Сказки Дальних стран - Александр Асмолов

– Так он утянул шкатулку в море, – испуганно запричитал серый грызун, – мы теперь ее никогда не найдем.

– Глупости, – перебил его медвежонок. – Магистр не может читать под водой и тем более произносить заклинанья нормальным голосом. Он же там – рыба. Для этого ему нужно выбираться на остров в обличии человека или кого-нибудь из лесного народца. А для этого он должен поменяться временем. Я думаю, что шкатулка еще спрятана на острове.

– Постой, дружок, – не вытерпела сова, – ты хочешь сказать, что я была рыбой и могу это вспомнить?

– Конечно!

– Как это романтично. Никогда не плавала под водой.

– Это все потом, уважаемая Соня, – неожиданно вставил своё слово лось. – Нам нужно отыскать шкатулку. Только это может остановить Магистра. Завладев ею, он вернется во время Дальнего леса и вытащит себя из Старого болота. Тогда пропал наш мир…

Длинный закончил фразу таким трагичным голосом, что все ему сразу поверили. Воспоминания о родном доме и угроза, нависшая над ним, побудила друзей к действию.

– Надо бежать! – пискнул мышонок.

Если бы не ловкое движение Ме́ни, который сгреб Малька в лапу, чуть придавив, чтобы тот не вырвался, никто бы не удержал серого грызуна.

– И где ты намереваешься искать Магистра? – снисходительным тоном спросил он проныру.

– Там! – мышонок неопределенно махнул лапкой, едва высвободив её из цепких объятий косолапого.

– Под водой? – медвежонок явно издевался. – Я не сказал о самом главном.

Все затихли, ожидая объяснений, но оратор не торопился. Как настоящий актер, он выдержал паузу, наслаждаясь оцепенением зрителей, затаивших дыхание.

– Не знаю почему, но Магистр появляется и исчезает под водой только в образе черепахи. Наверное, что-то не дает ему меняться временем из-под воды. Думаю, что он сначала выползает на пустынный пляж и только потом меняется. Я это понял по следам на песке. Представляете: Магистр еле ползает, шевеля ластами. Вот тут-то мы его и прищучим!

Медвежонок загадочно улыбнулся и замолчал, давая слушателям возможность оценить его аналитические способности. Не всякий смог бы сложить воедино обрывочные воспоминания совы, прожившей некоторое время вместо Магистра.

– Мы что теперь: всех черепах должны переловить на острове? – ехидно заметил мышонок. – Небось их тут сотни ползают.

– А, действительно, – поддержала его сова, – как ты найдешь именно ту черепаху, с которой поменялся временем Магистр?

– М-да, задачка, – пробубнил лось.

– Нет ничего проще, – нашелся Ме́ня. – Обычно черепахи выползают на берег только ночью, чтобы вырыть ямку в песке и отложить горку яиц. Они долго ползут подальше от волн, долго роют ямку и долго закапывают ее песком, защищая свое потомство от чаек или ящериц. Наша черепаха должна выбраться на пляж днем и ждать возвращения Магистра недалеко от воды.

– Да врет он все! – пискнул мышонок. – Ничего такого я не видел.

– Ты видел только тайный сон уважаемой смотрительницы Дальнего леса, – пояснил Ме́ня. – Запомнить ты его не мог, на это и рассчитывал Магистр, пряча его в памяти Сони. Только я мог пересказать вам то, что ты говорил. Ни ты, ни она не могли все это запомнить.

– Как-то слишком сложно, – засомневалась и сова.

– Зато очень похоже на Магистра, – согласился Длинный.

– У нас есть шанс поймать колдуна в момент, когда он поменяется временем с черепахой. Думаю, тогда он будет очень уязвим. Мы должны спрятаться недалеко от черепахи, дремлющей у самой воды днем. Как только она начнет ползти в воду, тут мы ее и сцапаем.

– А дальше? – не понял лось.

– Малёк наложит на него заклятье, чтобы Магистр остался черепахой. Он, конечно, потом выпутается, но мы успеем убежать.

– Допустим, ты прав, дружок. А шкатулка?

– Я видел, что она спрятана в расщелине двух больших камней, – медвежонок замялся.

– Только не знаю, где это.

– Я знаю! – вскинулась сова. – Большие камни у берега было видно с того дерева, где я пришла в себя после того, как пропала с нашей поляны.

– Все сходится, – обрадовался Ме́ня. – Магистр в обличии Сони сначала спрятал шкатулку, потом сел на ветку дерева и поменялся обратно временами… Похоже – Магистр на острове один. Он перестал доверять своим помощникам и все делает сам. Поспешим к камням у пляжа!

Через некоторое время с помощью совы четверка друзей уже отыскала два больших камня, между которых в глубокой расщелине виднелась та самая шкатулка из черного дерева. Велико было желание схватить драгоценную находку и понестись сломя голову, но каждый понимал, что сначала нужно отделаться от Магистра и только потом как-то покинуть остров.

– Смотрите, – пискнул мышонок, – на песке следы черепахи!

– Мы вспугнули ее, – догадался Ме́ня. – Она ползет к воде. Эх, не успеем…

Сова не раздумывая, быстро схватила Малька в когти и, взмахнув крыльями, понеслась к огромной черепахе. Та уже ползла по мокрому песку. Еще несколько неуклюжих движений, и морские волны накроют костяной панцирь.

– Соня, давай! – в один голос заорали оставшиеся у камней лось и медвежонок.

– Со-ня, – едва хрипел сдавленный когтями мышонок, – по-бли-же…

Ночная охотница уловила порыв морского ветра и сделала такой головокружительный пируэт в воздухе, что серый грызун на время потерял сознание со страху. Он очнулся от соленых брызг и шума прибоя, в котором мелькали дельфины. Еще мгновенье – и волна накроет их обоих, а потом потянет за собой, откатываясь назад, в море, но серый грызун успел протараторить скороговоркой странное заклинание:

Повелевать мне дано временами,Тайною сил золотистой звезды.В облике этом останешься ты,

Время свое потеряв под волнами.

Он даже зажмурился, ожидая чего-то необыкновенного, но ничего не произошло. Волна накатилась и отхлынула восвояси. Черепаха осталась неподвижно лежать на песке. Грустные ее глаза были открыты. Она смотрела куда-то вдаль. Туда, где море сходится с небом, образуя длинную прямую линию. Сова, сидевшая на черепахе моргнула и, подхватив Малька коготком, осторожно положила рядом с собой. Он был мокрый, испуганный и разочарованный. Серому непоседе казалось в тот миг, что надежды не оправдались и он подвел друзей. Было грустно, и хотелось плакать.

– Ух, ты, – раздался радостный голос медвежонка, – Заморозил?

– Чего? – не понял мышонок.