Корона трех. Проклятый король - Дж. Д. Райнхарт

– Опустите руки в огонь, – сказал король.

Два перепуганных мальчика прижались друг к другу. Они выглядели гораздо моложе Гальфа, хотя отряженные на поиски солдаты клялись, что им обоим по тринадцать лет. Столько было и Гальфу. Страх превратил их лица в застывшие маски. Никаких сомнений – это близнецы-двойняшки. Или, как считал Нинус, тройняшки.

– Держите их за руки! – крикнул король.

Два легионера, которые держали мальчиков, с беспокойством взглянули на капитана Оссилиуса. Тот стоял у двери тронного зала – длинного и узкого, похожего скорее на коридор. У одной из стен возвышался Большой трон Торонии. Высокие ставни скрывали окна, не пропуская солнца. Свет в этих мрачных покоях исходил только от жаровни, установленной рядом с Большим троном.

Большой трон очень отличался от того украшенного скульптурами позолоченного кресла, что находилось в обеденном зале. Он представлял собой черное узловатое переплетение сучковатых стволов и скрученных веток, напоминавших корни каких-то древних деревьев. Отполированная веками спинка спиралью возносилась высоко вверх, где, изгибаясь, переходила в колючий навес.

Гальф думал о том, что ему в жизни не встречался предмет, который дышал бы такой древностью. А еще ему точно не доводилось видеть ничего омерзительнее, чем оскаленное лицо юноши, который сидел сейчас на Большом троне. Гальф стоял рядом с ним, наряженный в изящные одежды придворного, и с трудом узнавал в нынешнем короле кроткого арестанта из Сферы небесной.

Неужели Нинус – действительно его единокровный брат? Просто невероятно.

Гальф посмотрел на мальчиков-близнецов, съежившихся перед троном. Отсветы пламени плясали на их испуганных лицах. Они тоже были братьями. И он чувствовал, что они любят друг друга. Ведь так и должно быть.

Он перевел взгляд на Нинуса и не почувствовал ничего, кроме ужаса.

Близнецы были последними в длинной веренице несчастных детей, привезенных сюда со всего королевства. Целыми днями ребенок за ребенком проходили по узкому тронном залу. К тому времени, когда они подходили к ногам Нинуса, большинство плакало. Такова была цель этой длинной прогулки – напомнить подданным короля об их истинном месте.

Стратегия Нинуса была простой: истребить всех детей, которые могли оказаться выжившими тройняшками. Гальф надеялся, что это вряд ли получится. Чистое безумие – учитывая размер королевства. Однако в сердце у него рос страх: а вдруг рано или поздно к трону приведут ребенка с черными глазами и золотисто-рыжими волосами?

Ребенка, который будет точь-в-точь таким, как он сам.

Тогда Нинус переведет взгляд на Гальфа. Его глаза расширятся. Он увидит сходство.

И придет черед Гальфа положить руку в огонь.

Пока детей, которых приводили к королю, сразу же отпускали. Они оказывались то слишком маленькими, то слишком большими, то не походили друг на друга. Но с этими мальчиками все было по-другому.

– Вы родились в Идиллиаме? – поинтересовался Нинус, когда они впервые преклонили перед ним колени.

Мальчики кивнули.

– Родились в ночь, когда появились три звезды? Быстро переглянувшись, братья снова кивнули. Нинус подался вперед. Трон нависал над ним, словно когти какой-то исполинской твари. На голове у юноши красовалась корона Торонии – кольцо из полированного золота с гравировкой в виде замысловатых рун.

Корона, которую еще несколько дней тому назад носил Брутан. Их отец.