Буран, Тайга и Асмодей. Выход - Денис Чистяков

Мои слова походили на попытку обезоружить Дарлиса, но я действительно так думал. Казалось нелепым изливать душу своему сопернику, но больше было некому. По крайней мере, он точно мог бы меня понять и кажется понял.

– Знакомые сомнения, – признался он.

На какое-то время мы замолчали, испытывая внезапную солидарность. Затем, Дарлис с натянутой улыбкой решил:

– Может этим она нас и зацепила. Мы оба ее неплохо узнали, но она по-прежнему остается загадкой.

– Наверно, – согласился я.

Взглянув на Игоря, я только сейчас задумался, признавался ли он в любви Санрайз? Знает ли о моем признании? О моих чувствах к ней знали все, но я надеялся, что мое признание Санрайз сохранила в тайне. И возможно точно так же она хранит признание Игоря… Пока я пытался безуспешно прочесть по его лицу тайные мысли, он внезапно сам затронул эту тему:

– Ты ведь не рассказал ей о кольце и моих намерениях?

Помедлив я честно ответил:

– Нет.

На самом деле я только теперь задумался, что бы мог выиграть сдав Игоря и тут же решил, что ничего. Возможно даже наоборот, только разжег бы в Санрайз нежные чувства к нему и сейчас она бы ждала его возвращения, чтобы ответить «да».

Конечно Игорь мог не поверить мне, решить, что Санрайз все знает и просто не призналась ему, но доказательств у меня не было и он об этом знал. Посмотрев на меня серьезным взглядом, он неожиданно объявил:

– Обещаю я не стану трепаться о тебе и Веронике. Санрайз сама выберет, кто ей милее и я не думаю, что, подставляя друг друга, мы сможем повлиять на ее решение. Согласен?

– Согласен, – охотно кивнул я, ощущая будто камень свалился с души и тут же добавил, – Спасибо.

Игорь кивнул в ответ. Все еще терзаясь вопросом об отношениях между ним и Санрайз, я признался:

– Я думал, ты сделаешь ей предложение перед отъездом.

Я произнес эти слова с максимально доступной мне сейчас небрежностью, словно этот вопрос меня не волновал, но внутри все сжалось в ожидании ответа.

Игорь ответил не сразу, будто тема оказалась болезненной и я уже лелеял надежду, что Санрайз ему отказала, но тут Дарлис покачал головой:

– Я решил отложить это до победы над Кранаджем.

Он бросил на меня взгляд с озорной улыбкой то ли всерьез, то ли в шутку заявив:

– Сделаю из его головы подарочную коробочку для кольца!

– Едва ли Санрайз это оценит, – ответил я.

– Думаешь? Наверно ты прав.

Пару минут мы ехали молча, затем Дарлис спросил:

– А что насчет тебя? Уже придумал, как сделаешь ей предложение?

Наш разговор казался чертовски нелепым. Мы оба боролись за любовь одной женщины и всерьез рассуждали, как будем делать ей предложение! Опустив взгляд, я попытался представить себе этот момент и реакцию Санрайз. Вокруг даже нарисовался какой-то ресторан, которого в этом средневековье не могло быть: я в духе голливудских фильмов встаю на одно колено и преподношу ей кольцо, просто так, не говоря ни слова, в надежде, что слова и не потребуются и она просто счастливо улыбнется и ответит «Да»… Но видение быстро растворилось как слишком слащавая фантазия, имеющая мало общего с реальностью.

– Нет, – ответил я Дарлису.

Мне казалось, что до этого момента еще очень далеко, но признаваться в этом Дарлису я не стал.

– Не боишься, что я тебя опережу? – спросил я, на самом деле опасаясь обратного.

Игорь пожал плечами:

– Если я могу на что-то рассчитывать, то она меня дождется.

Звучало разумно и я решил мыслить так же. Мы снова погрузились в молчание.

– А что насчет Вероники? – неожиданно спросил Дарлис, – Не возникло желания узнать ее «поглубже»?

Он процитировал с явной насмешкой, от чего я удостоил его холодным взглядом:

– Нет, благодарю.

– А фигурка-то у нее ничего, – улыбнувшись вспомнил Дарлис.

– Может тогда тебе стоит переключиться на нее? – буркнул я, уставившись в сторону.

Игорь покачал головой:

– Этот олеандр не в моем вкусе, к тому же явно рассчитывает на твою дружбу.

Вздохнув, я посмотрел на Веронику, будто пытаясь прочесть ее мысли:

– Я все еще не знаю, стоит ли ей верить. С тех пор, как она узнала о моих чувствах к Санрайз, только и делает, что подставляет меня и высмеивает.

– Есть над чем поразмыслить, а?

Дарлис многозначительно взглянул на меня, но я не понял, к чему он клонит.

– Не думал, что она на тебя запала? – пояснил Игорь.

Прежде эта версия показалась бы мне совершенно нелепой. С какой стати?! Если бы Вероника уделяла мне столько своего ядовитого внимания только когда я оказался в теле брутального мужика, я бы еще мог допустить подобную мысль, но она клеилась даже к Санрайз. К тому же она сама не лестно отзывалась о мужиках, играющих за девушек. Однако после нашего разговора мое представление о ней изменилось. Она доверила мне свою историю, а я так и не смог понять почему…

– Не думаю, что дело во мне, – все же ответил я, – Мне кажется, ей просто нужны друзья…

– Видимо очень близкие друзья, – хмыкнул Игорь.

Не сговариваясь, мы снова уставились на Веронику, равнодушно выслушивающую какие-то басни капитана Терсиольда, вероятно польщенного ее обществом.

– Думаешь это правда? Про ее отца и… все остальное? – спросил Дарлис.

– Не знаю, – ответил я.

– Мне она об этом не рассказывала, когда вспоминала свои похождения в игре.

– Такое не каждому можно доверить, – пожал плечами я.

Дарлис ухмыльнулся:

– Выходит ты для нее все-таки особенный.

Я только покачал головой. Я не мог поверить, что заинтересовал Веронику. Как и с Санрайз я не видел в себе ничего достойного внимания, кроме новой внешности, которая у меня появилась только теперь. Может Вероника на нее и позарилась? Или все это чушь и ничего особенного она ко мне не испытывает, а просто забавляется со мной как шлюха с девственником! Вздохнув, я был вынужден смириться с тем, что никогда не смогу понять Веронику и доверять ей…, хотя голос внутри твердил, что она нуждается в доверии, в том, чтобы кто-то избавил ее от яда, которым она травит всех вокруг, обрекая себя на одиночество. Но какого хрена это должна быть моя миссия?!

– А может она навешала мне лапши