Звезды – холодные игрушки - Сергей Лукьяненко

Данилов осекся.

– Ага, утешительно… Всего лишь своими жизнями. Мелочь…

Счетчик молчал.

– Ладно… – Данилов покосился на деда, тот кивнул. – Мнепредлагают вылет послезавтра. На Джел-17.

– Мы торгуем с Джелом? – заинтересовался дед.

– Эпизодически. Они хотят купить десять тонн произведенийискусства.

– Они же слепые! – воскликнул я, вспомнив собственные рейсына Хикси.

– Скульптуры. Джел покупают у нас бюсты с изображениемлюдей. Россия перехватила заказ у американцев. У нас оказалось безумноеколичество бюстов… неактуальных ныне. Мраморных, гипсовых, бронзовых. Заказсрочный, трасса незнакомая. Предложили лететь мне. Боженко, это мой второйпилот, в отпуске. Хотели его отозвать, но я предложил взять пилотом тебя, Петя.

Значит, не случайно завел Александр тот разговор.

– Навигатором у меня Ринат Турусов. Хороший парень… не хочуего вмешивать.

– Я могу провести расчет любого джампа, – быстро сказалсчетчик.

– Не сомневаюсь. Но как оставить Рината на Земле, а тебя идеда протащить на челнок?..

– Не только Карела и Андрея Валентиновича. – Молчавшая досих пор Маша вступила в разговор. – Еще и меня.

– Это требование счетчика? – Данилов посмотрел на Карела.

– Моё, – сказал дед. – Маша пригодится.

– После нашего побега твою семью будут ждать серьезныенеприятности, девочка. – На лице Данилова было все, что он думает об этой идее.

– У меня нет семьи. Я сирота, – отрезала Маша.

Я невольно вскинул на нее глаза. Надо же. И она росла безродителей… только не с дедом, одна. Выбраться из той колеи, что негласноуготована детдомовцам… окончить институт, а не вкалывать на ферме или ракетномзаводе… молодец, Маша…

И опять что-то заныло в груди, тоненько и тревожно. Словно яотворачиваюсь, не желая видеть неприятной, злой, отвратительной правды.

– Ладно. Если вы настаиваете, Андрей Валентинович…

Дед кивнул.

– Я протащу вас на челнок, – решил Данилов. – Мы с Петей васпротащим.

Он глянул на часы.

– Семь. Через час Пете позвонят из Звездного. Пришлютмашину. Так что готовь рапорт, парень.

Я кивнул.

– До обеда тебя помучат… потом прием у кого-то из советадиректоров «Трансаэро» и в Роскосмосе… – рассуждал вслух Данилов. – Погладят поголовке, похвалят. Закинут удочку – готов ли к новым полетам. Предложат местовторого пилота на «Волхве».

У меня чаще забилось сердце. Быть пилотом на легендарномчелноке Данилова – это сбывшаяся мечта!

– Ты согласишься… еще два часа на бюрократов… Вечером скореевсего тебе придется лететь в Хабаровск. Думаю, вместе полетим.

– Мы с Машей забронируем места на другой рейс, – вступил вразговор дед. – На космодром нас пропустят, полагаю? В гостевой сектор?

– Пропустят, – кивнул Данилов. – Начальник космодрома,генерал Киселев, очень неплохо относится к «постулатам Хрумова».

– Никогда не знаешь, как слово отзовется, – вздохнул дед. –Петя, ты давай приводи себя в порядок. Раз уж сейчас поедешь в Звездный.

Я поднялся из-за стола. Ухватил с блюда кусочек подсохшейлососины.

– Там будь серьезным и собранным! – сказал в спину Данилов.– Не подавай виду, что знаешь все заранее!

– Слушаюсь, товарищ командир корабля, – ответил я.

Нет, точно, мир сошел с ума. И мне придется спятить –отвечая требованиям моды.

И почему дед так уверен в моих особых качествах? – думал я,когда под вечер машина компании везла меня домой. Если уж хотел воспитать изменя будущего спасителя человечества – так я должен быть сообразительным ихитрым, как он сам. А не подчиняться покорно решениям.

Зря он на меня ставку делает… если делает, конечно. Зря.

Машина остановилась у ограды.

– Через три часа мы заедем, – сказал водитель. – Вы успеетесобраться, Петр Данилович?

– Да, конечно. Спасибо.

Выбравшись из машины, я сразу же увидел Алешку. Мальчишкастоял у ворот своей дачи, слегка насупленный и недовольный.

– Привет! – Я помахал ему, и Алешка медленно двинулся черездорогу. Остановился, пропуская отъезжающую машину. Лишь подойдя, неохотносказал:

– Здравствуйте…

– Меня караулишь?

– Вот еще…

– Пошли, камни тебя дожидаются.

И с чего дед решил, что дети ко мне тянутся? Скорее на шеюсадятся…

– Я днем звонил, – слегка оживившись, начал Алешка. – Вашдедушка сказал, что вы уехали, вернетесь на минуту и снова уедете… надолго.

– Так и есть, – признал я. – Но пять минут у меня найдется.

Тирана в саду не было, и слава богу. Мне всегда казалось,что на ребенка пес не набросится, но проверять я не собирался. Впустив паренькав дом, я сказал:

– Сейчас, разувайся…

А сам торопливо заглянул в свою комнату. Рептилоида не было.

– Заходи, – роясь в «дипломате», сказал я. Алешка снекоторой робостью вошел. Оценивающе покосился на мой компьютер, с куда большиминтересом – на двуручный меч, висевший над кроватью. Спросил:

– Инопланетный?

– Нет, почему. Эспадон, британский.

– Настоящий?

– Нет, копия, – признался я.

– А… – Алешка утратил к мечу интерес. – А настоящее оружие увас… ух ты!

Эффект был хорош. Научились в последнее время в космопортахделать маленький бизнес на сувенирах. Пакет из прозрачного пластика былразделен на девять отделений, в каждом лежал разноцветный камешек. Еще в пакетбыл вложен солидного вида документ, гарантирующий, что данные камни и впрямьявляются частью планеты Сириус-8, иначе – Хикси-43.

– Настоящие? – тихо выдохнул Алешка.

– Ну… видишь же, там сертификат есть, – уклончиво ответил я.

– Ха, сертификат… – презрительно сказал мальчик. У меняродились какие-то смутные подозрения в отношении бизнеса, которым занимаетсяего отец. – Сертификат подделать – ерундовое дело.

– Я покупал эти камни на Сириусе, – уточнил я.

Видимо, мое честное слово его вполне удовлетворило.