Путь. Книга третья - Анюта Соколова

Но главное – в отличие от меня он умеет выражать свои мысли. Увлекать и очаровывать собеседника, смешить забавными историями из жизни и весёлыми случаями из прошлого. Я знаю все трагедии Саора, он – анекдоты. К тому же я даже на Совете не смогу настолько красочно и живо изложить факты.

– Папа, ты что – ревнуешь?

– Мне неприятно видеть их настолько близко.

Дочка смотрит в окошко, переводит проникновенный, испытующий взгляд на меня:

– А с мамой ты не разговаривал на эту тему?

Вздыхаю:

– Я не хочу на неё давить. Тем более что не имею права. Она всего лишь с удовольствием проводит время в обществе привлекательного молодого человека, достойного во всех отношениях. Как это будет выглядеть, если я начну предъявлять необоснованные требования, когда сама Эльги ни о чём дурном не думает?

Мэриэль опять смотрит на хохочущую королеву, на сына Орига, успевшего присесть с ней рядом, потом оборачивается ко мне:

– Не обижайся, пожалуйста… я должна это сказать. Представь – только на минуточку! – что сейчас там вместо мамы сидит и так нежно улыбается кому-то Дэрэк… Ты по-прежнему будешь хладнокровно рассуждать о достойных людях и необоснованных требованиях?

Каменный край подоконника под моей рукой рассыпается в пыль. Сам. Я только взялся неудачно…

– Я просто пойду и набью Киану морду, – резко и честно выпаливаю я.

– Боюсь, «набью» недостаточно верное слово. Ты его прибьёшь, – искренне соглашается со мной Мэль. – Папочка, ты взрослый человек, хотя иногда я в этом сомневаюсь. Смотреть на то, как этот красавчик ухлёстывает за мамой, тебе «неприятно». Но если бы Киан приблизился на расстояние вытянутой руки к твоему мужу, Орж уже лежал бы в руинах. Подумай сам. Я тоже не хочу на тебя влиять. Но, может быть, с твоей стороны будет правильнее сейчас отойти от окна, перестать мучиться несуществующей виной и дать маме свободу выбора?

– Мэль…

– Папа, вы с мамой давно уже больше друзья, чем супруги. Она никогда не будет тебя любить так, как Дэрэк. Не пойдёт следом за Грань, не вытащит со звёзд. Она, в отличие от вас двоих, – нормальная. Ваши запредельные отношения ей не доступны. Но это не значит, что ей не хочется подобного. Я не хочу сказать, что тот мальчик, что сейчас красуется перед ней и распускает веером хвост, может заменить тебя в её сердце. Это всего лишь её осторожные попытки понять, хочет ли она продолжать жить по-прежнему.

Дочка подходит ко мне, убирает падающую прядь волос, заглядывает в глаза:

– Я жестока?

– Ты честна, – признаю я через силу.

– Это у меня наследственное, – Мэль ласково гладит меня по щеке. – А ещё я могу ошибаться. Единственное, что я знаю наверняка – пока ты тут стоишь и мысленно казнишь себя за всё, в чём точно не виноват, один принц уже полчаса бегает и ищет тебя по всему Оржу. И ему совершенно плевать, что ты не умеешь красиво говорить – все нужные слова он произнесёт за вас двоих. Молчу уже о том, что он считает тебя самым совершенным созданием на свете и убьёт любого, кто в этом усомнится. Иди к нему, папа. Мы должны быть там, где нас ждут, и с теми, кому мы нужны. Пусть мама ощущает себя желанной в присутствии Киана, мы со Стэном уходим к Илине, а тебя сейчас найдёт твой Дэрэк, обругает и будет ласкать до утра… Завидно, право! И никто вам двоим больше не нужен, поскольку вы – единое целое, два сумасшедших влюблённых обормота!

Дочка чмокает меня в нос и исчезает. Я отхожу от окна.

Она права. Я должен быть честен. Однажды я выбрал – у Эльги тоже есть право выбора.

«Джэд, счастье моё синеглазое, где ты шляешься?! Я тебя обыскался, ты спать собираешься?!»

«Прямо сразу спать?»

«Соблазнитель… Быстро ко мне!»

Мэль, ты не угадала. Ругать меня не будут. Если я потороплюсь. А я уже спешу.

Киан

– Моя королева…

Благословенны будьте официальные обращения к Правителям в Саоре! Позволяющие мне говорить правду и держаться в рамках приличий.

Эльгер рада меня видеть. Сердечно улыбается, указывает на место рядом с собой, принимается ухаживать. Подвигает блюдо с пирогами, наливает ойта. Так хочется верить, что это не просто любезность Правительницы! Принц Соледжа хмурится, но это ненадолго. Скоро появится король, и в нашу сторону Дэр даже не взглянет.

– Киан, как дом Пайка? – королева искренне переживает.

Пайк, сын Орана, требователен и капризен, угодить ему нелегко. Его дед, Храй, смотритель садов Оржа, четыре века назад по разрешению Аскора выстроил свой дом практически рядом с дворцом. Место внуку нравится, а само жилище устраивать перестало. Вот и бьюсь я которую неделю, пытаясь воплотить в жизнь фантазии старого холостяка и ворчуна.

– Вчера был доволен.

Что вовсе не означает, останется ли он в благодушном настроении сегодня.

– Сын Орига, строительство – процесс, требующий постоянного присутствия? – холодно бросает принц.

Иными словами – тебе обязательно каждый день в Орже торчать?! Дэр, или Дэрэк, как называют его близкие, весьма откровенен в своих чувствах. И любовь, и антипатия выражены у него одинаково сильно.

– Да, мой принц. Сейчас ответственный момент. Я возвожу террасу, там очень тонкие заклятия. Через неделю всё закончится.

И у меня уйдёт повод видиться с Эльгер. Но это не значит, что я перестану с ней встречаться.

Эльгер, Эльги… моя нежданная радость, моё украденное счастье… Есть ли у меня надежда?! Не уверен… И всё же не собираюсь отступать.

Король идёт. Мы узнаём об этом прежде, чем он появится в столовой – по тому, как встрепенулся принц, подался в сторону двери. Они чувствуют друг друга. Я всё время пытаюсь представить – как это, постоянно ощущать чужие мысли, боль, радость… Ничего не скроешь, не спрячешь. Дэйкен умеет закрываться, но последний раз, когда он так поступил, в Орже разразился скандал.

Они постоянно ругаются. Не проходит недели, чтобы в замке не раздавались гневные вопли вкупе с проявлениями сильнейшей магии, сотрясающей Орж до основания. Все привыкли. Эльгер говорит об этом, как о чём-то само собой разумеющемся. Мэриэль, наша будущая королева, потрясающее создание природы, видит в отношениях отцов исключительно повод для бесчисленных подколок и шуток. А они…

Они живут в своём собственном мире. В том, где они – единое целое. Одно существо, случайно разделённое пополам. И ссорятся они сами с собой, и мирятся через секунды – тоже. Невозможно долго злиться на самого себя. Джэд и Дэрэк…

– Ты почему так долго?! Всё уже остыло! Какого…

Ворчание привычно. Иногда мне кажется, что для них это – игра. Дэр сердится, Джэд даже не пытается оправдываться. Вот и сейчас, в ответ на обвинение – соблазнительный поцелуй за ушко… как парень может быть настолько нежен и мужественен одновременно?!

Эльгер он целует тоже. Ласково и бережно, в щёку. И даже глядит ей в глаза… Я готов броситься на него и ударить. Потому, что и в этот момент он мысленно с принцем, потому что тело его невольно тянется к Дэру, и, отрываясь от жены, Джэд смотрит на мужа с совсем иным выражением. Вожделение, страсть, похоть… Не будь нас, они бы накинулись друг на друга среди этих тарелок!

– Привет, Джэд.

Увидев его первый раз близко, я растерялся. Правитель на церемониях в Большом Зале Оржа и этот худющий высоченный подросток разнятся между собой так сильно, что иногда в голову приходит мысль о магии. Но нет, это один и тот же человек, только дома он скидывает маску мудрого невозмутимого короля. Таким он мне нравится меньше – оттого, что все остальные его в этом облике боготворят.

Говорят, он невероятно красив. Как художник готов спорить до хрипоты. Он слишком высок и костляв, скулы выпирают, мышцы не особо развиты… Его необыкновенная физическая сила – следствие магии, а не тренировок. Убери её, я согну его одной рукой! Восторг, с которым на это худосочное тельце пялятся окружающие, выводит меня из себя. Принц, по-моему, гораздо привлекательнее – стройный, атлетический, плечистый. Эльгер со мной не согласна – не в том, что касается принца: своего мужа она считает совершенством.

– Привет, Киан, – кивает мне король.

Он тоже вряд ли испытывает ко мне тёплые чувства. Я ухаживаю за его женой, не особенно скрывая того факта,