Забудь мое имя! - Анна Гринь

Эх, скорее палец себе сломаю, чем кольцо сниму.

– Ленка?! – спросила подошедшая Настя. – Что ты там шепчешь?

– Да ничего. – Я нацепила на лицо искусственную улыбочку и незаметно спрятала руки за спину.

– Пойдем? – предложила подруга. – Домой хочу.

Я согласно кивнула, взяла свою куртку, и мы потопали вниз. Уже упаковав себя в пуховик и выходя во двор универа, я заметила движущуюся по дорожке машину. На секунду сердце провалилось в желудок, громко и настойчиво пробивая себе дорогу на свободу. Но через мгновение я успокоилась, узнав черный «вольво».

– О! – выдохнула Настя. – Неожиданно.

– Ну-ну, – хмыкнула я, разглядывая выбирающегося из тачки Игоря.

Парень довольно улыбнулся, заметив нас.

– Твоих рук дело? – уточнила я тихо, сверля подругу взглядом.

– Лен, да я никому ничего не говорила, – виновато прошептала девушка. – Может, Вик?

Расспрашивать Настю дальше времени не было. Я натянуто улыбнулась Игорю. Парень просиял, окинув меня внимательным взглядом карих глаз.

– Привет! – весело пробасил он. – Лен, вижу, ты не заболела после вчерашнего.

– А что было вчера? – спросила любопытная Настя.

– Тебя можно пригласить куда-нибудь? – обаятельно улыбнулся парень.

Настя рядом со мной восторженно ахнула, стреляя глазками-блюдцами то в мою сторону, то в сторону Игоря.

– Ну… – учитывая сегодняшние события, общение с парнями вообще казалось мне невозможным. Однако…

Вот что это такое?! Кому я сделала плохо? Зачем мне это? Теперь всю жизнь мужских прикосновений избегать?

Желание собственноручно придушить Бестелиона или, на худой конец, попортить его личико стало непреодолимым. Мысленно послав Беса в самые отдаленные уголки преисподней на тяжелые каторжные работы, ответила:

– Я бы поела.

Игорь усмехнулся и кивнул на машину:

– Поехали.

Я села на переднее сиденье и с упоением расстегнула молнию куртки. Кондиционер вовсю старался, так что я быстро согрелась. Вечно мерзну! Но при этом очень люблю зиму. Из окна хорошо натопленной комнаты… Удивительно, но такая странная особенность у меня явно не от мамы. Та, наоборот, все время стремится отдыхать где-нибудь в горах, целыми днями катаясь на лыжах. Несколько раз она возила меня с собой в Австрию. Правда, пока Света рассекала по склонам и поражала воображение отдыхающих, я просиживала днями напролет у камина, зачитываясь интересными книгами. Каждому свое.

Не люблю я снег, и как меня угораздило родиться в стране, где девять месяцев в году холодно? Отвратительно! Может, демоны правы, и мой папочка из другого мира? Я только забыла уточнить среднегодовую температуру в этом их Верхнем царстве. Может, у них там постоянно плюс двадцать пять? Но как тут узнаешь… В Нижнем была зима – горные вершины, увиденные из окна Идерны, покрывал снег. С другой стороны, в горах чаще всего постоянно лежит снег. Может, у демонов в их горах зима, а внизу тепло. Не поймешь.

Я два раза побывала в другом мире, а ничего толком не рассмотрела, кроме нескольких комнат и вида из окна. Мне даже никто не провел ознакомительную экскурсию по достопримечательностям Нижнего царства. Может, у них там жутко интересно, а я тут сижу!

Я тайком покосилась на Игоря, тот на секунду оторвал взгляд от дороги и улыбнулся мне.

– Тебе идет этот цвет глаз.

– Линзы, – ответила я, стараясь вести себя как обычно. Но руки убрала подальше, даже перчатки не сняла.

– Куда поедем? – спросил Игорь.

– Выбирай сам, – пожала я плечами.

Парень кивнул, видимо что-то для себя решив.

– Ты не обижаешься, что я вот так… без предупреждения? – уточнил он, внимательно заглянув мне в глаза.

– О чем ты? – удивилась я. – Вовсе нет. И спасибо за приглашение.

Игорь нахмурился, крепче вцепившись в руль.

И что я такого сказала?

Он вообще очень милый, и сразу видно, добродушный, хоть и огромный, как медведь. Очень короткая стрижка ему идет, вот только со спины выглядит подозрительно, если учитывать прилагающуюся к этой почти наголо бритой голове черную кожаную куртку, подбитую мехом.

Ну и фантазия у меня!

Зато глаза у парня потрясающие, цвета коньяка, с мелкими зеленоватыми крапинками. И ресницы длинные. Черты лица только немножко подкачали. Но излишне длинный нос, резкая линия скул и квадратный подбородок совсем парня не портили. Наоборот, вызывали желание внимательно рассматривать.

– Поедем в мою любимую кафешку, – решил Игорь. – Там уютно и отлично кормят.

Я не возражала. В центре пришлось довольно долго крутиться, выискивая стоянку, но мне жаловаться было не на что – даже немного подремала под приглушенный звук мотора и скрип снега под шинами.

Наконец мы добрались не только до кафе, но и до столика. Я не мудрствуя лукаво заказала большую пиццу с сыром и ветчиной и двойную порцию глинтвейна. И была несказанно рада, когда мне принесли большую чашку горячего напитка с прилагающимися к нему невесомыми печеньками.

Неслышно похрюкивая от удовольствия, я макала печеньки в вино, поедая размокшую выпечку, грела ладони о кружку и старалась не обращать внимания на изучающий взгляд Игоря. Конечно, веду себя как маленькая девочка, забавляюсь, но поделать с собой ничего не могу. Да и не хочется изображать идеально воспитанную барышню. Принимайте такой, какая есть.

– Расскажешь о себе? – спросил Игорь, помешивая ложечкой в чашке.

Я отпила глоточек глинтвейна, мгновенно согреваясь.

– Мы же не на собеседовании, – усмехнулась в ответ. – Ведь правда?

– Нет, – ответил он. – Просто мне интересно.

– Да не могу ничего необычного рассказать. – Я вздохнула и подперла кулачком щеку, чувствуя, как хмелею.

– Ну, расскажи обычное, – предложил Игорь.

– Все, как у всех, – ответила, мечтая о скорейшем появлении пиццы. Еда – отличная причина не отвечать на вопросы.

– А родители твои чем занимаются? – нашел что спросить парень.

– Мама – художница, а об отце знаю только, что его звали Леонид. И все, – призналась я, наблюдая за появлением полных тарелок.

Следующие полчаса мы ели, думая каждый о своем. Игорь молча жевал лазанью, хотя и стрелял в меня глазами, но я это старательно игнорировала. Пока моя жизнь слишком переполнена непонятными событиями, чтобы еще на вопросы этого парня о себе отвечать. Он мне никто. Так, недавний знакомый. Изливать душу меня никто не заставляет. О себе вообще тяжело рассказывать. Особенно малознакомому человеку, и если ты считаешь свою жизнь самой обыкновенной, без каких-либо необычных событий.

«Самое необычное, что пока с тобой случилось, – встреча с демоном тьмы», – подсказал внутренний голос.