Сказки Дальних стран - Александр Асмолов

Ливень на острове начался стремительно. Не было ни сильного ветра, ни грома. Просто стена дождя заслонила все собой, обрушивая потоки теплой воды. С первыми каплями дождя трое неподвижных путников словно очнулись ото сна и кинулись в пещеру. Промокшие, они дико озирались по сторонам, все еще не веря, что свободны. Магистр поиграл с ними, как с котятами, щедрым жестом оставив жизнь. Пытаясь понять, что же теперь делать, они по очереди выглядывали из пещеры, не решаясь покинуть укрытие.

Когда ливень закончился, а крупные капли еще стекали с листвы деревьев, на поляне появилась сова. Растерянно моргая огромными глазами, она неуверенно вышагивала посередине поляны, пытаясь кого-нибудь отыскать. Друзья выскочили из пещеры, на бегу засыпая ее вопросами. Впрочем, и смотрительница Дальнего леса толком сама ничего не могла объяснить. У нее выпал из памяти целый кусок времени с тех пор, как она увидела медвежонка с сумкой, до тех пор, когда очнулась в кроне большого дерева. Переждав на ветке сильный дождь, она вернулась на поляну.

– Мы тоже ничего не помним с тех пор, как вы забрали у меня сумку, – признался медвежонок.

– Я? – Соня поперхнулась от негодования. – Как?

– Мы все остолбенели после странных слов, – подтвердил мышонок.

– Это было заклятье на время, – догадался Длинный.

– Но я… – ночная охотница даже не могла оправдаться.

– Опять Магистр! – фыркнул Ме́ня. – Он поменялся с вами временем и отобрал у меня сумку со шкатулкой.

– Все пропало… – Малёк обхватил свою голову лапками. – Мы погибли…

– Не хорони нас раньше времени, трусишка!

Косолапый медленно сел на мокрую траву и почесал лапой затылок.

– Тут подумать надо.

Все с надеждой посмотрели на медвежонка, а он важно причмокнул, будто собирался съесть что-то вкусное. Многие знали, что фантазер из Дальнего леса любил всякие истории, особенно заковыристые. Перед тем, как рассказать что-нибудь эдакое, Ме́ня долго усаживался и причмокивал. Слушатели терпеливо ждали, прощая сочинителю и собирателю всяких небылиц эту прихоть, зная, что это не зря. Их ожидание будет вознаграждено сполна.

Вот и теперь три пары разных глаз жадно следили, как усаживается и причмокивает косолапый. Напустив на себя важности, медвежонок неторопливо начал рассуждать:

– Если магистр поменялся с вами временем, то вы на этот период стали им. Ну, я не знаю, в чьем обличии он появился на острове, но то время вы прожили вместо него. Понимаете?

Соня часто заморгала.

– Когда меняешься с кем-нибудь временем, то он будет говорить, слышать или что-нибудь делать вместо тебя. Правда, с перепугу он может ничего и не понять, – что уж там говорить, – и запомнить. Тем более что Магистр мог и припрятать эти воспоминания поглубже. Закопать в такие уголки памяти, что не сразу и отыщешь.

Соня многозначительно повертела головой, будто вспоминая что-то. Потом уставилась непонимающе на медвежонка.

– Вижу, что Магистр спрятал ваши воспоминания, пока вы жили в его времени. У меня тоже так однажды было. Так меня Веда заставила заснуть, а потом водой окатила. Холодной…

– Зачем? – с опаской спросила смотрительница Дальнего леса.

– Чтобы я вспомнил. Ну, приемчик есть такой…

– А у нас холодной воды тут нет, – вмешался мышонок.

– Ты будешь вместо холодной воды, – многозначительно отозвался косолапый.

– Что ты имеешь в виду? – еще более подозрительно осведомилась сова.

Медвежонок с удовольствием выдержал долгую паузу, наслаждаясь тем, как все с нетерпением смотрят на него. Потом интригующе произнес шепотом:

– Если вы поменяетесь с Мальком снами, он сможет отыскать в вашей памяти то время. У него точно получится.

– Да что все так и норовят забраться ко мне в голову! – возмутилась Соня. – Что вы все там ищите? У меня же могут быть женские секреты. Это просто неприлично в конце концов!

– Магистр и не думал спрашивать у вас разрешения, – обиделся Ме́ня. – А мы же не из любопытства. Если узнаем, в каком обличии Магистр появился на острове и где прячется, то есть шанс его найти и отобрать шкатулку.

Ночная охотница насупилась и замолчала. Она поняла, что другого пути нет, и придется уступить.

– Я тихонько… – попробовал убедить ее в своей деликатности мышонок.

– Ай, делайте, что хотите, – сова покорно закрыла огромные глаза и приготовилась терпеть.

Медвежонок тут же начал ласковым голосом рассказывать о чудесном теплом вечере в Дальнем лесу. Знакомые картины родных мест в его описании были такими родными, что всех потянуло в сон. Приятный и спокойный. Даже лось, протяжно зевнув, затих в сладком сне. Наверное ему виделось Лесное озеро, о котором он так скучал. Ме́ня еще что-то говорил, но никто из друзей уже не слышал его слов. Они убаюкивали. Как это со всеми бывало в детстве, когда глаза слипаются от усталости, накопившейся за долгий день, а родной голос мамы все ещё звучит…

– Ладно, просыпайтесь, сони, – нарочито серьезно и громко произнес медвежонок. – Пока вы все дрыхли, я кое-что узнал.

Друзья начали потягиваться и моргать, озираясь по сторонам. Сон был такой глубокий, что выбираться из него было не так просто. Тем более что каждый видел его настолько реально, что переключиться в это время на острове было нелегко.

– Да, мы все в пещере, а не дома, – назидательно подтвердил косолапый. – Соображайте быстрее.

– Я надеюсь, – первой нашлась сова, – ничего предосудительного вы в моем сне не разглядели. Мало ли что кому присниться может.

– Ой, пискнул мышонок, – а я ничего не помню.

– Ты все рассказал, – успокоил его Ме́ня, – можешь не беспокоиться.

– Правда? – сконфузился тот. – И что же?

Медвежонок чуть откинулся назад, набирая побольше воздуха в грудь, словно перед броском и, не торопясь, начал:

– Поначалу я сам перепугался за тебя, когда ты начал рассказывать, что видишь во сне, блуждая по закоулкам памяти нашей уважаемой смотрительницы леса. Почему-то вокруг была вода, много воды и глубоко. Плавали всякие рыбы, и нечем было дышать. Ты даже стал задыхаться со страху. Ну, думаю, нужно срочно вытаскивать вас всех обратно, как вдруг ты сказал, что можешь дышать под водой…

– Я? – пискнул со страху мышонок.

– Ну не ты, конечно, – пояснил косолапый важно, – а Соня, жившая тогда во времени Магистра…

Все недоверчиво переглянулись. Ме́ня слыл известным фантазёром, но тут речь шла о них самих.

– Я догадался: Магистр был большой рыбой и плавал под водой. Он не мог выбраться на остров сам, вот и менялся временем то с одним, то с другим. И потому так ловко от нас прятался. Вернется в свое время под воду – найди его там. Но украсть шкатулку и прочитать свитки он тоже не мог в обличии рыбы. Ему нужно с кем-то поменяться временем.