Кожаный башмак. Шляпа из соломы - Люпе Боввал

Сорвав маску с убитого, Мия запустила ее в воина, что со спины подкрадывался к Тии, сражающейся сразу с двумя адептами. Он, услышав свист, развернул голову и тут же получил острым краем по челюсти, от сильного удара его повалило на землю.

Древком копья, Тия ударила в живот одного из противников, параллельно закручивая в воздушном потоке второго. Когда ветряной вихрь затих, адепт, покачиваясь, пытался собраться, но в глазах все расплывалось. Он ощутил острую резкую боль. Смерть пришла быстро. Тия копьем пронзила его сердце.

Мия посмотрела на убитого собой адепта без маски и удивилась. Перед ней лежала девушка, не старше восемнадцати лет. Из-за того, что представители клана Цзянши одеты все одинаково и почти у всех волосы длинные да собраны в хвост, а лица находятся в масках, тяжело определить пол, ко всему прочему, фигура у мертвой не имела изящных форм.

Джам совершая кувырок назад, уходя от водного столба, который выстрелил из-под его ног, и чуть было не подбросил его в небо.

— Тебе не сравниться со мной, — самоуверенно сказал Литас, замахиваясь плетью от себя.

Джам метнулся в сторону. Плеть ударилась об камни, осколки разлетелись в разные стороны.

Джам, обдумав сказанное, стиснул зубы от злости, впрочем, и от досады тоже, ведь мастер храма Ши-да прав. Литасу повезло стать учеником Аван Нахид и его боевые навыки куда выше, чем у него — самоучки. Собственно легко сдаваться парень не собирался.

Сосредоточившись и собрав в себе остатки духовной энергии, Джам закрутил воду в реке, образовал смерч, изогнул дугой, и со всей силы обрушил его на Литаса. Подняв руки, мастер заставил стихию куполом разойтись над собой. Вода разливалась по берегу, неугомонно продолжая падать сверху, в какой-то момент даже вынудив Литаса присесть на одно коленно.

Из-под воды вылетели несколько метательных ножей, Тагар отбил их саблей и переместился на соседний камень. Он прижал рукой бок, ощущая сильную боль, это ранение было всего на миллиметр выше предыдущего. Юн вылез из воды. Очевидно, от удара у маски откололся кусочек, обозревая карий правый глаз адепта.

— Сколько ненависти, — усмехнулся Тагар, заметив злость во взгляде Юна.

— Поскорее закончим! — с этими словами Юн рванул с места.

Тагар размахнулся и запустил саблю в противника. Адепт метнулся влево, но тут же сбоку ему по голове прилетел камень. Маска отскочила в сторону и, столкнувшись с булыжником, разлетелась вдребезги, а Юн вновь рухнул в воду. За это время Тагар успел допрыгать до своей сабли и в развороте отбил два ножа. Юн оказался вплотную к нему. Его клинок давил на лезвие оружия Тагара, заставляя того скользить назад. Они по-волчьи смотрели друг другу в глаза.

Мастер храма Гош теперь мог лицезреть полностью лицо своего главного врага. Юну не больше тридцати лет, он не дурен собой, только вот на левой щеке у него тонкий горизонтальный шрам, уходящий за область уха.

Тагар начинал испытывать нарастающую усталость из-за потери крови. В глазах временами темнело. Он понимал, долго в таком положении продержаться не сможет.

— Не расслабляйся! — фыркнул он, продумав план.

Камень под ногами задрожал. Юн ослабил давление клинка на саблю, пытаясь удержать равновесие. Он применил технику перемещения. В этот самый момент, Тагар размахнулся саблей. Она со свистом рассекла пространство. Юн очутился берегу. Он опустил глаза и увидел, как белый халат в области живота начал окрашиваться красным.

Тагар довольно улыбнулся при виде крови на своем оружие. Ему удалось ранить врага. Юн согнулся, в эту же секунду за спиной из реки послышался гулкий шум — вырвался поток воды, призываемый Джамом против Литаса, а в следующий миг, когда мастер храма Ши-да использовал пневму, адепта смыло прямиком в реку.

От неожиданности, усталости и боли Юн беспорядочно замахал руками, пытаясь всплыть на поверхность, да вот только ударился затылком об край камня и потерял сознание.

Мия побеждала очередных противников, как вдруг ее вместе с ними, но в противоположных направлениях, унесло водным потоком. Тия создала воздушный щит и ее миновала участь всех остальных. Джам, по пояс погруженный в воду, прилагал максимум усилий не только для контроля стихии, но и для того, чтобы самому устоять на ногах.

Тия поспешила на помощь Литасу, как и Мия, которая нашла точку опоры. Они одновременно направили в сторону Джама огненную и воздушную стихию. Заметив опасность, стремительно подбирающуюся с двух сторон, парень опустил руки и занырнул. Более не управляемая вода полностью обрушилась вниз. Литас направил ее в сторону реки, при этом стараясь вычислить местоположение Джама.

Духовные огонь и воздух столкнулись, образуя симбиоз. Нечто похожее на нестабильный шар, из которого то и дело выпирали полупрозрачные оранжево-голубые иглы, рухнул в воду, та тут же запарила, но не жаром, а холодом. Литас ощутил, как тяжело ему стало справляться со стихией. Она затрещала и принялась твердеть, превращаясь в лед.

Мия запрыгнула на дерево, а Тия подняла себя и мастера храма Ши-да в воздух. Лед стремительно распространился до самой реки, где из-за течения обламывался кусками от берега и уносился прочь потоком.

Только один воин и один адепт успели переместиться на безопасное расстояние, остальные замерзли, обратившись в ледяные статуи. Литас хмыкнул, заметив Джама, застывшего в выныривающем положении. Его верхняя половина тела оторвалось от основания, и понеслась вниз по реке.

Мия посмотрела туда, где произошло столкновение ее пневмы с пневмой Тии и заметила на поверхности льда трепещущиеся языки белого пламени.

— Холодный огонь! — воскликнула девчонка, спрыгнула с дерева и осторожно подошла ближе. — Как же красиво! — залюбовалась она.

Тия спустила себя и Литаса вниз, а затем сделала лишь шаг вперед, как замерла, глядя в лесную чащу. Она побледнела, увидев среди деревьев новоприбывших противников.

Литас раздраженно плюнул в сторону, а затем посмотрел на Тагара, переместившегося на берег. Он обратил внимание на ранение, и поинтересовался его состоянием. Тагар не стал жаловаться, лишь отмахнулся рукой.

Воины страны Луны разъехались на две полосы, и между ними образовалась дорога, по которой под десятками взглядов молчащих людей и лошадиное фырканье, черный конь с волнистой гривой, стуча копытами по плотной земле, вывез своего всадника. Тай, улыбаясь, непринужденно оглядел округу.

— Как красиво, — сказал он, видя впереди себя белоснежный ледяной каток в жаркую погоду. Мельком он обратил внимание на девчонку, сидящую у причудливого вида толи огня, толи дыма.