Дом соли и печали - Эрин Крейг

– А как же веточка в ее волосах?

– Ее спрятали в волосах позже.

Я представила, как чья-то огромная тень проникает в комнату моей спящей сестры и оставляет в ее волосах ветку с ягодами. Эта мысль заставила меня содрогнуться.

– Ты думаешь, третью дорожку оставил убийца? Убийца Эулалии?

Фишер кивнул.

Я начала лихорадочно вспоминать, почему я решила, что Эулалию убил отвергнутый поклонник. Если это был кто-то другой, вся моя теория рассыпалась…

– Если Розалию и Лигейю действительно убили… значит, мы все в опасности, – прошептала я.

Выглянув в окошко экипажа, я увидела Верити и Мерси, которые терпеливо слушали разговор папы с Верховным Мореходом, и у меня засосало под ложечкой. Кто-то может охотиться за ними. И этот кто-то…

Во двор въехал последний экипаж. Кассиус вышел первым и помог выбраться Камилле и Онор. На несколько мгновений он остановил взгляд на нас с Фишером, но затем отправился в дом вслед за моими сестрами.

– Много ли мы знаем о нем на самом деле? – раздраженно спросил Фишер. – То есть твой отец даже не знал, что у Корума был сын, пока он не появился из ниоткуда. Тебя это не смущает?

У меня внезапно разболелась голова и от обвинительного тона Фишера по спине побежали мурашки.

– Я согласна, немного подозрительно. Но это вовсе не значит, что убийца – он.

– Да, но…

Я подняла руку, останавливая его.

– Извини, Фишер, я должна это спросить. Ты ведь говоришь это не потому… что я выбрала его, а не тебя?

Фишер разинул рот от изумления.

– Нет, конечно! Как ты вообще могла такое подумать?

Он схватился за дверную ручку, словно в любое мгновение был готов распахнуть дверь и уйти.

– Стой! Я лишь хотела сказать… – Я с досадой выдохнула и покачала головой. – Извини, я сама не знаю, что несу. Я плохо сплю в последнее время, и… Я подумаю над тем, что ты сказал, ладно?

Фишер пристально посмотрел на меня.

– Чего ты от меня хочешь? Я должна ответить прямо сейчас?

– А у тебя есть более срочные дела? – Фишер пожал плечами.

Я вздохнула и попыталась восстановить события того дня.

– Вы со Стерландом прочесывали лабиринт в саду. С вами были еще Регнард и Итан. Так?

– Большую часть утра.

Я начала загибать пальцы. Айвор был наверху и копался в моих чулках.

– Юлиус искал в конюшнях вместе с Кассиусом, если не ошибаюсь, – сказала я и тут же вспомнила, что Кассиус вернулся один. На его щеках был яркий румянец, будто он провел на морозе много времени.

Как это возможно?

Конюшни находились совсем недалеко от дома и отапливались углем, чтобы лошади не замерзли.

– Ты уверен, что проходил мимо зарослей кустарника?

Неожиданно стало трудно дышать. Я чувствовала себя так, будто стояла на краю каменистого обрыва и мелкая галька ускользала из-под моих ног. Я знала, что сейчас упаду, но не могла ничего сделать для своего спасения.

Фишер кивнул:

– В зарослях никого не было. Никого.

Я выглянула в окно, но не могла думать ни о чем другом, кроме красных щек Кассиуса.

Стекла запотели от нашего дыхания. Фишер молча ждал, пока я соберусь с мыслями.

– Пойдем в дом, – наконец сказал он, открыв дверь, и помог мне выбраться.

Я стояла посреди двора словно в тумане. Я не шелохнулась, даже когда кучер ударил кнутом и лошади тронулись с места. Ничто не могло согреть меня, хотя я продолжала отчаянно растирать свои плечи. Я не чувствовала ничего. Только оцепенение.

– Кто-то на этом острове убил моих сестер.

Фишер печально опустил голову и, взяв меня под локоть, повел домой.

Я подняла глаза, прежде чем мы вошли в портик, и увидела в окне Синей гостиной чей-то высокий силуэт. Кассиус неотрывно следил за нами, тревожно нахмурив брови.