Башмаки на флагах. Том 4. Элеонора Августа фон Эшбахт - Борис Конофальский

— Штурм, — отвечал ему капитан уверенно. — Город откровенно плох. Ров давно осыпался, его нет, стены кривы, стоят едва, подъёмный мост врос в землю.

Капитан, конечно, говорил уверенно, но полковник и майор всё-таки смотрели на генерала.

— Я доверяю капитану, — сказал Волков. — Так что ждём Эберста и Пруффа и выдвигаемся на юг, на Висликофен.

— А что будем делать сейчас? — спросил Роха.

— Вы займётесь моим любимым делом, — Волков засмеялся.

Офицеры смотрели на него, ожидая разъяснений. А он встал и, всё ещё улыбаясь, продолжил:

— Начинайте укреплять лагерь. У нас времени не много, через два, три или четыре дня они очухаются от поражения и попытаются что-нибудь предпринять, а полк Эберста будет здесь не раньше, чем через неделю, так что частокол, ров, рогатки — всё как положено. Старшим назначаю вас, полковник.

Брюнхвальд кивнул. А Роха сразу потерял всё своё хорошее настроение, сидит теперь с кислой миной. Он не любит всего этого, землю копать это не его дело, стрелки — белая кость на войне, они всегда были лентяями. А вот Карл Брюнхвальд уже встал, напялил на голову подшлемник и сказал то, что Волков и хотел услышать:

— Будет исполнено, господин генерал.

У офицеров одни задачи, у генералов другие. Умный генерал, начиная войну, уже думает, как её заканчивать. Волков уже думал.

— Господин Фейлинг, — позвал он оруженосца.

— Да, господин генерал.

— Возьмите с собой господ Румениге и Габелькната и четырёх гвардейцев. Езжайте на пристань и пересчитайте все баржи и лодки, что там найдёте. Заодно посмотрите, где и какие есть склады. Что в них хранится, попробуйте разузнать.

Молодой человек, видно, не очень хорошо понимал, чего желает генерал, и поэтому уточнил:

— И всё это сделать тайно? Чтобы местные не видели?

— Наоборот, друг мой, наоборот, пусть как раз вас видят. Займитесь этим немедля.

— Хорошо, сейчас же займусь, — отвечал оруженосец, всё ещё не понимая сути задания.

А генералу и не нужно было, чтобы он понимал, он уже садился на коня. Максимилиана, как и всех раненых, он уже отправил на свою сторону реки, где тому лекари должны были зашить распоротую болтом щёку, с ним остались лишь господа Хенрик, фон Каренбург и гвардейцы, с ними он и поехал к реке. Посмотреть на выгрузку ландскнехтов и дать распоряжения Мильке.

Капитан Мильке был на берегу. Он, увидав приближающегося генерала, поспешил ему навстречу и сразу докладывал:

— Вся кавалерия на нашем берегу. Всех раненых уже вывезли.

— А что Кленк?

— Уже грузится. Признаться, я не понял, почему вы, господин генерал, приказали кавалерии грузиться в первую очередь. Пехота погрузилась бы много быстрее, но раз уж приказали…, - говорил капитан, делая удивлённое лицо.

«Наглец, глупый мальчишка, вздумал замечать ошибки командира? Ну, ничего, допусти хоть малейшую оплошность, и ты пожалеешь!».

— Вы отправитесь с баржами в Лейдениц, — Волков не стал отвечать капитану на его замечание и сразу перешёл к делу, — за три дня, я думаю, доберётесь.

— Да, я говорил с кормчими, весенняя вода уже давно сошла, течение теперь мирное, они сказали, что за три дня, если стараться, то можно подняться до Лейденица.

— Думаю, что один или два дня вам ещё придётся подождать Эберста и Пруффа с обозом и пушками.

Мильке кивал, он тоже так думал.

— А потом как можно быстрее спустить их по реке ко мне. Мне нужны будут пушки. Мне как можно быстрее нужно идти вглубь кантона, иначе враг соберётся с силами.

— Это понятно, господин генерал.

— Вам придётся тащить баржи по моей стороне реки, там у меня есть застава в Рыбачьей деревне, и старшим там сержант Жанзуан.

— Я с ним познакомился, помогал мне искать хорошее место для погрузки, толковый человек.

— Передайте ему мой приказ: пусть он досматривает все баржи, что будут проплывать мимо него по реке. Все. Баржи кантона пусть он задерживает. Баржи Фринланда и баржи, что пришли с севера, не трогает. Пусть забирает только баржи кантона. А если баржи с севера или из Фринланда везут товары из кантона, то пусть товар сгружает, а баржи отпускает. Также пусть забирает все плоты, что будут спускаться по реке. Ничего из кантона по реке не пропускать! Вы поняли, капитан, что нужно сказать сержанту?

— Я всё понял, — отвечал Мильке, — товары, лодки и плоты из кантона Брегген конфисковывать, всех остальных пропускать. О том сказать сержанту Жанзуану.

— Именно.

— Сие мудро, — заметил капитан. — И прибыток вам, и купчишки местные взвоют, скорее захотят окончить войну.

«А он всё-таки не глуп, этот Мильке».

А тут к ним прибежал один человек и говорит:

— Баржа идёт, куда её прикажете ставить?

— А вот и капитан Кленк со своими людьми, — сказал Мильке и пошёл искать место на берегу для выгрузки прибывших солдат.

Капитан ландскнехтов сошёл на берег первый, следом ему свели коня, и он сразу подъехал к генералу:

— Знаю, что нас можно поздравить с первой победой.

— Да, можно, но бой был очень тяжёл.

— С горцами иначе и не бывает, — заверил генерала ландскнехт, — признаться, я удивлён и даже восхищён полковником Брюнхвальдом. Он одолел почти равного по численности врага. И это были горцы, я думал до сих пор, что такое под силу лишь ландскнехтам.

— Полковник Брюнхвальд образцовый офицер, — отвечал Волков, сейчас он был рад за Карла и чувствовал себя так, словно высокая похвала капитана ландскнехтов предназначалась и ему тоже. — Кстати, вы, капитан, поступаете в распоряжение полковника. Лагерь находится тут недалеко, отсюда прямо на юг. Следуйте туда.

И, не дожидаясь высадки всех прибывших солдат, генерал поехал туда же. Он устал и был очень голоден, как ни крути, а ужинал он вчера со всеми ещё в Лейденице. До посадки на баржи. Всю ночь он не спал, всё утро дрался. А сейчас время шло уже к трём часам дня. Он проголодался и собирался как следует поесть. Обед, что приготовили повара на скорую руку из запасов, что были захвачены в лагере, ему был весьма по душе. Простой горох с толчёным салом, вчерашний хлеб и даже плохое вино, что пили офицеры горцев, — всё было ему по душе. Всё нравилось. Брюнхвальд и Роха уже поели и занимались лагерем, а вот Дорфус и фон Реддернауф к нему за обедом присоединились. А вскоре к ним за стол пожаловал и Кленк, и доложил, что все его части уже на этом берегу и что Мильке отплыл за Эберстом и Пруффом. Дорфус рассказывал прибывшим офицерам о плане кампании, об их следующих шагах, когда прискакавший кавалерист просил дозволения видеть генерала.

— Ну что? — спросил его Волков.

— Меня прислал ротмистр Каплец. Приказал доложить вам, что наш разъезд встретил отряд врага на марше. Идут сюда по западной дороге. Уже должны быть в часе солдатского хода отсюда.