Странный приятель. Сокровища Империи - Егор Чекрыгин

Примерно до полудня друзья гуляли по городу. Осматривали достопримечательности и делали покупки.

Мооскаавские лавки, базары и развалы… Если не обращать внимания на немыслимую дороговизну, то, пожалуй, действительно тут можно было купить товары со всего света. И хорошенько развлечься, если принять меры против воришек, норовящих обчистить карманы, мошенников, мечтающих обдурить заезжего простофилю, или просто «бегунов», на лету выхватывающих поклажу из рук опешившего от подобной наглости прохожего и скрывающихся в переулках и узких улочках.

Один из таких наглецов посмел покуситься на корзинку со всякими купленными в лавках безделушками, что несла в руках Одивия. Увы, ловчила не учел того, с кем имеет дело. Реакция у Ренки была как у змеи, так что едва мерзавец сделал пару шагов, чтобы скрыться в переулке, как суровая левая рука тооредаанского героя уже поймала его за шкирман, а правая вознеслась вверх, дабы обрушиться оттуда на злодея суровым молотом праведного воздаяния за грехи.

— Постой-ка, друг Ренки, — попридержал его Готор. — Не стоит убивать этого мальчишку за товар стоимостью в несколько золотых.

— Я и не собирался убивать, — возмутился Ренки. — Всего лишь хотел дать пару оплеух.

— Да ты посмотри на него, — усмехнулся Готор. — Пара твоих оплеух — и… Я не знаю местных законов, но у нас тебе бы пришлось оплачивать размещение его тела на «башне мертвых». Учитывая, сколько стоят в Старой Мооскаа лепешка и стакан вина, с тебя бы содрали не меньше чем десяток золотых.

Ренки посмотрел на свою добычу. Действительно, ворюге было едва ли больше четырнадцати — пятнадцати лет. Однако и преувеличивать тоже не стоило — пара оплеух его бы точно не убила. И Готор это прекрасно понимал, а значит — затеял какую-то игру.

— Калечить тоже не стоит, — тем временем задумчиво добавил Готор. — Могут заставить оплатить лечение.

— Так что же ты предлагаешь? Сдать его стражникам? — возмутился Ренки. — Да он уже через полчаса снова будет на улице, едва только общество внесет за него выкуп.

— Хм… Десяток монет в принципе не такая уж и большая сумма, — продолжал «раздумывать» Готор. — А если… Полагаю, у тебя хватит сил… Если хорошенько шарахнуть его головой об угол? Вроде как сам ударился. Едва ли кто-нибудь потом сможет доказать обратное. В конце-то концов, у подобных бегунов это, должно быть, достаточно частое «заболевание».

— Вот тот угол в самый раз будет, — добавил подошедший Гаарз, которому сегодня было поручено охранять Одивию. — Там вон, видите, булыжники на мостовой выбиты. Вот за них-то он и зацепился, прежде чем головой влететь.

— Вы что же, все это серьезно? — удивленно спросила Одивия. — К чему такое бессмысленное зверство? Достаточно просто сломать ему ноги, чтобы он из общества бегунов перешел в общество нищих…

— Нет! Пожалуйста! Всеми богами умоляю… Ради моей голодной матери-вдовицы и семи сестер… — заскулил воришка. — Клянусь, что я больше никогда! Демоны попутали! Умоляю, благородные господа, отпустите!

— Слышь, Гаарз? — зловеще улыбаясь, спросил Готор. — Этот шнырь назвал нас «благородными господами». Я такого со времен каторги не помню…

— Так вы — это? Дяденьки, простите, обознался! Клянусь дерьмом Небесного Верблюда, коли отпустите — отслужу! Я ж тут… Все что угодно, достану… С кем надо — сведу! Я тут всех знаю!

— Знает он, недобитыш, — ухмыльнулся Готор. — А впрочем, при его специальности он и впрямь должен хорошо все местные закоулки знать. Может пригодиться. Ладно, парень, пока сигай через забор. А к вечеру подходи к гостинице «Ученый муж», пошляйся там в окрестностях, мы тебе свистнем. И… Помнишь про десяток золотых? Коли от тебя и впрямь будет польза, они в твой карман попадут, а вздумаешь финтить — мы тебя найдем. Расплата за кидалово только одна бывает… Понял? И язык лучше попридержи… Мы не леденцы у детей отбираем. У нас дела серьезные. Наведешь свою шоблу — порежем и их, и тебя. А теперь — пшел вон отсюда. Ренки, дай ему подзатыльник, чтобы шибче бежал!

— Я так полагаю, у тебя уже есть какой-то план? — спустя минут десять, когда компания разместилась за столиком уличного кафе, поинтересовался Ренки.

— Не так чтобы идеальный и хорошо проработанный, — печально ответил Готор. — Но пока это лучше, чем ничего. Скрыться из-под наблюдения бюро нам надо будет всего один раз. Этот сопляк только и занимается тем, что удирает по закоулкам от погонь, значит, город должен знать хорошо. Ведут нас две группы. Одна — явная… Мое почтение! — Готор отсалютовал чашей с вином парочке «приказчиков», которые шли за ними от самой гостиницы и встали напротив на солнечной стороне улицы, с тоской глядя на «объекты наблюдения», в прохладе попивающие вино. — А вторая — тайная. Возможно, есть и третья, но я в этом сильно сомневаюсь — тут бы такая толкотня была. Не станут профи посылать еще и третью. Скорее, нас просто у гостиницы поджидать будут и возле университета. Если все успеем подготовить сегодня, вечером снова пойдем гулять, и там я, точнее, мы с Ренки «растворимся» в переулках. Дойдем до университета, сделаем дело и под утро вернемся. Такой вот план.

— Хм… А что будем делать сейчас? — поинтересовался Гаарз, на время забывший о роли слуги-телохранителя и вернувшийся к старым добрым приятельским отношениям.

— Вернемся в гостиницу. Полагаю, Ундаай уже успел найти мастерскую.

Готор оказался прав. Уже в холле гостиницы их ждал посыльный с запиской от Ундаая. И, судя по взъерошенному виду и старательно отводимым глазам мальчишки, Бюро всеобщего блага уже успело ознакомиться с ее содержанием.

Друзья отправились в указанный трактир и неспешно отобедали. А вернее, по мооскаавской традиции, позавтракали второй раз. Набивать брюхо на такой жаре было нецелесообразно, так что мооскаавцы ели понемногу, зато часто.

В этом же трактире переждали послеполуденное, наиболее жаркое время дня и только потом отправились в мастерскую.

— Ого! — удивился Готор. — Да это же целый дворец!

— Всего лишь оружейная лавка моего двоюродного дяди, — изображая несуществующую скромность, заявил Ундаай. — Помимо продажи, он занимается починкой и заточкой оружия, так что на заднем дворе есть вполне приличная мастерская. Сегодня я все утро уговаривал его освободить ее для наших нужд. Он согласился в обмен на право рассказывать всем, что именно к нему обратились, чтобы поработать со шпагой знаменитого дома Октай. Но я заверяю вас, благородный оу Дарээка, тут мы только снимем мерки, а все работы будут производиться исключительно в родовых мастерских моей семьи!

— Неплохо… Неплохо… — одобрительно покивал головой Готор, когда все они вошли в мастерскую. — У вас тут даже tokarnyj станок есть…

— Какой? — удивленно переспросил Ундаай. — А, вы про крутильный? — добавил он в ответ на жест Готора. — Ну а как же в подобной мастерской — да без него? Тот же винт для пистолета выточить или еще что-то круглое.

— Мне понадобятся тиски, зубило и молоток, чтобы разобрать замки. Затем — набор напильников и куски металла для «ключей». Вот на этом верстаке, пожалуй, есть все подходящее.