Аз воздам - Василий Горъ

Услышав пронзительный писк коммуникатора, я чуть не свалился с кресла – как говорил Эол перед отправкой нас на Землю, возможность связаться с нами существует, но шансов на то, что он получит на это разрешение, практически нет. Выключив телевизор, я метнулся к брошенной на диване куртке и, вытащив комм из кармана, нажал на сенсор. Засветившийся в темноте экран мгновенно показал встревоженное лицо Хранителя:

– Привет, Глаз! Что у вас там случилось?

– Вроде бы пока ничего! – удивленно глядя на взволнованного Эола, хмыкнул я. – Вроде, все путем… Могу рассказать подробно…

– Чуть позже. Связь будет постоянная… А сейчас уходите оттуда, где вы есть… Как можно быстрее. Может, я и не прав, но, если верить Пророчеству, вам грозит опасность… Позвоню позже…

– Понял, выполняю… – буркнул я, нажал на сенсор отключения и заорал:

– Подъем, строиться! Валим отсель… Шевелите задницами, засони…

Через минуту заспанные, но готовые ко всему ребята стояли у двери со всеми нашими манатками и вслушивались в ночную тишину…

– На лестнице четверо. Двое – выше, двое – ниже… Еще четверо – на крыше… – полуприкрыв глаза, рассказывал Олежка. – Так… Трудно выделить тех, кто бодрствует, блин… Столько людей в доме…

– Во двор подтягиваются машинки… – недоверчиво слушая «откровения» Коренева, пробормотал выглядывающий из кухни во двор Соловей. – Возможно, вы и правы…

– Гена, как спускаться дюльфером не забыл?

– Угу, после Кощея забудешь… – вспомнив нашего инструктора по альпинизму, хмыкнул Соломин. – А что, мы собрались в поход?

– Нет, уходить будем по крыше… – сказал я.

– Че, одурел? Там же наверняка будут снайпера…

– С ними, я думаю, разберемся… – доставая из чехла ножны с мечами, пробормотал Олег. – Вовка, потащишь шмотки. Соловей, ты замыкаешь…

– Это у тебя что, мечи? – Отойдя от занавески, Соломин ошалело посмотрел на Коренева и покрутил пальцем у виска. – Вы что, фильмов Куросавы насмотрелись? Убийцы сёгуна, бля…

– Помолчи… – рявкнул я, видя, что Олег с Дедом тянутся к рукоятям, и отошел от двери, чтобы не мешать им стартовать…

– Пора… Снизу идут еще четверо… Стоп… Секунду… – Еще трое – на крыше… По самому краю… Ха, будут врываться через окна… Приготовились… Соловей! Главное, не спи… За дверью готовы. Видимо, с тараном… Подошли еще четверо… – шепотом комментировал Олег. Так… Начали…

Ускоряясь до предела, я рванул на себя дверь, открывая проход готовым к бою друзьям, и, подхватывая с пола сумки, бросился вслед за ними наружу, еле сообразив, что стоящий в ступоре Соловей просто не понял, что мы уже начали бой. Олег превратился в ветряную мельницу и за время, которое мне понадобилось для того, чтобы добежать до лестницы, уже рубил кого-то этажом ниже. Дед как раз закончил пластать тех двоих, которые еще стояли на ногах перед дверью, и, сбив меня в сторону плечом, помчался наверх, к тем двоим, которые должны были быть там.

– Соловей! Бегом, бля! – восстанавливая равновесие, зарычал я и отвесил увесистый пинок пытающему согнуться в приступе рвоты парню: зрелище в коридоре было еще то. – Че, трупов не видел?

Влетевший от моего удара в стену Гена кое-как справился с собой и еле-еле пошкандыбал вверх по лестнице. Вернее, побежал, но не в джуше. Догадался подобрать с трупа автомат. А я, схватив еще один, уже прислушивался к происходящему выше…

Олежка пронесся мимо так, что любой спортсмен-спринтер удавился бы от зависти. Мечи, зажатые в руках, тускло отливали красным, и я, на мгновение представив его своим противником, поежился.

Перед люком на крышу мы на мгновение замерли, ожидая команды Деда и Коренева.

– Соловей. Шмотки. Я – первый, Вовка – второй. Дед прикрывает. Слева – двое. Думаю, снайпера… Снизу бегут те, кто спрыгнул с крыши в окна… Гена, видишь пожарный ящик? Ломай, там веревка… Бежишь налево до упора. Там такой приметный штырь. Цепляешь карабин и ждешь команды. Вопросы? Начали… – Олег, подброшенный Мерионом, выбил телом люк и исчез в темном провале. Я полетел следом…

Угнаться за Кореневым было нереально. Как и среагировать на его атаку – в момент, когда я только поворачивался к позициям снайперов, он уже бежал дальше. Оба воина, сдуру расположившиеся рядом, бились в агонии. Закинув за спину автомат, я схватил с крыши винтовку и, упав на колено, приник к прицелу…