Адепт Грязных Искусств - Анна Кондакова

Дарт не смог мне ответить.

Он продолжал зажимать ладонью рот – вид у него был несчастный, но в то же время недовольный. Если бы Дарт мог говорить, он бы уже высказался.

Купер наконец перестал блевать и дёргаться, теперь просто стоял на четвереньках, сплёвывал тягучей слюной и смотрел под себя, опустив голову и тяжело дыша.

Я бегло огляделся: всё осталось по-прежнему.

Та же одноместная кровать, тот же пыльный стол с керосиновой лампой, то же узкое грязное окно, выходящее во двор, и дощатый, не слишком-то чистый, пол. Наверняка, даже тараканы остались те же самые – здесь никогда ничего не менялось, потому что за отдельную плату сюда запрещалось заходить.

Давненько я не бывал в этой комнате.

Окраина Лэнсома, максимально далёкая от Рынка Нищих и Речного квартала, гостиница «Лисья нора», номер «348». Тайное убежище на случай, если пришлось бы залечь на дно.

В мою бытность овеумным наркоманом это было лучшее укрытие: здесь меня никто не знал, потому что наведывался сюда я всего лишь раз, да и то заходил через окно, ну а комнату снял для меня один карточный шулер, естественно, на вымышленное имя. Ещё и доплатил за то, чтобы номер не убирали и не сдавали никому другому в течение ближайших трёх месяцев.

Чем мне нравилась «Лисья нора», так это тем, что хозяин гостиницы при желании не спрашивал документы. Правда стоимость номера тут же поднималась в цене, причем в разы, зато по надёжности «Нора» не уступала банковской ячейке.

Но об этом знали не все.

Для остальных это была обычная гостиница – таких незамысловатых ночлежек сотни по городу.

И отправился я сюда с одним прицелом — так надёжнее, чем сразу бросаться в неизвестную точку Эгвуда с риском при перемещении напороться на кого угодно. А от Лэнсома до Эгвуда три часа на поезде или два – на автокэбе, даже если ехать по объездной.

Я поднялся на ноги, теперь каждая минута была на счету, и плевать, что на хвост мне упали два школьника.

– Останетесь тут, пока я не приду, и чтобы носа не высовывали, – сухо велел я им.

Ещё раз огляделся, выискивая глазами чемоданчик из крокодиловой кожи, который швырнул сюда при задержании инспектором полиции почти четыре недели назад. Его я заметил под столом. При парнях открывать не стал, поэтому, прихватив его с собой, направился в ванную.

Но тут с пола вскочил Дарт.

— Эй, ты объяснишь, в чём дело? Где мы, вообще? Что происходит? Какого хрена ты полез в этот портал? И где его взял?

Я обернулся уже у двери ванной.

— А ты какого хрена полез на третий этаж?

— Это из-за меня, – простонал с пола Купер. — Я хотел в баре ещё немного пива прихватить, Дарт меня не пускал… но кто бы его слушал… он за мной потащился, а там ты… и портал этот сраный…

Купера опять вырвало, но уже не так обильно.

-- Не шуметь, свет не зажигать, из комнаты не выходить, говорить тихо, не использовать кодо, – сказал я Дарту. – Когда вернусь, отправлю вас обратно.

Дарт сунул руки в карманы брюк и зло прищурился.

– Ага, сейчас, только ботинки почищу. Ты один никуда не пойдёшь, ты обязан вернуться в Ронстад вместе с нами. Если отец узнает, что я дал тебе уйти, он меня на месте прикончит… – Дарт нахмурился и огляделся. – Что это за дыра?

– Лэнсом.

Глаза Дарта расширились от ужаса.

– Но какого… – Он смолк.

Ясное дело, испугался, он ведь никогда не выходил за стены Ронстада, да ещё и сразу во вражескую столицу.

– Всё. Сидите тихо. Понимаете же, что нам светит, если поймают? – Я не стал больше тратить на болтовню время и закрылся в ванной.

Спешно поставил чемоданчик на тумбу у раковины и открыл крышку.

Здесь лежало всё самое ценное для прошлого меня: увесистый пакет с таблетками, револьвер в наплечной кобуре и три коробки с патронами, кожаный ремень со съёмными ножнами, набором метательных ножей и держателями для сюрикенов, поддельные документы на имя Эрика Гримо (для меня), плюс на имя Вероники Гримо (для Ребекки) и, конечно, деньги.

Много денег.

Три с половиной миллиона суренов в крупных и мелких купюрах, перевязанные в толстые пачки. Остальное я хранил на счету в банке «Дюваль» и вряд ли после своей официальной смерти мог бы на них рассчитывать.

Я быстро стянул пиджак (нашивка «S» выдавала эмблему школы Сильвер и принадлежность к Ронстаду), сменил обычный брючный ремень на ремень из чемоданчика, сзади на нём закрепил ножны, спереди – сюрикены. Надел наплечную кобуру, проверил и зарядил револьвер.

На вешалке в ванной висела пара костюмов, я накинул один из пиджаков (н-да, великоват, но всё же это лучше, чем приметная школьная форма) и рассовал пачки денег по карманам. Схватил с тумбочки свои старые наручные часы, про которые уже успел забыть, и нацепил на левое запястье.

Вроде, всё.

Из ванной я вышел уже минут через пять.

Купер за это время успел за собой убрать – посреди комнаты стояло мусорное ведро, а над ним сияла голубоватая руна (видимо, она удерживала запах). Я метнул взгляд на окно: ладно хоть догадались зашторить.

– Ральф, ты идиот? – бросил я со злостью. – Убери руну и воспользуйся тряпкой.

– Ладно, не ори ты, – поднял руки Купер.

Руна исчезла, и он поплёлся вместе с ведром в туалет.

И пока он возился, Дарт встал у двери, загородив собой выход из комнаты.

– Ты никуда не пойдёшь, – объявил он с угрозой. – Мы возвращаемся в Ронстад прямо сейчас.

Его кулаки покрылись тлеющими углями.

– Сказал же, кодо не использовать, – процедил я.

– А мне плевать, что ты сказал, Рэй. Ты сбегаешь, как трусливый говнюк. Испугался тюрьмы, да? Или Суда испугался?

– Уйди, Дарт. Я вернусь – это я тоже говорил. Но, возможно, ты глухой.

– Ага, вернёшься… так я и поверил. – Кулаки Дарта вспыхнули ярче, покрылись мелкими всполохами огня. – Никогда бы не подумал, что ты такая сволочь, Питон… или лучше «Ваше Высочество»? Так ведь тебе больше нравится, да?

Дарт перевёл взгляд мне за спину и кивнул – слишком грубо они с Купером работали. Их расчёт был, в общем-то, правильным: на мне запретные путы, оказать сопротивление с помощью кодо я не смогу.

Но всё равно они действовали слишком грубо и неумело.

Я сделал широкий шаг вбок, развернулся и пробил левой стоящему позади меня Куперу в правый бок. Его синяя руна пронеслась в нескольких сантиметрах от моего лица. Купер со стоном отшатнулся. Но тут мне на спину всем весом навалился Дарт (и, как ни крути, телесно он был крупнее меня).

Он зажал меня в тиски рук, попытался повалить на пол, я ударил его ногой под колено и быстро попятился, набирая скорость. С глухим ударом навалил Дарта на стену, тот тихо проскулил у моего уха, но руки не разжал. Пришлось несколько раз впечатать его в поверхность стены и колотить до тех пор, пока он не отпустил.