Магия страсти - Анна Чарова

— Но почему именно я?

Саяни встала, подняла подол и на цыпочках проследовала к двери, убедилась, что нас никто не подслушивает, заняла свое место и объяснила шепотом:

— Маги, которых мы приглашали, говорили, что душа Вианты уже отлетела и отправилась в Вечный путь. Видимо, поэтому Незваный поселил в ее тело чужую душу, твою. Почему он выбрал тебя, не знаю. Ты для меня — неожиданность, я думала, что очнется Вианта. Та самая, со скверным характером. Потому я хочу знать, кто ты и откуда явилась. — Она положила на колени бесформенное стекло, похожее на прозрачный кулак — Кристалл распознает ложь, потому лучше тебе говорить правду.

— И что со мной теперь будет? — шепнула я.

— Ничего. Выйдешь замуж за Ратона и делай что хочешь. Я помогу тебе освоиться, но для этого мне нужно знать, чему тебя учить. Итак, откуда ты?

От души отлегло, но выдыхать было рановато. Любопытство заставило меня солгать — хотелось посмотреть, как работает местный детектор лжи.

— С Беззаконных земель…

Кристалл налился красным, будто крови хлебнул.

— Пойми, мы теперь связаны, — терпеливо продолжила Саяни, она говорила со мной, как доктор с больным. — Сговор с Незваным карается смертью, так что я очень заинтересована, чтоб ты жила и никто не узнал о том, что я сделала, а ты нуждаешься во мне.

Полностью верить ей, конечно же, не следовало, но полагаться в вопросах адаптации — вполне. Стало радостно, что у меня теперь есть союзник. Да и накопившееся рвалось наружу, а тут появились свободные уши.

— Я — человек, — сорвалось с моих губ, и кристалл не изменил цвет.

— Вижу, и это хорошо. — Саяни улыбнулась с облегчением и добавила шепотом: — Откуда ты?

Я наклонилась к ней и прошептала в самое ухо:

— Из более развитого мира, который обогнал ваш лет на восемьсот, где нет магии и все равны в правах: и простолюдины, и аристократы. Талантливый простолюдин может добиться многого и разбогатеть. У нас не пользуются лошадьми, люди передвигаются на… — я задумалась в поисках нужного слова, щелкнула пальцами. — Каретах, которые ездят сами. Как они работают, долго рассказывать. И летают на железных птицах, я работала в месте, где учат их делать.

Глаза Саяни стали еще круглее, чем были, сказанное показалось ей настолько фантастичным, что она потерла кристалл, но он не покраснел.

— У нас все по-другому: воду не надо носить в умывальник, она сама течет из… из стены, причем уже подогретая. Не надо топить печь, дома обогреваются сами. Мы разговариваем друг с другом, хотя находимся за много, — я хотела сказать «километров», но вместо этого выдала: — парх. У нас по-другому меряют расстояние, люди живут семьдесят лет, некоторые — дольше. До встречи с Незваным мне было тридцать и я умирала от неизлечимой болезни. Наверное, поэтому он и решил забрать именно мою душу: мой мир уже отторг меня, мне нечего терять, и я согласилась пойти с ним. Но куда, он не уточнял.

Саяни слушала, смотрела на меня с недоверием. Я пожала плечами:

— Понятия не имею, что тут у вас как устроено, могу только догадываться.

— Не удивительно, что Арлито принял тебя за демона-подселенца, — проговорила Саяни, поднялась и принялась ходить по комнате туда-сюда. Остановилась, вскинула голову и продолжила: — Не надо его бояться, он человек надежный. Случись чего, будет на нашей стороне, а не на стороне ордена. Он хотел как лучше.

— Думаете, ему стоит рассказать, кто я и откуда? — прошептала я одними губами — княгиня задумалась. — Чем больше людей знает, тем мы уязвимей. Даже маг — всего лишь человек, а самые опасные враги — бывшие союзники.

Саяни посмотрела на меня с уважением:

— Ты умна. Мы должны поладить.

— Чтобы строить железных птиц, нужно очень много знать. Да, без лишней скромности признаю: я умна и знаю больше, чем любой человек вашего мира, думаю, мои знания могут пригодиться.

— Все это очень интересно, — кивнула княгиня. — Но главное для тебя сейчас — выжить. А для этого надо пройти обряд экзорцизма, чтоб маг убедился в том, что ты человек Он попытается изгнать из тебя демона, это не опасно для людей.

Наблюдая за ней, я делала вывод, что выгляжу, как простолюдинка. Смотришь на Саяни, и сразу понятно — королева, как минимум герцогиня: спина прямая, шея длинная, подбородок поднят, глаза смотрят прямо. Ни суеты, ни неуверенности. Я же мечусь, как белка. Надо взять себя в руки, но как же это сложно при таком темпераменте!

— Ладно. — Я выпрямила спину, встала и сказала громко: — Пусть проводит свой ритуал. О том, как жить дальше, поговорим после.

Наверное, стоит показать Саяни пластину — вдруг она знает, зачем нужна эта вещь. Я сняла с шеи странный подарок и протянула княгине:

— Это он дал. — Я покосилась на дверь и прошептала: — Незваный. Просил найти его здесь, еще сказал, что только я могу что-то сделать. Он пропал, не договорив. Как думаете, что это? Где найти Незваного?

— Нигде, его надо призвать. Не советую больше никому рассказывать, потому что если узнают, тебе не поздоровится.

— Как призывать?

— Очень сильно захотеть его увидеть, он услышит зов и решит, приходить или нет.

Саяни покосилась на подарок Незваного, как на ядовитое насекомое. Поддела цепочку мизинцем, поднесла предмет к глазам, пытаясь разобрать иероглифы, повертела и сказала:

— Арлито не заметил на тебе это?

— Нет, хотя пластина всегда была при мне.

— Странно, вещь точно магическая. Видимо, у нее хорошая маскировка. Советовала бы тебе ее выбросить.

— Так что это?

— Не знаю. — Она качнула головой. — Язык мне не знаком. Давай спрячу в сумку, там ее вряд ли будут искать.

Когда в дверь постучали, я сняла пластину Незваного, и Саяни положила ее в сумочку, где хранились шепчущие камни.

— Войдите, — прохрипела я и замерла посреди комнаты, выпрямила спину, вздернула подбородок. Получился столб столбом, зато очень важный. Надо будет поучиться грации у Саяни.

Одновременно вошли Арлито и Тайя, я выдержала пытливый взгляд злобного карлика, подождала, когда служанка поставит ванночку с лечебным раствором, и приказала ей убираться. Арлито тоже хотелось выгнать, но пришлось снисходительно улыбнуться:

— Проводи свой ритуал и уходи. Или мне идти за тобой на дознание?

Маг склонил голову, приложил руку к груди, затем выпрямил ее. Надо запомнить этот жест уважения. Или покорности? Или он так извиняется? Сколько всего! Чтобы не оступиться и не опозориться, надо пару недель брать уроки хорошего тона у Саяни. Как мне реагировать на его жест?

— Приношу свои извинения, — сказал он, выпрямляясь, сел на корточки и принялся чертить на полу моей комнаты звезду Давида размером с человека — два взаимопроникающих треугольника. Надо же, наши люди и здесь отметились. Закончив, отложил белый мел и над верхним углом начертил знак углем, похожий на червяка, нанизанного на вертел. Внизу нарисовал нечто, напоминающее пухлую сову. — Бэрри, встаньте, пожалуйста, в середину.