Путь. Книга третья - Анюта Соколова

Одобрительный кивок:

– Серьёзная птица! А у вас, правда, венки были?! – совсем смелеет Миох. – Ну, на Обряде?!

– Правда. Гэсса постаралась… хотя я был не против.

Стасемидесятивосьмилетний Наблюдатель Саора хихикает, словно ребёнок, получивший новую игрушку. Именно этот момент выбирает Джэд, чтобы возникнуть посреди комнаты… и не один!

Эйшага во вполне прилично одетом молодом человеке я узнаю с трудом, только после того, как он прицокивает, глядя на меня:

– И впрямь! Хорошенький! В балахонах и не разглядишь!

Синеглазый, тоже в нормальном виде, в своих собственных штанах и рубашке, обличающе указывает на бутылку:

– Ари, полюбуйся! На пару часов мужа оставил на попечение подданного – они тут же пьянку затеяли!

– Тебе хорошо, – вздыхает названный столь фамильярно Арисшан, – у тебя один муж… А у меня два шойма жён!

– Дерутся? – проникновенно спрашивает Миох.

– Сегодня старшая младшей клок волос вырвала, – тоскливо отвечает эйшаг, – а та ей зуб выбила… Слава богам и моей несостоявшейся жене, – поклон в сторону Джэда, – зуб спасён!

– Вместо благодарности меня укусили, – жалуется мне муж, – представляешь, Дэрэк?! Выращенным мной же клыком!

Я подозрительно принюхиваюсь:

– Вы что, тоже пили?!

– Отметили знакомство, – соглашается Арисшан, – у нас оказалось столько общего!

– Во-первых, мы – ровесники, – улыбается Джэд. – Во-вторых – правители. В-третьих, Ари рос в рэшкере, это что-то вроде приюта для знатных сирот.

– В-четвёртых, я убеждений про казнь за однополую любовь не разделяю! – вызывающий жест. – Какое богам дело до того, кто кого и как любит, если это по обоюдному согласию?! А в пятых – твой муж меня в бою победил! – в голосе эйшага искреннее восхищение. – Красив, словно все демоны сразу, хайнером обмотался, а дерётся как истинный воин!

– Прекрасно, – зловеще тяну я, – мордобой, попойка и посещение гарема! А я тут с ума схожу от беспокойства!

– Гарема не было, – оправдывается Синеглазый, – только одна жена. Кусачая!

Мои кулаки сжимаются – и разжимаются взять впихнутую Миохом стопку. Вторую и третью сын Вейша подносит правителям, четвёртую поднимает сам:

– Во славу богов!

Джэд косится на меня, и я милостиво машу рукой. Чёрт со всеми запретами! Всё равно блокировка Тора даёт сбои, так что спиртное тут ни при чём… Через какое-то время я понимаю, что мы сидим с мужем в обнимку, а эйшаг с Миохом вовсю обсуждают проблемы гаремов.

– Введи ты закон об одной жене! – уговаривает властелина Шэньри сын Вейша. – И тебе хорошо, и мне, и народу праздник! А то за каждую жену хоть шойм эршэров – да отдай! Хорошо, когда в семье сыновей и дочерей поровну…

– Так боги же… – слабо упирается Арисшан, – священное число…

– Синеглазый, – тихонько мурлычу я на бронзовое ушко, – мы что, нарушаем Закон Маржэна? Вмешиваемся в политику иных миров?

– Тс-с, – шепчет мне мой король, – мы с тобой просто ничего не слышим. Там разговаривают два местных мужика, сытых гаремами по горло… А Ари этот отличный парень! Кстати, все эти славословия… это тоже традиция, которая ему совсем не нравится. И звание самодура он заработал потому, что со всей этой ахинеей борется! Он всего год правит, представляешь, как ему тяжко!

– Что, собираешься помочь? Поделиться опытом выживания правителя в неблагополучных условиях? – смеюсь я.

– Ага! – весело улыбается Джэд. – Жалко же парня! Это же не Саор встревает в дела Шэньри, а я лично помогаю симпатичному мне человеку… как честно купленная жена! Надо же отрабатывать затраты на моё приобретение!

Я спохватываюсь и достаю кольцо с гигантским камнем:

– Арисшан! Позволь вернуть!

– Оставь себе! – машет рукой эйшаг. – Оно того стоит! Давно мне не было так замечательно!.. Миох, наливай ещё по стопочке! Значит, считаешь, всех лизоблюдов к демонам?..

– Сначала костяк свой сколоти. Ну, чтоб за тебя умереть готовы были…

– Не слушай, – Синеглазый зажимает мне уши, – иначе придётся Совету рассказывать! Пусть поговорят… беды́ не будет. Сын Вейша сто семьдесят лет тут живёт, для него Шэньри роднее Саора. Плохого не посоветует!

– Он тут жену схоронил, – грустнею я, – и сына. Любил их… очень… Надеется у звёзд встретиться. Кольцо в память о птичке своей носит… Джэд, я тебя штормовестником назвал!

– Да-а? Так ты меня ещё не обзывал!

– Я не обзываюсь. Ты и впрямь штормовестник. Летаешь выше всех, ничего не боишься, сражаешься с бурями… Создан, чтобы совершать невозможное. Находить со всеми общий язык – с трудными подростками в Саоре, с суровыми людьми Мариника, на Земле, в Шэньри…

Объятия становятся крепче:

– Дэрэк, как ты думаешь… если мы сейчас улизнём – заметят?

Оглядываюсь на увлечённых разговором:

– Караваны ты не трожь! Эйшаг ты или нет…

– А пошлины?! Разбойников столько не существует…

– Шойм эйгени за месяц окупит…

– И полшойма хватит!..

Улыбаюсь:

– Джэд, они и не поймут, что мы ушли! Прыгаем?

– Куда?

– Куда угодно! У нас ещё пара дней в запасе!

Озорные огоньки в глазах:

– Смотри, не жалуйся потом!

Я давно не жалуюсь.

Мне всё равно куда – лишь бы с тобой.

В Саор, в иной мир, за Грань… не важно.

– Дай руку, мой Синеглазый.