Бубновая гильдия - Ксения Баштовая

Свой первый танец, медленный, тягучий, словно патока, мошенник запомнил надолго: и глаза квартеронки, похожие на две звезды, и легкое, как удар крыльев бабочки, прикосновение ее ладоней, и ее улыбку, и тихий смех, раздавшийся в ответ на какую-то вскользь оброненную шутку.

Музыка лилась. Пели скрипки. Стонала гитара. Фортепиано хрустальной капелью рассыпало ноты…

Правый поворот… Глиссад… Баланса по линии танца… Айзан автоматически выполнял необходимые движения. Музыка словно жила в его крови. Каждое па получалось так, словно было отработано долгими занятиями.

Последний круг по бальной зале. Улыбка, оброненная вскользь. Последний аккорд… И мошенник под пристальным взглядом Рихара Даргала (как тот, танцуя с какой-то тролльчанкой, умудрялся следить за своей сестрой — осталось для Айзана тайной) повел девушку к ее месту.

Раскланявшись, джокер хотел пригласить квартеронку и на следующий танец (Джейт же говорил, что сам со всем справится!), но каким-то образом тот неожиданно оказался рядом и, протянув что-то вроде: «Простите, графиня, но мне необходимо похитить вашего кавалера», — оттащил мошенника в сторону.

Айзан так и не понял, за каким чертом черт помешал ему, однако возмущаться при всех было бы… слегка неприлично. Так что ему оставалось в ответ на удивленные взгляды присутствующих только выдавить улыбку. Лишь оказавшись в дальнем углу бальной залы, он дал волю раздражению:

— В чем дело?!

— А ты как думаешь? — ответил вопросом на вопрос черт, шлифуя ногти об одежду и любуясь полученным результатом.

— Не знаю! Потому и спрашиваю у тебя!

— Я читал, — задумчиво потянул «граф Ляферский», возвращаясь к прерванному занятию, — приглашать одну и ту же даму на два танца подряд — неприлично!

— Да мне плевать на приличия! — прошипел шулер.

— Хочешь, чтобы присутствующие начали судачить, будто бы вы жених и невеста?!

Айзан поперхнулся, вспомнив злобный взгляд спутника Хэлларен. Такого счастья ему точно не надо!

Менуэт сменялся паспье. Канари перетекал в мазурку…

Айзан танцевал мало. Хоть он и выучил благодаря Джейту все необходимые па, но что-то не очень хотелось. Да и приглашая на танец новую даму, он, как ему казалось, раз за разом натыкался на острый взгляд Рихара Даргала.

Прозвучали последние звуки долгого двухчасового котильона, и вслед за этим вошедшие в залу глашатаи объявили о начале ужина.

Гостей препроводили в соседнее помещение, где уже были накрыты столы. Соседками Айзана справа и слева оказались длиннорукая гоблинша, смахивающая своей сморщенной мордочкой на умирающую от истощения зеленокожую обезьянку, и мускулистая тролльчанка, одетая по последней моде севера — в безрукавку на меху и кожаные брюки. Удивительно, как ее вообще пустили на бал. Обе дамы болтали без умолку. Но, если гоблинша трещала о платьях, балах и приемах, то тролльчанка периодически вставляла в ее речь несколько слов об оружии, охоте и турнирах. Все эти темы были для Айзана совершенно неинтересны. Вот если бы они завели разговор о картах… А так мошеннику оставалось только кивать и молча молиться богам, чтобы все это побыстрее закончилось.

Джейту повезло больше. Эльфийка и глейстиг, сидевшие по правую и левую руку от него, внезапно потеряли голос. Первые несколько мгновений дамы испуганно хватали ртом воздух, — черт же, ковырявшийся двузубой вилкой в чем-то розовом и воздушном, искоса поглядывал на них и едва заметно хихикал, — а потом вскочили на ноги и, схватив своих спутников, выскочили из залы.

Пришлось для сохранения полагающегося порядка — рядом с кавалером должна обязательно находиться дама — пересаживать всех гостей. Следующих дам, усевшихся рядом с «графом Ляферским» и решивших развлечь его бессодержательным разговором, постигла та же участь…

Через полчаса та сторона стола, за которой оказался Джейт, полностью опустела…

После ужина, когда часть гостей, живущих неподалеку, разъехалась по домам, а остальные, чьи имения находились слишком далеко, направились в предоставленные им комнаты, Айзан поинтересовался у Джейта:

— Зачем ты это сделал?

— Что? — спросил Джейт, удобно расположившись в комнате Айзана в глубоком кресле и выбирая из вазочки, стоявшей на столе, грушу покрупнее.

— С голосами…

— Ах это… Я просто очень себя люблю! И не хочу, чтобы мои бедные несчастные ухи, отвыкшие от долгого и частого общения, кто-нибудь грузил… — И черт впился зубами в спелый плод.

Мошенник обвел взглядом комнату и тихо вздохнул. Образ юной квартеронки не шел у него из головы.

— Джейт!

— Мм? — Черт вскинул голову. Груша была зажата у него в зубах.

— Ты… не можешь пройтись по замку и выяснить, где комната Хэлларен и что она сейчас делает?

Черт аккуратно откусил кусочек, прожевал и бодро сообщил:

— Извращенец, однако!

— Мне поручено следить за ней! — взорвался Айзан. — А если она сейчас в опасности?!

Джейт запулил недоеденной грушей в открытое витражное окно и, тихонько вздохнув, встал на ноги, а затем попросту просочился сквозь стену.

Сам же мошенник быстро переоделся, оставшись в простой темной рубахе, брюках да сапогах. Если вдруг что, пробираться по коридорам, бренча золотыми цепями и кольцами, было бы полным идиотизмом…

Уже через пару минут Джейт появился в комнате Айзана и выпалил:

— Знаешь, ты прав! Она вышла из своей комнаты и, прикидываясь тапочкой, куда-то ползет!

Айзан на миг представил белую пушистую тапочку с помпоном, уверенно ползущую по надраенному слугами паркету, но уже в следующее мгновение догадавшись, что все это не более чем образное выражение, потянулся к одному из своих кошельков. Высыпав на стол его содержимое — с десяток разноцветных пузырьков, — джокер уверенно выбрал серебристо-белый, а остальные ссыпал обратно.

Пробка выскочила легко, но мошенник еще некоторое время держал бутылочку двумя пальцами, принюхиваясь к ее содержимому. Пахло корицей и мятой.

— Что это? — заглянул ему через плечо черт. — Конденсированные заклинания?

Мошенник удивленно оглянулся на Джейта:

— Они вышли из употребления лет двадцать назад! Еще до моего рождения!

— Зашибись… — потрясенно протянул черт. — Два года… Родители меня убьют! — В его глазах возникло потрясение, смешанное с ужасом. Но уже в следующее мгновение, мотнув головой, он бодро поинтересовался: — Тогда чего это?

Айзан, уже привыкший к резким перепадам настроения Джейта, только улыбнулся:

— Зелье невидимости. Только… Я купил его с рук и не уверен, что оно вообще подействует.

— Дай-ка! — Черт ловко выдернул у него пузырек.

Некоторое время Джейт изучал содержимое флакончика, поднеся его поближе к свету от горящей свечи. Потом осторожно провел пальцем по горлышку, задумался и удовлетворенно кивнул: