Исследователи Гора - Джон Норман

— Посмотрим, — уклончиво ответил я.

— О, — произнесла она и задумалась.

Иногда Саси тренировалась вместе с белокурой варваркой. Улафи против этого не возражал. Более того, он сам предложил совместные занятия и даже не потребовал с меня дополнительной платы. С другой стороны, я тоже не стал брать с него денег за то, что моя рабыня занимается с варваркой горианским языком.

Уроженка Гора, Саси давно обогнала блондинку по всем невольничьим показателям. В принципе не было никакого смысла тренировать их вместе. Варварка до сих пор нуждалась в базовой подготовке.

Вспомнив о своих преподавательских обязанностях, Шока подкрался со стороны и резко крикнул:

— Бара!

Девушка стремительно исполнила команду.

— Сула! Налу! Леча! Сула! Бара! Наду! — Оставив девушку в этой позе, Шока снова удалился.

— Неплохо, — пробормотала Саси, пережевывая ларму.

— Да, — кивнул я. Несмотря на то что Саси заметно опережала белокурую дикарку, я был уверен, что та со временем ее догонит, а может, и превзойдет. Блондинка обладала завидным потенциалом.

Шока без предупреждения хлестанул ее плетью. Девушка не изменила позы, но задохнулась от обиды. Она не могла понять, за что ее ударили. С другой стороны, чтобы ударить рабыню, не требуется особых оснований. Шока рывком поднял ее за волосы и отвел к клетке.

— Можно мне сказать, господин? — произнесла она.

— Говори.

— За что ты меня ударил?

— Целуй ноги, — приказал Шока. Исполнив приказ, девушка вопросительно посмотрела на офицера.

— Потому, что мне так захотелось, — сказал он.

— Да, господин.

— В клетку.

— Да, господин.

Спустя несколько секунд он запер решетку и ушел. Рабыня опустилась на пол. Я заметил, что она смотрит в мою сторону. Затем она медленно подняла вверх ноги. В клетке было очень тесно.

— Господин, — обратилась ко мне Саси.

— Да?

— Если я буду очень хорошей, мне позволят иметь платье?

— Может быть.

— Оно тебе очень понравится. К тому же у меня будет что снять перед тобой.

— А мне будет что с тебя сорвать, — добавил я. Она улыбнулась.

— Тебе очень идет ошейник, — сказал я. — Похоже, ты в нем и родилась.

— В некотором смысле так и было, — произнесла она.

— Не понял?

— Я женщина, — ответила она, откусывая ларму.

— Зачем тебе надо в Шенди? — спросил меня Улафи. Был поздний вечер. Я, по своему обыкновению, стоял у бортика и смотрел на воду.

— Никогда там не был, — ответил я.

— Ты не кузнец, — сказал он.

— Вот как? — Я удивленно поднял брови.

— Может быть, ты знаешь Чунгу?

— Который сейчас на вахте? — уточнил я.

— Да, его.

— В лицо знаю, — сказал я. Это был тот самый матрос, который обогнал меня по пути к верфи Красного Урта. Потом я видел его в помещении претора.

— Прежде чем объявили общую тревогу по случаю побега рабыни, мы предприняли собственные меры розыска, — сказал Улафи. — Мы были уверены, что без труда поймаем ее в первые же несколько минут.

— Правильно, — кивнул я.

— На варварке не было никакой одежды. Куда бы она от нас делась?

— Все правильно, — еще раз кивнул я.

— И тем не менее она скрылась, — сказал Улафи. — Она оказалась умнее.

— И это верно, — согласился я. Девчонка утащила лохмотья бродяжки и затерялась среди самок уртов. Я не сомневался, что мы имеем дело с очень умной девушкой. Теперь, когда она стала рабыней, ее ум должен послужить во благо хозяев.

— Мы очень не хотели беспокоить претора.

— Прекрасно тебя понимаю, — сказал я. — Человеку из Шенди, тем более капитану, не к лицу поднимать шум из-за пропавшей рабыни.

— Может, ты хочешь, чтобы тебя выбросили за борт? — неожиданно разозлился Улафи. — По-твоему, другому человеку это было бы к лицу?

— Разумеется, нет, капитан. Не сердись, — ответил я.

— К тому времени, как объявили общую тревогу, мы уже перерыли полгорода. Один из моих людей, Чунгу, искал беглянку в районе канала Рим. Он видел, как человек в одежде кузнеца связал двух разбойников, мужчину и женщину, которые попытались на него напасть. По его словам, он проделал это с ловкостью, которой трудно было бы ожидать от кузнеца. Потом он задержался. Ненадолго. Ровно настолько, чтобы привести девчонку в чувство, изнасиловать ее и привязать к мужчине.

— Неужели? — с любопытством произнес я.

— После того как сыграли тревогу, Чунгу вернулся на корабль. Так вот, — раздельно произнес Улафи. — Человек в одежде кузнеца — это ты.

— Правильно.

— Я видел также, какими узлами были связаны разбойники, — продолжал капитан. — Кузнецы таких узлов не знают. Это узлы воина.

— Может быть, — пожал я плечами.

— Зачем тебе нужно в Шенди?

— Если ты знал, что я не кузнец, — улыбнулся я, — почему ты доверил мне клеймить рабыню?

— Хотел посмотреть, как ты будешь выкручиваться, — ответил Улафи.

— А вдруг бы я поставил плохое клеймо?

— Клеймо вышло отличное, — заметил Улафи.

— Вот видишь! Значит, я все-таки кузнец.

— Неправда, — покачал он головой. — Я окончательно убедился, что ты — воин. Я же вижу, как ты ходишь, как следишь за собой, как смотришь и слушаешь.

Я взглянул на море. Все три луны уже взошли. Мирно поблескивали волны.

— Для тебя было важно покинуть Порт-Кар вовремя? — спросил Улафи.

— Возможно, — уклончиво ответил я.

— Зачем тебе надо в Шенди?

— Разве там нельзя хорошо заработать?

— В Шенди, — сказал Улафи, — можно заработать целое состояние. А можно и свою смерть.

— Неужели там так опасно? — спросил я.

— Да, — ответил Улафи. — Даже для тех, кто живет в убарате Билы Хурумы.

— Разве Шенди не свободный порт торговцев и купцов?

— Мы очень надеемся, что так будет и дальше.

— Ты правильно догадался. Я из касты воинов. Улафи улыбнулся:

— Может быть, в Шенди найдутся люди, которым я могу сослужить хорошую службу.

— Сталь всегда была в цене, — произнес он и повернулся, словно собираясь уходить.