Право лорда - Диана Хант

— Не совсем, — покачал головой Кир. — Наша, нагшасская магия проявляется иначе, чем у остальных людей. Она очень узконаправлена и не так очевидна. Я владею магией боя.

Я присвистнула.

— Я должна была догадаться.

— Но как авгур, например, или хранитель, я бессилен, — сообщил Кир. У нас, нагшасов, всего пять разновидностей магии: бой, целительство и вдохновление, артефакторика, стихийная магия…

— Ки-и-р…. Я в ваших местных магических реалиях ни в зуб ногой. Представь, будь добр, что объясняешь младенцу, ладно? — дождавшись кивка, продолжила: — Катлин — ведьма, так?

— Да.

— И я — ведьма.

Снова кивок.

— Хм… Но я явно так, как она — не могу… Это из-за того, что Катлин продалась с потрохами каким-то тёмным силам? Или потому что она обучалась ведовству с младенчества, а у меня этот дар только проснулся? Или она просто сильнее меня, что нелогично: если мы отражаем друг друга, сил должно быть поровну?

— Мне, конечно, далеко до Магистра в Первой академии, мы, кстати, до неё ещё доберёмся. Если захочешь, конечно. Ведовство и магия — разные вещи, Майя. Ведьма — та, кто ведает. По сути, тоньше и глубже видит окружающий мир. Живёт в гармонии с собой и природой. Ведьма не расходует свои силы, когда творит чары, она умеет договориться с уже существующими. Конечно, грубо говоря, чьё-то ведовство светлее, чьё-то темнее — тут есть в зависимости от связи со звёздами и планетами, часа зачатия, часа рождения, на кого-то сильное влияние оказывает солнце, на кого-то — луна. Кому-то ближе огонь, кому-то воздух. Ну и таланты, конечно. Боги любят пошутить.

— Интересно, — пробормотала я. — Значит, я не просто так дружу с животными…

— Не просто, — покачал головой Кир. — Катлине приходилось подчинять их, тебе даже Тит, который привязан ко мне кровью, готов служить сам, по своей воле. Правда, — Кир хмыкнул, — оберегает он тебя, как птенца.

Я тоже хихикнула, а потом вспомнила наши вынужденные обнимашки под крылом грифона и всё, что потом было и покраснела до самых корней волос. Меня снова привлекли к себе и поцеловали в макушку. Хотя по потяжелевшему дыханию нагшаса я как-то сразу поняла, чего ему всё это ми-ми-ми и романтѝк стоит.

— Учитывая, что вы с Катлин отражаете друг друга, логично, что в отличие от неё, тяготеющей к тьме и смерти, твоя сила в свете и жизни.

— Я родилась в самый полдень, — подтвердила я. — Солнце стояло прямо вертикально. Папа говорит, что от этого моя кровь кипит. Как закипела в момент рождения, так и… в общем, как в чайнике.

— Интересно… Катлин как-то сказала, что она родилась в полночь. А в каком месяце ты родилась?

— В мае, — ответила я. — Потому и Майя. Хотя папа, кстати, хотел «Катюшу»… Но там Артём учудил. Твердил «хочу Майю», и всё тут. Может, потому что название месяца впервые выучил и как-то его с готовящейся родиться сестрёнкой соотносил. Прикинь, он даже из садика сбежал, и до роддома умудрился добраться! Представляешь, заходит в палату шкет такой, все в масках… Руками замахали, понятно, крик подняли. Кто пустил ребёнка и чей вообще пацан и всё такое. Но Артём у нас не из пугливых. Повторял «хочу Майю», пока не пообещали: «Будет тебе Майя», ну и отцу не дозвонились на работу… Артём — это мой брат, старший. Один из троих, — спохватилась я.

— А май — название месяца?

— Весеннего, самого тёплого, — я кивнула. — В общем, с ведовством разобрались. С большего, конечно. Своих сил у ведьмы нет, она вроде как природные запасы расходует.

Кир покачал головой.

— Свои силы есть, и немалые. Только ведьме их расходовать без надобности. И природные, кстати тоже она не расходует, а скорее договаривается с миром. У тебя, кстати, с попаданием в наш мир должны были проявиться способности.

— Хм…

— Мир должен был стать ярче, углубиться. Не знаю точнее, как у ведьм бывает.