Пещерная тактика - Алексей Переяславцев

— Наставник, я не одна состязалась. Мне сильно помог Стурр.

— Но как…

— Мы вам об этом обязательно расскажем, наставник.

Перебивать преподавателя нельзя ни при каких обстоятельствах. Но Леррот был умным и опытным, а потому понял, что нам есть что скрывать. В результате грубое нарушение этикета простилось. Наставник задумчиво глянул на Суирру, потом на меня, после чего изрек:

— Вот что, команда, это еще не победа. Вам предстоит магия воды, а потом еще телемагия. А там всякое может случиться. Но уж четвертое место, полагаю, наше.

Пока мы шли на воздух, те болельщики, что слышали нашу беседу с учителем, шепотом пересказывали ее содержание другим. В результате всем было ясно, что какую‑то роль я сыграл, но все оставались в неведении о том, какую именно. Впрочем, это не помешало обстучать нас хвостами по бокам.

Но кое‑что замутняло мою радость. Это был перехваченный мной взгляд. «Ничего личного, только бизнес» — вот как я перевел бы его словами. Серо — коричневый судья оглядел Суирру и меня с полным равнодушием или даже бездушием. Здравствуй, паранойя, давно не виделись!

И опять нам не дали времени на размышления: предстоял этап водной магии. Задачу поставили: поднять водяной столб из… я даже не знал, как это обозвать: то ли огромным блюдом, то ли небольшим тазом (видимо, их выставили заранее). Высота столба и была критерием.

Правда, задания такого рода я не предвидел, но возможность ухватил.

— Фаррир, поднимай столб по моим командам. Я буду его замораживать.

В пользу напарника будь сказано: при всем своем флегматизме тугодумом он не был. Главным врагом мага — водника в этом случае была неустойчивость водяного столба, а пытаться поддержать эту конфигурацию телемагией значило почти наверняка его уронить. А вот удержать столб из льда телемагией — дело плевое. И это Фаррир понял за доли секунды.

Пока мы переговаривались, на полу рядом с тазами появились предметы, которых я никак не мог предвидеть: нечто вроде шестов с делениями. Интересно, откуда? Теперь понятно, как будут измерять высоту.

— Высота водного столба будет измеряться по сигналу! — возгласил один из судей.

Это тоже понятно. Пусть даже ты сделал высокий столб — если в нужный момент не сумеешь удержать, то проиграешь. То есть опять нужно мыслить тактически. Хитро, ничего не скажешь.

Мы заняли места. Я скомандовал напарнику:

— Тяни самый тонкий столбик, какой сможешь.

Тот кивнул.

— Начали! — выкрикнул судья.

— Давай, Фаррир.

Эта команда была нужна только для ободрения; что‑то вроде боевого клича, произнесенного шепотом.

Кончик нашего столбика сразу потускнел. Пожалуй, слишком быстро он тянет.

— Чуть помедленнее, друг, чуть помедленнее… вот, хорош… а теперь даже можно прибавить… ты не волнуйся, я его держу… валяй, продолжай…

Столбик выходил не особо ровным, но это интересовало в самую последнюю очередь.

Неожиданно Фаррир прошептал:

— Ты покрепче промораживай, а то вдруг треснет…

Молодец, думает не только за себя.

— Об этом не беспокойся, ты тяни… хотя нет, придержи… а теперь дальше…

— Не морозь очень низко, с водными потоками будет труднее.

Я и старался не промораживать столбик воды на всю длину, но тут вмешался один из судей:

— Стоп!!

Но держать все еще надо. Знаем эти судейские штучки. Что там у соперников? Сосед слева тянул столб вполне уверенно, но… устойчивость получилась за счет толщины. В результате он извел всю воду в тазу, а общая высота все равно меньше нашей сантиметров на двадцать. У других… похоже, соседа справа устойчивость подвела, столбик воды обрушился, дракончик попытался тянуть снова и, конечно, не успел. А вот у тех сделано толково, но наш все равно хоть и немного, но выше.

— Можете отпустить столбы!

Очень синхронный и громкий «плюх».

Судьи, похоже, совещаются. А сейчас вызовут меня… нет, ошибся, это наставника зовут.

* * *

(в судейской комнате)

— Наставник Леррот, что за магию применили ваши подопечные?

Столб воды иначе, чем водной магией, не создать, а заморозить его возможно лишь магией огня. Именно в этом духе преподаватель и ответил, опустив, однако, личное мнение о самом вопросе, каковой Леррот резонно полагал дурацким.

— Как вам пришло в голову научить дракончиков применять чуждую магию во время испытаний водников?

— Мне такое и не пришло в голову, ваша честь. Это полностью инициатива капитана команды Стурра.

— В таком случае этот дракончик, а не вы будет отвечать перед судейской коллегией. Ему придется дать убедительные объяснения, в противном случае команде не засчитают результат.

* * *

Произошло то, что я предвидел: вызвали меня. Что ж, посмотрим, как сработает опыт изобретателя, умеющего отбиваться от экспертов. Тем более, присутствует вся судейская коллегия: пятеро драконов и две драконы. Правда, разыгрывал благородное негодование лишь один, уже знакомый серо — коричневый дракон, тот самый, который не имел ничего против меня лично.

Наезд был решительным:

— Стурр, ты применил запрещенную магию.

— Ваша честь, буду крайне признателен, если вы объясните, какое именно положение правил я нарушил.

Судья, похоже, не привык к такому отпору, но продолжал придерживаться плана. На это я и рассчитывал.

— Это состязания по водной магии, а ты применил магию огня.

— Осмелюсь заметить, ваша честь, участник, отвечающий за выполнение задания, применил именно магию воды. Я всего лишь капитан, которому не запрещено приходить на помощь товарищу.

— Но помощь должна оказываться лишь водной магией!

— Ваша честь, покорнейше прошу указать, где именно в правилах это сказано.

Нет такого, и судья отлично это знал, но сдаваться не собирался:

— Там подразумевается, что помогать можно лишь тем же типом магии. Ты же нарушил это правило!

Адвоката из судьи не выйдет, это очевидно. К тому же судейская коллегия никак не реагировала. Значит, пора растирать противника в мелкую пыль.

— Ваша честь, если позволите, я могу процитировать правило. Полагаю, после этого всем все станет ясно.

Вот уж этого судья не хотел.

— В цитировании нет нужды. Ты думаешь, что члены судейской коллегии не знают правила?

Стандартная ситуация, на которую дается стандартный же ответ.

— Ваша честь, у меня нет ни малейшего сомнения, что члены судейской коллегии знают правила лучше меня.