди… погляди сам… а то, может, у меня глаза, это самое… не то видят?

Тильвус заглянул в пакет.

– Видят они то, что надо. Я тоже это вижу: деньги это. Доллары.

Он запустил руку в пакет и вытащил несколько увесистых пачек. Каждая была аккуратно перетянута резинкой.

– Д-д-да… – Цвет лица Сидора стремительно менялся. – Аж в сердце, понимаешь, кольнуло чего-то… Фу-у-у… Доллары? Сколько, значить, их тута? Слышь, давай подальше отойдем… – Он вскочил и потянул Тильвуса за рукав. – Вон туда, в кусты! Там, это самое, не видно. А то, не ровен час, хозяин прибежит!

В зарослях боярышника Сидор огляделся и высыпал содержимое пакета на траву.

– Считай, – бормотал он, перебирая тугие пачки трясущимися руками. – Считай, это самое, сколько тут, значить, пачек!

Тильвус разложил пачки.

– Гляди, Сидор. Десять пачек.

– А сколько там, как думаешь? В каждой пачке денег-то сколько?