Ведьмина деревня - Ольга Богатикова

— Речь, Людочка, обладает поистине волшебной силой. Не напрасно в великих книгах говорится, что в начале начал было именно слово. Все мы знаем — одной фразой можно убить человека или наоборот — возродить к жизни. Однако мало кому известно, что это не просто лексическая красивость, а удивительный природный феномен. Заметь, я говорю вовсе не о смысле конкретной речи, хотя он, конечно, тоже важен. Дело в том, Людочка, что правильно подобранные слова, ритм и тональность могут физически влиять на людей, животных, растения. И даже на мировой порядок, если ты всей душой желаешь что-то в нем изменить. Знаешь, что для этого требуется? Всего лишь высказать свои мысли вслух. Но много раз и от всего сердца.

Я слушала со всем возможным вниманием, едва ли не раскрыв рот. И дело здесь было не только в том, что предмет разговора являлся очень интересным, но в личности собеседницы, ибо сидящая передо мной женщина одним своим видом производила неизгладимое впечатление.

До сегодняшнего дня лично знакома с Клавдией Константиновной я не была, да и видела ее, в общем-то, только мельком. Поэтому, когда утром, спустя час после завтрака, встретила ягиню на нашем пороге, была, мягко говоря, ошарашена. И сразу же поняла, почему Тарас Петрович много лет был в нее влюблен.

Ученая соседка оказалась по-настоящему сказочным, нереальным существом. Тонкая и воздушная, с густыми пепельными от седины волосами, лучистыми голубыми глазами и потрясающей теплой энергетикой, которая буквально накрыла меня с головой. Если бы бабушка не сообщила, что Клавдия Константиновна всего на семь лет младше ее самой, я никогда не смогла бы самостоятельно определить возраст волховской ягини. Она выглядела гораздо моложе своих лет, однако юной тоже не казалась. Ей одновременно можно было дать и тридцать, и пятьдесят, и восемьдесят — в зависимости от того, на что смотреть — на ее хрупкий стан, доброе лицо с сеточкой тонких морщинок или в мудрые ласковые глаза.

Наверняка в молодости у Клавдии Константиновны было много ухажеров. Однако то, что в Волховском она живет одна и на знаки внимания местного погодника только улыбается и грустно качает головой, явно говорит о том, что личная жизнь у сказочной волшебницы сложилась непросто.

От пирогов гостья отказалась, а вот чаю выпила с удовольствием, поэтому мое «обучение» началось в кухне за обеденным столом.

— Наши предки не зря оставили нам кучу всевозможных заговоров и заклинаний, — говорила она, отпивая горячий напиток маленькими глотками. — С одной стороны, эти тексты — средневековая дикость. Сейчас и наука, и магия шагнули далеко вперед, так что надобность в них отпала. Однако, среди древних заговоров попадаются такие, которые несут в себе огромную силу. Если правильно их произнести, даже обычный человек сможет прогнать болезнь, приманить удачу или оградить свой дом от врагов. Это не говоря уж о магах-заклинателях, им и напрягаться не надо — нужная тональность и правильный ритм заложены у них глубоко в подсознании. К счастью, чтобы слова обрели силу, говорунам тоже надо искренне этого захотеть, иначе любой разговор они бы превращали в ворожбу.

— Мои слова чаще всего обретают силу, когда я злюсь, — сказала я ей.

— Это потому что ты молодая и неопытная, — улыбнулась ягиня. — Чтобы начать колдовать, тебе сейчас нужны сильные эмоции, а вызвать раздражение обычно бывает проще всего. Но это не очень хорошо, Людочка. От злости быстрее тратится резерв, магию сложнее удерживать в нужном русле. К тому же, переносить такие эмоциональные взрывы скоро станет психологически тяжело.

— И что же мне делать?

— Учиться управлять эмоциями. Для тебя, как для говорухи, очень важно уметь по собственному желанию включать и выключать волшебную речь, тратя при этом минимум душевных сил. Иначе сгоришь, как свечка.

Я перевела взгляд на молчавшую все это время бабулю.

— Прости, звездочка, но я тут не помощница, — развела руками Лекарцева-старшая. — Эх, жаль дед до этого дня не дожил! Уж он бы научил тебя своим премудростям.

— Обычные целители — по сути своей ремесленники, — кивнула Клавдия Константиновна. — Лечат чаще руками, в тонкие материи не лезут. У тебя же как раз специализация тонкая, к тебе другой подход нужен.

— И кто же тогда научит меня магии? — удивилась я.

— А никто, — коротко усмехнулась ягиня. — Заклинателя может обучить только заклинатель, а их у нас больше нет. По крайней мере, в радиусе тысячи километров точно. Я на роль учителя тоже не гожусь, все мои знания по этому вопросу — исключительно теоретические. Так что придется тебе заняться самообразованием. А чтобы придать этому делу хоть какое-то направление, я дам учебное пособие.

Она вынула из кармана маленькую книгу — старую, в мягкой выцветшей обложке, протянула ее мне.

— Это одна из моих первых научных работ, — снова улыбнулась Клавдия Константиновна. — Здесь напечатаны несколько десятков сильных действующих заклинаний. Я их шесть лет собирала.

— И сколькими же экземплярами вышла эта полезная книжица? — подозрительно поинтересовалась моя бабушка.

— Тремя, — спокойно ответила ягиня. — Я тогда замужем за директором типографии была, он мне научный материал в отдельную книгу оформить и помог. Не переживай, Валя, ни к кому лишнему эти тексты в руки не попадут. Два последних экземпляра хранятся в моем университете — один в библиотеке, другой на кафедре. А, может быть, их уже и выбросили. Студентов сейчас обучают по новой программе, так что труды многих педагогов просто отправили в утиль.

Бабушка недоверчиво пожала плечами.

— Ты почитай эти заклинания, Люда, — сказала мне гостья. — Прислушайся к себе. Может, поймешь или почувствуешь что-то новое.

Я взяла книгу в руки.

Нда… Есть у меня предчувствие, что это будет непросто.

…Клавдия Константиновна отправилась домой спустя полчаса. Допив чай, она обсудила с моей бабушкой озверевших грызунов, которые начали устраивать набеги на ее подвал, и поделилась подозрениями по поводу того, что бессовестные крысы могли быть перерожденными. В ответ на это бабуля вручила ей остатки чудо-порошка, который накануне своей смерти презентовала нам баба Зина, и со вздохом предположила, что при таком положении дел наведаться в гости к заозерному некромагу все-таки придется.