В когтях тигра - Анна Одувалова

– Я постараюсь все уладить сам.

– До меня дошли слухи, что Тигр уже направляется в Россию. – Наташа не стала разубеждать Ком Хена и дальше. – Но, думаю, ты этого ждал и вряд ли удивлен. Времени действительно мало, но ведь есть и другая сторона медали. Скоро все закончится.

– Откуда сведения?

– У меня свои источники, ты же в курсе. Но Тигр прибудет не раньше чем завтра. Даже он не способен преодолеть расстояние лишь силой мысли. Он придет к вам сам, тогда и будешь действовать по обстоятельствам…

– Я не отдам Лику…

– Мог бы не говорить. Это и так понятно. Ты всегда был героем. Я знала, что рано или поздно появится… нет, не обязательно она. Кто-то, кому будет нужна твоя защита.

– У нас ничего нет и не будет. Если ты имеешь в виду личные отношения. Просто она оказалась в сложной ситуации из-за меня! Я был обязан помочь, иначе бы она погибла, – довольно резко высказался Ком Хен, и я пожалела, что стала невольным свидетелем разговора. Должна же была уснуть, но, видимо, Наташа неверно рассчитала дозу. Или наоборот, все сделала правильно, позволив мне подслушать очень личный разговор. Интересно, с какой целью?

– Сейчас конечно же между вами ничего нет. Верю, – продолжила ведьма. – Но вот по поводу «не будет» рискнула бы поспорить. Правда, до каких-либо отношений нужно дожить и тебе и ей. А это проблематично в создавшейся ситуации. Но она – то, что тебе нужно. По крайней мере, в данный период времени. Маячок, который заставляет чувствовать себя живым.

– Почему ты пытаешься решить за меня, что мне нужно? Может, мне нужна такая, как ты? Сильная, уверенная и способная за себя постоять? С тобой проще.

– Потому что люди слепы, даже если им подчиняется древний комсин. И ощущать себя живым не всегда приятно. Более того, чаще всего это больно и муторно. Лишние волнения, страхи, неприятные эмоции. Гораздо лучше не чувствовать ничего, чем боль и разочарование. Только вот ты не хочешь помнить о положительных эмоциях. А зря. Со стороны виднее. Она делает тебя живым.

Я понимаю, что ты сам веришь в свои слова, но я никогда не была тебе нужна. Поэтому не будем бередить раны. Это неприятно. Ты должен, и не только за работу с Ликой. Ты сделал мне больно, и книгой не отделаешься. Могу же я получить какое-то удовлетворение и компенсацию? Я ведь имела возможность просто отказать в помощи из чувства уязвленного самолюбия.

– Но ты поступила иначе.

– Поступила. Но, поверь, благородство тут ни при чем.

– Ты первоклассный специалист. А первоклассный специалист не смешивает работу и эмоции.

– Все верно. Сейчас работа закончилась, остались эмоции и пострадавшая гордость.

– И что ты хочешь?

Как ни странно, голос Ком Хена звучал совершенно спокойно. Видимо, наглая просьба Наташи не удивила. Зато я закипала от злости. Как можно так откровенно что-либо просить? Это же неприлично! Меня вообще учили – принимать дорогие подарки некрасиво, о том, что их можно требовать, я себе даже представить не могла.

– Не знаю… в этом плане я – истинная женщина, – продолжила ведьма. – Удиви, скрась горечь от нашего расставания. Только давай обойдемся без пошлости – наподобие золота, мехов и бриллиантов. Машину мне тоже не нужно. От твоего «корвета» я бы, конечно, не отказалась. Но ты не отдашь ведь?

– Конечно не отдам.

Смех в голосе Ком Хена снова ввел меня в ступор. Создалось впечатление, что мужчина с удовольствием принял правила игры. И от разговора начал получать удовольствие.

– Ну я так и думала. Мои слабости ты знаешь. Жду от тебя креатива.

– Знаю, но пока нет ничего стоящего на примете.

– Я не тороплюсь. И еще… – Наташа сделала паузу. – Подружкам скажу, что бросила тебя сама… потому что ты…

– Скучный, нудный педант и к тому же жаден, так как не подарил тебе «корвет».

Я впервые слышала, как Ком Хен смеется, и испытала дикую зависть. Со мной он вечно был угрюм, молчалив и сдержан.

– О! Именно! – подхватила ведьма. – А теперь забирай ее и проваливай. Я, как и положено женщине, буду страдать. И… – Наташа замолчала. – Постарайся не умереть, по крайней мере, пока не отдашь мне долг. Комсин силен, но человеческое тело смертно. Не забывай об этом.

И снова пришлось удивиться. Я не могла видеть, но готова была поклясться, что Наташа плачет. Не верилось, что это тот же самый человек, который секунду назад как ни в чем не бывало, пусть и в шутку, просил подарить «корвет» стоимостью… я даже предположить не могла сколько. Неужели она еще могла сопереживать и волноваться за кого бы то ни было?

– Наташ… – В одном слове прозвучало столько нежности и боли, что мне стало неловко и завидно.

– Перестань! – отрезала она. – Эти отношения давно стоило прекратить… Сам же понимаешь, любые чувства убивает стагнация. Тебе пришло время двигаться дальше, а я… я переживу. Ты же ведь меня знаешь.

– Знаю… и всегда буду восхищаться. И… у нас действительно ничего нет.

– Принципиальный? – Смешок был до боли язвительным. – Почему-то тебе маниакально хочется создавать сложности там, где их нет и быть не может. Но это твоя проблема. Решай ее сам и как знаешь. А я тебе дам еще один презент по доброте душевной.

– Что это? – спросил Ком Хен.

У меня создалось впечатление, будто Наташа передала ему какую-то вещь.

– Спрей. Распылишь на себя и на свою подругу. Действие не продлится долго, но до твоей квартиры должно хватить. Убойная штука.

– Зачем?

– Ну, предполагаю, что вонгви тебя несколько нервируют. Я их чувствую, они, словно бродячие псы, сбились в стаю. Поджидают вас на улице. Только к моей квартире приблизиться не смеют. Да и к дому. Боятся. Они очень хорошо чуют силу.

– Не любую, – возразил Ком Хен.

– Мою. Не забудь про спрей. Универсальная и очень дорогая вещь, помогает не только от вонгви. Незаменим, когда хочешь остаться в тени.

– Спасибо.

Я услышала рядом шаги, и холодная, чуть подрагивающая ладонь легла мне на лоб. «А теперь действительно спать! – свистящий шепот Наташи звучал прямо в голове. – Подслушивать чужие разговоры нехорошо. Хотя… иногда полезно. Но сеанс окончен, дальше – не для твоих ушей».

Я хотела возразить хотя бы мысленно, но не смогла и провалилась на сей раз в настоящее беспамятство. Но даже там беспокойной птицей билась мысль – о чем же Наташа хочет поговорить с Ком Хеном тет-а-тет. И поговорить ли?

К сожалению, ответа на свой вопрос я так и не получила. Пришла в себя в темноте. Сначала долго не могла понять, где нахожусь. Лежала на спине, уставившись в нечто странное, напоминающее черную, затягивающую гладь пруда. Только спустя какое-то время до меня дошло, что так без света ночью выглядит зеркало на потолке в спальне Ком Хена. Значит, сегодня он не стал рисковать и отвез меня к себе. Конечно же. Ведь сюда не смогут пробраться вонгви.