Магия Крови - Илона Эндрюс

— Что это за место? — Я смотрела на окна, из которых на снег падал желтый свет от электрических ламп.

— «Дом Бернарда». — Сайман будто вложил особый смысл в эти слова, который, впрочем, счастливо просвистел мимо меня.

Я вопросительно взглянула на него.

— Это дом для вечеринок.

— Надеюсь, для твоего же блага, это будет очень скромная вечеринка.

Если он взял меня на какую-то сексуальную оргию, то вылетит головой вперед, прямо через одно из этих чудесных окон.

— Не такого рода, — заверил он меня. — Это место, где собираются богатые и влиятельные персоны Атланты, чтобы повидаться и пообщаться. Технически это ресторан, но он привлекает гостей вовсе не своей едой, а своими важными посетителями. Здесь непринужденная атмосфера, и большинство людей просто развлекаются, смешавшись с толпой с бокалом в руке.

Вот блин. Богатые и влиятельные. Именно этой толпы я и хотела избежать.

— И ты привез меня сюда потому что…?

— Я предупреждал тебя, что хочу выйти с тобой в свет. Пожалуйста, перестань скрежетать зубами, Кейт. Это делает твою челюсть более квадратной.

Сайман припарковался в конце стоянки.

— Здесь нет парковщика?

— Люди, которые покровительствуют Дому Бернарда, редко передают контроль над своими машинами.

Я просунула Погибель между сиденьями и открыла дверцу машины. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы выбраться из автомобиля, не зацепившись каблуком за подол платья, и к тому времени, как я совершила этот подвиг ловкости, Сайман уже стоял рядом со своей рукой и улыбкой.

Почему я снова согласилась на это? А, точно. Потому что у меня не было выбора.

Я позволила Сайману провести меня по ступенькам. На балконе парочка над чем-то громко смеялась. Смех женщины был слегка истерическим.

Мы миновали вестибюль и роскошную лестницу, Сайман проводил меня на второй этаж, где в широком зале стояло несколько маленьких столиков. Улыбающаяся официантка в крошечном черном платье подвела нас к столу. Я села так, чтобы дверь была в поле зрения, и оглядела толпу. Роскошные женщины и роскошные мужчины обменивались любезностями. Несколько человек рассматривали нас. Здесь нет никаких наемных работников. Странно.

— А где телохранители? — Пробормотала я.

— Дом Бернарда — это святилище, — пояснил Сайман. — Насилие строго запрещено. Если кто-то нарушит это правило, вся элита Атланты поднимется, чтобы уничтожить его.

По моему опыту, если свершится насилие, вся элита Атланты разбежится в рассыпную, спасая свои жизни.

Сайман заказал коньяк, я — воду. Напитки принесли почти сразу. Сайман поднял свой тяжелый хрустальный бокал, согревая ладонью янтарную жидкость в нем. Дежавю. Мы уже разыгрывали эту комедию на Полуночных Играх.

— Просто, чтобы ты знал: если появятся ракшасы, я оставила свой меч в машине.

Приветливое выражение лица Саймана стало резким:

— Это была ужасная история. К счастью, она уже позади.

Он осушил свой стакан. Через несколько секунд он выпил еще один, опустошив его одним глотком, и ему принесли новый.

Я наклонилась вперед и кивнула в сторону новой порции спиртного, готовой вонзиться в глотку Саймана:

— К чему такая спешка?

— Простые углеводы. — Он пожал плечами и снова выпил. — Сегодня утром мне пришлось поднапрячься, и теперь нужно пополнить свои ресурсы.

Мимо прошмыгнул официант и поставил на стол огромную квадратную бутылку коньяка.

— Примите комплимент от ресторана, сэр.

Сайман кивнул и плеснул коньяк в бокал. Его рука слегка дрожала. Сайман нервничал. Я внимательно взглянула на его сжатую челюсть. Не просто нервничает, он злится. Он настраивает себя на что-то и подпитывает это жидкой храбростью. Не хорошо.

Он заметил, что я смотрю. Наши взгляды встретились. Его губы изогнулись в ухмылке. В отличие от самодовольной улыбки эксперта, гордящегося своим достижением, это была улыбка мужчины, смотрящего на женщину и фантазирующего.

Я наградила его пристальным взглядом: Остынь, парень.

— Ты выглядишь так поразительно, Кейт, — пробормотал Сайман, глотая коньяк, словно это была вода.

— Притормози.

Сайман наклонился вперед:

— Я бы покупал тебе новое платье каждый уикэнд только за привилегию снять его с тебя.

Не в этой жизни.

— Ты пьян.

— Ерунда. — Он налил себе еще спиртного. — Это мой третий бокал.

— Пятый.

Он изучал янтарную жидкость в бокале:

— Мужчины часто говорят тебе, что ты обворожительна?

— Нет. Мужчины часто говорят мне, что я больно бью.

Намек, намек.

— Каждой женщине следует говорить, что она прекрасна. Мужчины соблазняются глазами, а женщины — ушами. Я бы говорил тебе это каждую ночь и каждое утро.

Он просто продолжал и продолжал.

— Вот и славно.

— Тебе понравилось бы. — Половина коньяка уже была выпита. Даже с его метаболизмом, как у скаковой лошади под допингом, он должен был опьянеть. — Тебе понравилось бы то, что я сказал. То, что сделал бы.

— Конечно, конечно. — Может быть, если мистер Казанова напьется и отрубится под столом, я попрошу официанта помочь мне донести его до стоянки, и мы будем считать, что вечер завершен.

Беспокойство терзало меня. Я никогда не видела Саймана пьяным. Выпивал — да, но не был пьян.

Я оглянулась. У дальней стены стоял большой стол, уставленный разными закусками. Если я не могу помешать ему пить, то, возможно, смогу отвлечь его едой.

— Ты не возражаешь, если я возьму нам немного?

Он встал, как и ожидалось. Пьяный или нет, манеры Саймана были безупречными.

— Позволь мне сопроводить тебя.

Мы направились к закускам. Я встала так, чтобы иметь обзор на помещение. Сайман пристроился сбоку рядом со мной.

— Разве ты не проголодался? — Спросила я его.

— Не особо.

— А как насчет пополнения ресурсов?

— Ах да! Спасибо, что напомнила мне. — Он поднял пустой бокал, и через несколько секунд официант принес ему полный.

Бернард шесть, Кейт ноль.

Я оглядела еду. Прямо передо мной стояло серебряное блюдо, заполненное крошечными жареными квадратиками. На каждом квадратике лежал кубик мясного фарша с крошечным пучком зеленого лука, кунжута и чего-то вроде тертого имбиря.

— Тартар из тунца, — подсказал мне Сайман. — Это восхитительно.

Я взяла один квадратик и засунула в рот. Взгляд Саймана зацепился за мои губы. Еще немного выпивки, и он разденется догола и пригласит потанцевать с ним снаружи под падающим снегом. Как, черт возьми, я вляпалась во все это?