Невменяемый дипломат - Юрий Иванович

– Круке-Кре и утверждает, что, если бы не твой иммунитет, ты бы в головешку превратился…

– Нет, так не пойдет! Рассказывай мне все четко и по порядку, – потребовал раненый. – Начиная с того самого момента, как огненный шар вылетел из-за спин телохранителей императора.

Ягуша вздохнула и приступила к рассказу.

Атаковал энормианина один из самых надежных вроде бы придворных. Занимал он должность первого помощника главного целителя, являлся и сам Медиальтом, вот потому его удар и оказался не просто двойной силы, но еще и был напичкан разными смертельными составляющими. Предатель уже давно был тайным членом «Ложи верных приличий», и ему, в случае победы, заговорщики обещали пожизненную должность главного Медиальта империи. Людей этот сентег ненавидел, одно только упоминание о древних раритетах книгопечатания его бесило, и известие о том, что жизнь в большом мире развивается во всем многообразии, довело его до сумасшествия.

Предателю поручили при удобном случае уничтожить самого императора, но случай так и не представился. Поэтому опасавшийся за свою жизнь сентег собирался в ближайшее время покинуть двор и бежать. Но тут перед императором появился чрезвычайный посол. Вот у ярого верноприличника мозги и заклинило. Вот он и атаковал, исходя злобой и ненавистью, применив один из редчайших артефактов, помогающих накопить еще одну силу Эль-Митолана и использовать ее при атаке. Вот удар и получился чуть ли не двойной силы. Ну и напоследок предатель уже остатками силы попытался ударить и по самому императору. Понимал, что ему уже все равно не жить…

Но с атакой на императора отлично справились структуры защиты, обереги и личная магическая сила высшего правителя. В следующий момент телохранители блокировали отщепенца намертво.

А вот Кремону явно не повезло. Его удивительный иммунитет выручил, конечно, большая часть опасности ушла в землю, но удар все-таки оказался невероятной силы. Да и взрыв мощный: Ягушу отбросило метра на два. Правда, она успела выставить свои магические структуры защиты и совершенно не пострадала. Все остальные придворные вообще лишь испугаться успели и бросились хватать предателя. Ягуша видела, как упал Кремон, покрывшийся странной копотью, и закричала.

– Ты падал, словно окаменевший, – рассказывала она. – Так и вытянув перед собой правую руку. Кстати, именно рука, по утверждениям наших покровителей, спасла твою голову. Иначе обуглилась бы именно она…

– А что у меня с рукой? – заволновался Кремон. – Долго ее залечивать будут?

Девушка непроизвольно сглотнула, и зрачки ее нервно забегали:

– Да как тебе сказать…

– Да что там говорить! Подними мою руку, чтобы я на нее глянул!

– Ты только не расстраивайся сильно, – залепетала она. – Медиальты твердо обещают, что мечом ты вскоре будешь размахивать не хуже, чем раньше…

– Подними! – чуть не крикнул Кремон, начиная подозревать что-то очень нехорошее.

И его предчувствия подтвердились.

– Да нечего поднимать…

– Но я же чувствую пальцы! И правым боком чувствую что-то лежащее рядом в бинтах!

Вот тут уже Ягуша показала характер и перешла на строгий тон, хотя давалось это ей нелегко:

– Хватит вести себя как капризный ребенок! Ты воин и не раз смотрел опасности в глаза! Так что тебя уже ничем не напугаешь. Тем более что Медиальты уверенно заявили: рука у тебя будет как прежняя. Только и надо подождать, пока она вырастет заново и ее как следует укрепят мускулами, делая копии с твоей левой руки. Твои ощущения пальцев – просто воспоминания. А рядом с тобой лежит желоб с питательным раствором, в котором рука вырастает в несколько раз быстрей. Сроки уже определены, рост идет идеально. Так что уже через восемь дней ты сможешь начать легкие разминки. – Она сделала паузу и перевела дух. – Все? Испуг прошел?

Кремон невольно улыбнулся:

– Да я и не испугался… Просто неприятно… А что с моими силами Эль-Митолана? Почему я их не чувствую? Вроде бы уже пора, если столько дней прошло.

– Ничего страшного. По утверждениям наших покровителей, во время сжигания твоей руки случилась полная остановка твоих восстановительных процессов. Но как только ты станешь ходить, они запустятся вновь, и вскорости ты опять обретешь свои колдовские умения. Радуешься? Или опять грустишь?

– Скорей – грущу… Да и неприятно, что мечом пока пользоваться не могу. Ну и обидно, чего скрывать: любимая женщина рядом, а я ее даже обнять не в состоянии.

– Ничего, – Ягуша тоже заулыбалась и стала склоняться к его лицу. – Зато я могу… И не только обнять…

Хотя поцелуй получился не слишком длинный и несколько целомудренный, но мужчина не преминул сразу потребовать:

– Еще! – а заметив нерешительность на лице девушки, авторитетно заявил: – Самое лучшее лекарство – твои поцелуи! Если будешь меня целовать хотя бы раз в… минуту, то выздоровление наступит в два раза быстрей. Ну! Давай, давай! Разве тебе об этом Медиальты не сказали?

Она рассмеялась и заявила:

– Нет! Тебе прописаны определенные процедуры каждый час. А также частые магические воздействия. И настоятельное требование: ни в коем случае тебя не беспокоить и не шевелить. А во время поцелуя ты попытался приподняться, я заметила!.. Поэтому поцелуй от меня будешь получать только за хорошее поведение. Один раз в…

Она задумалась, кокетливо прикрыв глаза, и их уединение прервали.

– Ну как там наш спаситель? – с порога спросил принц Луал-Лайт. – Уже в полном сознании? Наконец-то!

Следом за ним вошли Хооз-Дер, Кашад и Риона. Напарник просто коснулся в знак приветствия левого плеча Кремона, тогда как боевая подруга чмокнула прямо в губы и сказала:

– Как хорошо, что все хорошо кончается! Но ты не представляешь, как мы за тебя переволновались! – при этом она продолжала нависать над ним, заботливо поправляя волосы Кремону и говоря ему в ухо, словно тот глухой. – Если бы такой удар ты получил у нас в княжестве, то мог и не выжить, а здесь…

Ее начали отталкивать одновременно двое.

– Осторожно! – ревниво зашипела Ягуша. – Еще свалишься на него!

– Дай-ка мне дорогу! – потребовал Медиальт. – Надо провести очередной сеанс лечения. Еще успеете наговориться.

– Но у меня столько новостей! – Нисколько не смутившись, Риона обошла кровать с другой стороны и протиснулась между изголовьем и комодом. – Пока ты его лечишь, я буду рассказывать…

– Нет! Он и так слишком взволнован! – безапелляционно заявил Хооз-Дер. После чего многозначительно покосился на раскрасневшуюся Ягушу: – Ведь предупреждали же: говорить только на нейтральные темы.

– Если бы он молчал, я бы так и делала! – парировала девушка. – Но так как он задавал конкретные вопросы, то мне пришлось рассказать все. Зато он теперь знает, что ему больше ничего не грозит, рука вскоре вырастет, он станет здоровым и опять сможет меня обнимать, как и прежде.