Товарищ жандарм - Станислав Сергеев

Я стрелял с упора, а он навскидку. Первая пуля взбила возле меня землю, вторая ушла в молоко. Мой второй выстрел был и не нужен, но я просто сильно испугался чпокающего хлопка возле себя, и уже панически нажал на спусковой крючок второй раз, держа в прицеле дернувшийся от попадания силуэт стрелка.

Даже отсюда я услышал дикий крик: «Барина убили!» В окне мелькнул еще силуэт. Хлыст-с-с-с. Крик захлебнулся.

«Блин, да сколько их!» По моим прикидкам, еще человека три где-то прятались.

Тут случилось чудо. Прямо возле крыльца поднялся окровавленный человек в форме полицейского урядника. Правая рука висела вдоль тела, и только в левой он держал пистолет. Это выглядело страшно и одновременно так завораживающе. Вот это человек, выживет, ну точно корешем станет.

— А ну сдавайтесь, нехристи! Иначе всех кончим, никому пощады не будет!

Даже на гаком расстоянии я, услышав его крик, стал лихорадочно водить стволом в поисках противников. Но тут случилось еще одно чудо. Из кустов, из конюшни, из дома вышли пятеро человек, двое из которых были в форме жандармов, и, боязливо побросав оружие, остались стоять на месте.

— А ну быстро развязать моего человека.

Силы его были на исходе, и команда уже звучала как-то глухо. Двое тут же бросились развязывать уже очнувшегося Митяя, помощника Стеблова. Другой стал перевязывать первого подстреленного офицера-жандарма, который от потери крови уже потерял сознание. Еще минуту посматривая на окна, убедившись, что ниоткуда уже ничего не угрожает, спокойно встал и быстрым шагом двинулся к дому.

Люди с ужасом смотрели на приближающееся со стороны леса мохнатое чудовище. Откинув за спину накидку, я подошел и уже стал сам раздавать команды.

— Митяй!

Развязанный и растирающий руки жандарм зыркнул из-под кустистых бровей, кивнул, как бы принимая мое старшинство, пробасил:

— Я, ваше благородие.

— В дом, пусть девки перевязывают раненых, а этих в сарай, от греха подальше, — показав стволом на стоящих невдалеке сдавшихся людей. — Ротмистра я сам посмотрю.

Побили его знатно, но не смертельно, а вот винтовочная пуля пробила ему плечо, и он потерял много крови. У меня с собой была аптечка и, разрезав штык-ножом ему одежду, стал обрабатывать рану.

Через пару минут, услышав рядом сопение, повернул голову и увидел стоящего Митяя, который пытливо поглядывал на мои действия.

— Ну что?

— Заперли.

— Пошли в трактир посыльного, чтоб остальные жандармы сюда прибыли. Тут сейчас придется поработать.

— Так они может того…

И он показал в сторону лежащего невдалеке застреленного жандарма.

— Думаю, все предатели были здесь. А нам по-любому подкрепление нужно, вдвоем мы тут точно не справимся.

Оставив ротмистра на Митяя, я пошел в дом, посмотреть на стрелка и на винтовку. Вот он лежит в луже крови, ну точно тот самый помещик. Первая пуля пробила ему шею, вторая снесла половину черепа. Да, этого уже не допросишь. А вот и винтовочка. Хм. СВТ-40 с оптикой, причем не новомодной, а родной, советской, раритет. А состояние — ну точно свежак. Оттерев кровь, я прочитал на казеннике год производства «1941». Блин, все интереснее и интереснее.

Собрав все гильзы и пошарив в карманах убитого, нашел два целых, набитых патронами магазина. Н-да, подготовился он знатно и с таким стволом это мы еще неплохо отделались. Но вот где попаданец? Вопрос оставался без ответа.

Захватив самозарядку, я вышел на улицу и нашел дворецкого, который буквально несколько минут назад услужливо рылся в вещах Стеблова. Этот гаденыш быстро просек, что хозяина грохнули и скоро тут будет толпа жандармов, так что стал набирать себе баллы, прогибаясь и норовя лизнуть мне пятки, напоминая слюнявую махровую собачонку.

Как он вовремя появился, частенько такие люди становились агентами, из своей холуйской породы сдавая близких, прошлых хозяев, а при смене власти, как правило, неслись в первых рядах присягнуть на верность. Дрянь человек, но в данной ситуации, когда основные фигуранты либо без сознания, либо с развороченной черепушкой, он будет лучшим источником информации.

К тому времени я уже избавился от маскировочного костюма, свернув его в скатку, и расхаживал по дому в камуфляже, броннике и с карабином наперевес и слушал признания дворецкого.

Историю он рассказал классную, прямо заслушаешься. Быстро смекнув, что меня интересует, он сразу настроился на нужный лад и запел не хуже Шахерезады.

— Да, были необычные люди. Двое. Девушка в срамной юбке, с ремнем и сумкой с большим красным крестом и с ней — раненый мужчина. С ними разговаривал барин, потом они куда-то делись…

Это все, что он знает. Да, барин куда-то ездил со своими вооруженными людьми, в последнее время часто гостил Илья Гаврилович, дальний родственник, офицер, в данный момент лежащий с простреленной ногой и без сознания.

Я его так пытал еще минут двадцать, ловя на мелочах, выясняя подробности. В итоге с его помощью нашел тайник в кабинете бывшего хозяина, где лежали еще пятьдесят винтовочных патронов и немного денег. Деньги, конечно, хорошо, отдам семье убитого урядника, но меня больше интересовал пистолет ТТ или какое-то другое оружие типа ППД или ППШ, в котором использовались аналогичные боеприпасы. Не найдя ничего более интересного, принялся пересматривать бумаги хозяина поместья. В это время дворовые занесли ротмистра в дом и разместили в гостевой комнате. Услужливый дворецкий послал гонца за доктором, который прибыл весьма быстро, что заставило меня сделать заметку в голове и поинтересоваться такой оперативностью — я в этом мире не первую неделю и уже начал привыкать к местной неторопливости. Видимо, его сюда часто звали и за молчание неплохо платили. Но тут он начал важничать, и я ради интереса высказал свои соображения относительно лечения бандитов. Этот толстый, грузный человек покрылся потом и затрясся, как заяц. Пришлось на него наехать и заставить трудиться в наших интересах, заодно спросил про необычных людей. О как, да он, оказывается, и их видел, точнее, мужчину и лечил его. Диагноз? Огнестрел.

— И каково было состояние мужчины?

— П-п-п-потерял много крови, но организм молодой, здоровый, должен был выкарабкаться.

— Вы давно его не видели?

— Да уже недели две.

— Где вы его осматривали?

— В каком-то доме в лесу, меня туда возили в закрытой карете.

Блин, опять цепочка обрывается.

Снова начал пытать дворецкого. Что-то урод знает, но отмораживается, а точнее, тянет время. Тут на улице послышался топот, и на территорию усадьбы ворвался отряд жандармов и полицейских, которых мы оставили в трактире. Дом наполнился топотом, и в кабинет помещика, где я допрашивал дворецкого, с пистолетами ворвались сразу трое человек. Узнав меня, они остановились. Я выпихнул из комнаты дворецкого и подозвал старшего из них, сорокопятилетнего урядника.