Магия губит - Илона Эндрюс

Кэрран улыбнулся мне.

— Мне сообщили, что ты вернулась и навестила Дулиттла.

В Крепости не было места секретам.

— Поэтому я заходил туда, чтобы узнать твой диагноз. — Кэрран приподнял бутылку. — Ты должна принять горячую ванну вот с этим. А я должен внимательно присматривать за тобой с очень близкого расстояния, дабы убедиться, что твое колено будет в полном порядке.

Ага. Уверена, Дулиттл посоветовал именно это, особенно ту часть про наблюдение с очень близкого расстояния.

— Не хотел бы ты посидеть со мной в этой мерзкой лечебной ванне? — И почему это только что сорвалось с моих губ?

Глаза Кэррана вспыхнули.

— Да, я бы хотел.

Я приподняла бровь.

— Достаточно ли ты заслуживаешь доверия, чтобы позволить тебе войти в ванну?

— Позволить? — Он ухмыльнулся.

— Позволить.

— Я владею этой ванной. — Кэрран наклонился ко мне. — Не знаю, слышала ли ты, но я вроде как управляю этим местом. Я не только полностью заслуживаю доверия, но и мои действия не могут быть оспорены.

Я отстранилась от него и вошла в ванную, смеясь себе под нос.

У того, чтобы являться Царем Зверей, были свои преимущества, одним из которых была огромная ванна и душевая кабина с водой, всегда остающейся горячей, независимо от того, главенствовала ли магия или технология. Большинство вещей в апартаментах Кэррана были сверхгабаритными. Его ванна — самая глубокая из тех, что я когда-либо видела, диван вмещал почти восемь человек, не говоря уже, о преступно мягкой кровати, которая предусмотрительно была сделана настолько широкой, чтобы его форма зверя могла полностью поместиться. Возвышалась она на четыре фута над полом. В душе Кэрран был котом. Ему нравились мягкие вещи, высокие и достаточно просторные, чтобы можно было как следует потянуться.

Я быстро приняла душ, чтобы смыть всю кровь и грязь и залезла в ванну. От погружения в почти кипящую воду, пахнущую травами и уксусом, на долю секунды стало больно, а затем жгучая боль внутри колена начала утихать.

Кэрран вернулся из кухни с двумя банками пива. Он поставил их на край ванны и начал раздеваться, снимая одежду со своего мускулистого тела. Я наблюдала, как ткань скользила со спины Кэррана. Все мое.

Оу, парень.

Он вошел в ванну и сел напротив меня, представив мне вид на лучший в мире мужской торс вблизи.

О том, чтобы соблазнить его в ванне, пахнущей уксусом, не могло быть и речи. Должны же быть границы.

Кэрран наклонился и протянул мне банку пива. Я потянулась к ней, и тут его рука обняла меня и притянула к себе. Его лицо было так близко. Он устроил эту маленькую ловушку, а я полностью на нее повелась. Он наклонил голову и поцеловал меня.

С другой стороны, если подумать, мы могли бы сделать это в ванне. Почему нет?

Серые глаза Кэррана смотрели в мои.

— Зрачки не кажутся расширенными. Ты не под кайфом и не пьяна. Что, черт возьми, заставило тебя броситься из уютного безопасного офиса в перестрелку?

И он просто упустил свой шанс на космический секс.

— Я уже говорила тебе, там была девушка. ОПА открыли огонь и почти полностью оторвали ей ногу. Ей на вид не больше двадцати. Она чуть не истекла кровью в моем офисе.

— Это был ее выбор. Если бы она хотела оставаться в безопасности, то могла бы присоединиться к девочкам-скаутам. Но она не продает печенье, а зарабатывает на жизнь пилотированием инфицированных трупов.

Я забрала пиво из его рук и отхлебнула немного.

— Значит, ты бы стоял в стороне и позволил ОПА убить четырех человек?

Кэрран откинулся назад, растянувшись у стенки ванны.

— Четверых из Племени. Но не только это, я так же я могу стрелять из M24. А вот ты нет.

— Когда ты предложил мне этот бизнес, то рассчитывал, что я буду торчать в офисе весь день и печь печенье?

— Никто еще не умер от выстрела печеньем.

Он меня почти сделал. Я сканировала свой мозг в поисках удачного возражения.

— Всегда что-то бывает впервые.

О, это блестящий ответ. Несомненно, он должен рухнуть к моим ногам в шоке от моего интеллектуального великолепия.

— Если кому-то и удастся быть сраженным печеньем, так это тебе. — Кэрран пожал плечами. — Мы же договорились, что ты не испытываешь судьбу.

— Мы договорились, что ты позволишь мне делать мою работу так, как я считаю нужным.

— И я придерживаюсь своей части соглашения. — Он отпил из своей банки. — Я не бросил все и не помчался туда, чтобы защитить тебя от пуль, засовывая пистолеты в задницы ОПА и отшлепывая Племя до тех пор, пока те не найдут весомую причину, чтобы объяснить всю сложившуюся чертову ситуацию. Я знал, что ты справишься.

— Тогда почему ты меня отчитываешь?

Маленькие злые огоньки вспыхнули в его глазах.

— Несмотря на проявленную мной сверхчеловеческую сдержанностью, я все равно беспокоюсь о тебе. Это делает меня эмоционально нестабильным.

— Серьезно? Не может быть. Ты сказал, «эмоционально нестабильным»?

— Сегодня тетушка Би использовала эту фразу, чтобы объяснить мне, почему я не должен наказывать пятнадцатилетнего идиота за секс втроем перед моргом.

Альфа буд немного поторопилась. Нужно было позволить сначала мне попробовать разобраться с этим.

Кэрран задумался, рассматривая свое пиво.

— Мне бы никогда не пришло в голову использовать это, чтобы описать проблему ребенка.

— Как бы ты это описал?

— Молодой, тупой и полный спермы.

Это в значительной степени формулирует суть.

— Да ты упустил свое призвание. Тебе следовало стать поэтом.

Кэрран допил половину своего пива и приблизился ко мне.

— Не рискуй по глупости. Это все, о чем я прошу. Ты важна для меня. И я бы хотел, чтобы это было важно и для тебя.

Пытаться отвлечь Кэррана все равно, что сдвинуть поезд: сложно и в конечном итоге бесполезно.

— Если я тебя поцелую, ты успокоишься?

— Зависит от…

— Неважно. Предложение отозвано. — Я положила голову на его бицепс. В объятиях льва было тепло и комфортно, пока ты не обращал внимания на огромные когти. — У меня есть клиент.

— Поздравляю. — Кэрран поднял пиво. Мы чокнулись бутылками и выпили.

— Кто это?

— Помнишь цыпочку, отвечающую за безопасность на Полуночных Играх?

Он кивнул.

— Высокая, рыжеватые волосы, зеленая рапира.

— Она работает на Красную гвардию.