Драконий луг - Скарлетт Томас

Их с Кресченцией провели в другую комнату, где они прослушали инструктаж с леденящим названием «Последние приготовления». Кресченция все просила подлить ей чая с мятой: она верила, что в него подмешивают наркотик, и хотела напиться до бесчувствия. Эффи старалась не брать в рот ничего подозрительного. Ей нужна была ясная голова. Но что же ей делать? Время, когда Кресченцию ещё можно было спасти, убегало, но только выручив подругу, она могла думать о собственном бегстве.

Остаток дня Эффи чувствовала себя как лучшая знакомая знаменитости. Она помогала приготовить для Кресченции ванну из миндального молочка с розовыми лепестками и подавала все, что той требовалось перед одеванием. Разумеется, масло Совершенства, и ещё лосьон с лепестками луноцвета, в котором сверкали мельчайшие золотые и алмазные крошки.

Эффи сидела рядом, пока Кресченции, прихлебывавшей мятный чай, делали маникюр и педикюр. С каждым глотком девочка становилась все спокойнее. Потом её обрядили в выбранный драконом наряд. Потом занялись прической и макияжем. Потом была пресс-конференция. И все это было бы даже забавно, если бы не было подготовкой к смерти.

Эффи тоже приняла ванну и тщательно нарядилась. Ей, как подружке Кресченции, полагалось проводить ту до логова дракона, поправить напоследок прическу и помаду, прежде чем невеста войдет внутрь. Подружка тоже должна была выглядеть красивой и нарядной, чтобы не опозорить школу в глазах местных жителей, если те соберутся поглазеть.

В пять часов вечера Эффи с Кресченцией усадили в золотую карету. Кони медленно провезли их через селение, так что каждый мог посмотреть на юных девушек, согласившихся пожертвовать собой ради спасения жителей деревни от зимнего голода. Люди осыпали их конфетти, лепестками цветов и даже зернами чернозлака — считалось, что это приносит счастье.

Скоро деревня осталась позади. Дорога обогнула темный лес и потянулась к драконьему логову. Вчера девочки смотрели на него с общинного луга и видели только склон холма и верхушки башен Тонущего замка. Теперь же им предстояло проехать по извилистой дорожке, к которой тянулись корни лесных деревьев-великанов, до глубокого рва, через который вел Тонущий мост. Подъемный мост Кресченции предстояло пересечь уже в одиночку — и только в одну сторону. Карета остановилась: возница приспосабливал к колесам какую-то шутковину, позволявшую одолеть крутой спуск.

Кресченция сглотнула и достала маленькое ручное зеркальце — проверить волосы и помаду. Руки у неё дрожали так, что она чуть не выронила зеркальце.

Кольцо на пальце Эффи начало нагреваться. Она вдруг почувствовала себя сильной, бесстрашной и…

— Подожди, — само собой вырвалось у неё. — Давай я пойду вместо тебя.

— Но ведь… — Кресченции явно хотелось согласиться, но она не решалась. Она, в сущности, была не слишком храброй и не представляла, как в одиночку предстанет перед драконом.

— Как же?…

Эффи перешла на шепот.

— Нам нужно только выиграть несколько минут. — И она громко позвала: — Возница?

— Да, мисс?

— Поезди пока немножко вокруг. Мы не совсем готовы. И не попадайся на глаза деревенским.

Потом Эффи задернула занавеску кареты, которая уже подскакивала на ухабах дороги, огибавшей огромный лес. Они с Кресченцией быстро поменялись одеждой.

— Не понимаю, что хорошего, если вместо меня съедят тебя? — говорила Кресченция. — То есть ты очень добрая и отважная, но… Меня, когда я вернусь, могут исключить из школы.

— Если мой план сработает, то…

То что? Едва ли в школе придут в восторг, если Эффи сумеет покончить с поеданием принцесс. Ведь эта школа только и занималась поставкой принцесс для дракона. И все-таки нельзя, чтобы дракону позволяли есть девочек, и чтобы школа поставляла ему этих девочек, и…

— У тебя есть план? — восторженно округлила глаза Кресченция.

На самом деле плана у Эффи не было. Она его ещё только обдумывала. Зато у неё было серебряное кольцо, с которым она почему-то чувствовала себя храбрее обычного. И ещё у неё было необъяснимое, настойчивое желание повстречаться с драконом, снова увидеть его крылья. Чтобы… Чтобы что?… Она сама не знала. Поговорить с ним? Убедить? Наверняка ничего не выйдет. Он, наверное, сразу её поджарит.

— Да, — соврала Эффи, — есть план. Вроде как.

Карета обогнула рощицу на опушке и снова выехала на крутую дорожку.

— Теперь готовы, мисс? — спросил кучер.

— Да, — отозвалась Эффи.

Они ехали вниз, вниз, вниз. Кресченция сжимала руку подруги и благодарила её.

— Удачи, — крикнула девочка, когда Эффи вышла из кареты и зашагала к подъемному мосту, где её встретила пожилая служанка и повела в замок. Мост, едва они перешли на ту сторону, поднялся, а карета повернула обратно.

Служанка провела Эффи по мощеной дорожке к тяжелой деревянной двери. И оставила перед уходящей круто вниз лестницей, застеленной толстым красным ковром. На площадке Эффи увидела два каменных постамента со статуями драконов, расправляющих крылья. И дальше едва ли не каждую ступеньку украшали изображения драконов с затейливыми надписями на языке, который показался ей на удивление знакомым. Эффи сглотнула и двинулась по освещенному свечами проходу в глубину подземного замка.

Лестница подвела её к внушительной деревянной двери. Створки были распахнуты, из-за двери лился теплый мерцающий свет и пахло свежесрезанными цветами. Эффи набрала в грудь воздуха и шагнула внутрь. Комната была небольшой, но с высоким потолком. В огромной люстре горели, медленно раскачиваясь в лад, белые свечи. В огромном камине ревело пламя. Ковер здесь был ещё толще, чем на лестнице. Густая длинная щетина складывалась в золотые завитки.

Стены были увешаны картинами и гобеленами. Многие изображали битвы драконов и молодых рыцарей с мечами. От обычных картин такого рода их отличало то, что драконы чаще всего побеждали. И здесь были надписи, как под статуями драконов.