Искатель искомого - Пирс Энтони

– Да ты только скажи ему – это все, о чем я прошу. А за это я выполню любое твое желание, если, конечно, совесть позволит.

– А откуда мы знаем, что у тебя действительно есть душа? – сказала Мари-Анна. – Как можно вообще доверять демонам!

– Если она девственница, ее мог бы проверить единорог, – сказал я.

Дана засмеялась.

– Нашли девственницу! Я была нормальной демонессой несколько столетий! Единорог меня к себе и близко не подпустит.

– Как же нам тогда убедиться, что ты говоришь правду? – спросила Мари-Анна.

– В Северной Деревне есть душевидец, – сказала Дана. – Можем слетать, если хочешь.

– А как ты собираешься помочь нам? – спросил я. Путь до Северной Деревни неблизкий; демонесса вполне могла замыслить дурацкую шутку, а то и ловушку. – Разузнав, не замышляют ли демоны атаку?

– Я так понимаю, что тебе надо инспектировать Парнас.

– Да.

– И тебе придется беседовать с менадами.

– Да. Поэтому мы и обратились к оракулу.

– Я могла бы принять твой облик и опросить менад сама. Или еще кого-нибудь, если понадобится. Мне-то вреда никто не причинит.

Предложение было заманчивое.

– Тогда летим завтра в Северную Деревню, – сказала мне Мари-Анна. – Если Дана говорит все это искренне, она сильно нам поможет.

На том и порешили. Демонесса исчезла, а мы легли спать. На следующее утро мы оседлали коней и полетели на север. Дана летела рядом в облике вымершей полуптицы-полуящера, превращаясь в человека лишь на привалах.

Северная Деревня – селеньице довольно убогое, известное лишь этим самым душевидцем. Причем это не человек и даже не животное. Душевидец – это такое место.

– Идите по западной дороге до Рощи Ключевого Камня, – объяснил нам пожилой крестьянин. – Там есть дверь и ключ. Душа есть – значит, откроешь.

– И все? – спросил я. – Просто дверь?

– Просто дверь, – подтвердил старик.

– А что за дверью?

– Сами удивляемся...

– Удивляетесь? А пойти и посмотреть?

– Раньше там за дверью роща была, мандарика росла, апельсика... Наши деревенские туда часто по ягоды хаживали. Но вот трое пошли два месяца назад и так до сих пор не вернулись. Мы уж теперь эту дверь подальше обходим.

– Но они же, наверное, в беду попали! – сказал я. – Неужели никто не проверил, что с ними?

Старик только пожал плечами и поковылял дальше. Вот уж поистине деревенские нравы!

– Иногда мне кажется, что мы неправильно понимаем слово «душа», – сказала Мари-Анна. – Вот, например, у этого старика – есть она или нет?

Мы вскочили на коней и двинулись на запад. Вскоре мы заехали в такие дебри, что если бы не врезанная прямо в чащу дверь, то их можно было бы назвать непроходимыми. Дверь была каменная, с крюком, на котором висел большой деревянный ключ.

Я снял его с крюка, но призадумался.

– А вдруг это просто легенда? – сказал я. – Вдруг этим ключом может воспользоваться кто угодно – хоть с душой, хоть без души?

– Это не легенда, – ответила Дана. – Об этом все демоны знают.

– Так на то вы и демоны, чтобы обманывать, – сказал я. – Не обижайся...

– Я не обижаюсь. Но, если хочешь, приведу для проверки подружку – тоже демонессу.

Предложение было сомнительным, но выхода не было. Я повесил ключ на место.

– Веди.

Она исчезла и тут же возникла вновь – с другой демонессой в человеческом облике. Демоны-самцы, как я заметил, обычно стараются воплотиться во что-нибудь пострашнее, самки же делают упор на сладострастие. Позже мне пришлось в этом убедиться неоднократно.

– Моя подружка Метрия, – сказала Дана.

– Какая я тебе подружка! – возмутилась та. – У демонов подружек не бывает!

– Наличие души предполагает дружбу, – заметила Дана. – Вот если бы я сказала, что я – твоя подружка, это была бы неправда, поскольку ты обязательно меня по демонскому обычаю предашь. Но я-то тебя предавать не собираюсь. Следовательно, ты – моя подружка.

– Все правильно, – согласилась Метрия. – Как увидишь в зеркале свою киску, обязательно ей это расскажи!

– Кого увижу?

– Мурыску, мурлыку, мяуку, кошару...

– А, кошку?

– Называй как хочешь. Ты совсем разучилась говорить демонически!

– Да. Но с помощью этих добрых людей я все-таки надеюсь избавиться от души. С твоей стороны было большой любезностью прийти сюда...

– Я заявилась только для того, чтобы одурачить тебя и этих смертных простофиль. Люблю, знаешь, посмеяться над чужой бедой.

Дана повернулась ко мне.

– Я выбрала Д.Метрию, потому что она, как видишь, говорит правду и ничего, кроме правды.

– Но как она может быть правдивой, не имея души? – спросил я.

– Ну, для этого душа не обязательна, – сказала Дана. – Среди людей, например, полно лжецов. Душа пробуждает совесть, но можно ведь и правду говорить бессовестно.

– Да, я считаю, что правда – это нож острый, – сказала Метрия. – И очень удобный. Сокрушать моральные ценности лучше всего с помощью правды.

Я взглянул на Мари-Анну. Она в ответ только развела руками. Наши моральные ценности были сокрушены.

– Ну, начнем, пожалуй, – сказал я и снова потянулся за ключом.

– Подожди, пусть сначала попробуют демоны, – сказала Мари-Анна. – Мы ведь собирались проверить Дану, а не тебя.

Теперь за ключом потянулась Дана.

– Нет, пусть лучше Метрия, – сказал я.

– Ну, я – так я, – сказала Метрия и попыталась схватить ключ. Пальцы ее сомкнулись, пройдя сквозь деревянный стволик. – Что это я на него никак щупальцем не попаду? – в замешательстве проговорила она.

– Чем? – спросил я.

– Конечностью, хваталкой, пятерней, лапой...

– А, рукой? – сказал я.

– Называй как хочешь. Этот ключ – иллюзия. Я не могу его ухватить.

– Так это действует, – сказала Дана. – Я думала, ты знаешь.

Метрия смерила ее взглядом.

– Ты, может, еще век назад была старой метелкой, а мне лет двадцать, не больше. Откуда же мне знать про ключ-призрак!

Дана поглядела на нас.

– Метрия правдива во всем, если только речь не заходит о ее возрасте. Но ведь это среди женщин ложью не считается.

– Конечно, нет, – подхватила Метрия. – Женщине всегда столько лет, на сколько она выглядит.

– Это правда, – сказала Мари-Анна.