Сказки Дальних стран - Александр Асмолов

Один из этих запахов был приятно-сладковатым. Он был везде, куда только медвежонок ни поворачивал свой любопытный носик. Вскоре косолапый сладкоежка понял, что так пахли ярко-желтые плоды на деревьях. Они почти просвечивались на солнце и казались очень нежными. Их было так много, что в животе у Ме́ни призывно заурчало. Подкрепиться бы не мешало. Он ловко вскарабкался на дерево, но ветки были слишком тонкими для его веса. Тогда он их немного качнул, и ярко-желтые плоды посыпались на землю.

Усевшись поудобнее рядом со сладко пахнувшими полупрозрачными шариками, медвежонок стал их осматривать. Побольше, чем дикие яблоки в Дальнем лесу, эти плоды были очень нежными и удивительно пахли. Ме́ня только собрался отправить один из них в рот, как его окликнули:

– Эй, ты что там делаешь?

Голос прозвучал так неожиданно, что медвежонок растерялся.

– Я? Я ничего…

– Ну, вы только посмотрите на этого обжору! – возмущался голос, который теперь казался уже знакомым. – Не успел попасть в незнакомую страну, как уже собрался лопать.

– А что?

– Да ты хоть знаешь, где мы?

Ме́ня медленно обернулся на голос и расплылся в улыбке.

– Малёк…

– Да, это я. Один, между прочим. Ищу вас, а ты тут уже трескаешь!

– А что?

– Как что! Мы зачем сюда перенеслись? Вот это трескать?

– Кстати, ты не знаешь, как это называется? – медвежонок еще раз жадно принюхался. – Пахнет вкусно.

– Нет, ты неисправим! Соня где?

– Соня?

Ме́не стало очень стыдно, что он не подумал о том, что смотрительнице Дальнего леса будет трудно ориентироваться при ярком солнце в незнакомом месте. Да и лось навряд ли позовет на помощь, даже если ему придется туго. В чужих краях всякое может случиться с пришлыми.

– Не нужно ссориться…

Оба резко обернулись на голос. Среди зеленой листвы соседнего дерева они сразу заметили светло-серое оперенье совы. Она сидела на толстой ветке и часто моргала.

– Малёк прав, – спокойно продолжила она. – Нужно понять, где мы оказались.

– Припоминаю, – протянул косолапый, – когда мы были на острове, ты загадывал страну, где между двух гор колесят экипажи… У нас что? Получилось?

– Не знаю, как у вас, – ехидно заметил мышонок. – А у нас получилось. Только вот лоси тут не водятся, и совы не летают.

– А медведи? – испуганно спросил Ме́ня. – Ну, хотя бы маленькие…

– Только ослы! – еще язвительнее пискнул серый грызун.

– Какие такие ослы? – не понял намека медвежонок.

– Вроде тебя, – откровенно издеваясь, пояснил тот. – Глупые и упрямые.

– Ща как дам! зарычал косолапый, готовый бросится на обидчика.

– В жука превращу, – мышонок принял угрожающую позу. – Навозного!

Повисла напряженная пауза. Каждый не был уверен, что угроза реальна, но сделать следующий шаг, чтобы она стала явью, не решался. Их опять успокоила молчаливая сова:

– В жука не нужно, а вот подобрать нам всем подобающую в этих краях внешность было бы совсем не лишним.

Мышонок устыдился того, что захотел использовать свои способности по отношению к товарищу вместо того, чтобы думать о их главной цели. Но он тут же нашелся:

– А мешок-то где?

– А разве он…

Ме́ня не договорил. Холодок пробежал по его спине, хотя под такой шубой, как у него, в здешних краях было жарко. Он растерянно огляделся, но тут же радостно вскрикнул:

– Да вот же он! Я на нем…

Продолжать свое объяснение косолапому было совестно, зато Малёк не стал церемониться.

– Спал на мешке со шкатулкой… – мышонок только махнул лапкой и отвернулся.

– Не ссорьтесь, друзья мои, – попыталась урезонить их сова. – Нам нужно отыскать Длинного. Он такой застенчивый, что никогда не попросит помощи, даже если попадет в беду… Мне кажется, я что-то слышу в том направлении, куда ложатся тени от солнца… А вы что-то слышите?

Все разом притихли, стараясь уловить обрывки едва различимых звуков. Мышонок настороженно поворачивал свои большие ушки в указанною сторону, сова непонимающе моргала, а медвежонок встал на задние лапы, опираясь передними о ствол дерева. Он зашептал первым:

– Там два человека разговаривают, и еще что-то скрипит.

– Я думаю, что это какая-то повозка на дороге, – предположила сова.

– А там, – Малёк указал лапкой чуть правее, – кто-то что-то ест… Причмокивает даже и сопит, как наш Длинный.

– Точно! – подтвердил косолапый. – Он всегда сопит, когда ест что-то вкусное.

– Этому бы только о еде поговорить, – пискнул недовольно серый грызун.

– Если мы пойдем в ту сторону, где кто-то жуёт, – прошептала Соня, – то успеем добраться до дороги, по которой едет повозка, раньше, чем она окажется в том месте. Они явно не торопятся.

Прищурив плохо видящие при ярком солнце глаза, смотрительница Дальнего леса мягко оттолкнулась от ветки и бесшумно исчезла за невысокими деревьями. Ме́ня покосился на беспомощного мышонка и снисходительно произнес:

– Ладно, залазь. Прокачу.

Того не нужно было долго упрашивать, и странная парочка, стараясь не шуметь, поспешила за совой. Ориентируясь по звуку и солнцу, Ме́ня уверенно двигался в незнакомом лесу с абсолютно одинаковыми деревьями, которые были к тому же очень ровненько посажены аккуратными рядками. Когда причмокивающий звук жующего стал явно различим среди остальных шорохов, они стали пробираться вперед абсолютно бесшумно.

– Да это Длинный! – воскликнул возмущенный мышонок, держась лапками за шерсть на спине у медвежонка. – Вы только посмотрите на него! – уже во весь свой голосок закричал грызун. – Он тоже трескает! А мы волнуемся, ищем его…

– Ребята! – извиняясь пробубнил лось. – Эти штуки такие сладкие, что оторваться невозможно.

В этот момент что-то хрустнуло на его мощных зубах.

– А вот косточки горькие, – и он выплюнул остатки.

– Вот все и в сборе, – спокойно сказала Соня. – Нам нужно поспешить к дороге. Там какая-то повозка.

– Садитесь на меня, друзья, – радостно воскликнул лось. – Давненько мы не путешествовали.

На его длинных ногах вся компания очень быстро оказалась у дороги среди деревьев. Это не была привычная для лесного народца тропа, протоптанная в траве за долгие годы большими и маленькими лапами. Это была колея от двух колес повозки.

Вся компания спряталась за деревьями, поджидая приближение скрипучего звука. Вскоре послышались и голоса двух человек. Они говорили о каких-то персиках, которые в этом году очень хороши, и спорили о возможных продажах. Повозка, на которой ехали эти двое, действительно, скрипела в такт неторопливым шагам ослика, меланхолично тянувшего ее среди одинаковых деревьев, называемых спорщиками персиковой рощей.