Отражение - Дженнифер Арментроут

Я решил, что мы поговорим позже, и этот момент настал за обедом. Девушка подлетела ко мне, когда я рассказывал Билли Крампу, как Доусон сбежал из дома, а теперь вернулся, и далее согласно официальной версии, которую мы придумали.

Кэт опешила, увидев, что в одной руке я держу молоко, а в другой – кусок пиццы.

– Фу, – бросила она, качая головой.

По-моему, пицца с молоком сочеталась просто отлично.

– Нам нужно поговорить, – предупредила Кэт.

Я откусил кусок пиццы, а Кэт тем временем так зыркнула на Билли, словно хотела испепелить его взглядом. Должно быть, почувствовав это, он поднял руки и попятился.

– Ладно, Дэймон, позже поболтаем.

Не отводя глаз от Кэт, я молча кивнул.

– Что, Котенок? Пришла извиниться?

– Нет, извиняться я не собираюсь, – прищурившись, ответила она. – Это ты должен извиниться.

– Это еще почему? – спросил я и глотнул молока.

Казалось, у Кэт из ушей вот-вот повалит дым.

– Ну, для начала, потому что задница не я, а ты.

– Начало неплохое, – усмехнулся я.

– И это я переубедила Доусона. – Девушка победоносно улыбнулась, в то время как лично я радости от этой победы не ощущал. – А еще… Стоп. Это неважно. Боже, вечно ты так делаешь!

– Как?

Я рассматривал Кэт. Пускай она и злилась на меня, а я злился на нее, в гневе она была чертовски сексуальна. На щеках алел румянец, глаза потемнели – мне хотелось уложить ее прямо на один из этих столов.

– Отвлекаешь меня всякой чушью! – воскликнула она. – Если не знаешь, что такое «чушь», поясню: это глупости. Ты вечно отвлекаешь меня своими глупостями!

– Я знаю, что такое «чушь», – заметил я, доев пиццу.

– Ну надо же! – бросила Кэт.

Мои губы сами собой изогнулись в улыбке.

– Видимо, я неплохо тебя отвлек, раз ты до сих пор так и не сказала мне, о чем хочешь поговорить.

Казалось, Кэт едва сдерживается, чтобы не врезать мне.

– Я видела…

Тут на нее налетел футболист Томми Круз – друг Саймона, который, скорее всего, уже не числился в списке живых. Вроде бы случайно. Черта с два. Я выпрямился и отошел от стены.

– Прости, – захихикал Томми. – Я тебя не заметил.

Не теряя ни секунды, я схватил Томми за рубашку и толкнул его к стене, на которой был нарисован идиотский талисман команды. Парень выпучил глаза. Я ожидал потока проклятий, но тот лишь выдохнул:

– Господи Иисусе.

Другой рукой я поднес ему прямо к носу пакет молока.

– Видишь его? Хочешь, чтобы на нем красовалась твоя морда? Нет? Так я и думал. Еще хоть пальцем ее тронешь – и без твоей фотки на пакете не обойдется^[11].

– Мальчики! – крикнул тренер Винсент. – Прекратите! Прекратите сейчас же!

В заполненном помещении кафетерия воцарилась тишина.

Томми затравленно осмотрелся, словно действительно решил, будто кто-то вмешается в нашу потасовку. Но уж точно это не его тренер. Тренер был из Лаксенов. Улыбнувшись ему, я медленно отпустил Томми, сделал шаг назад и вылил молоко прямо ему на голову.

Кэт прикрыла рот ладошкой, когда густая белая жидкость потекла по лицу Томми. У меня за спиной кто-то засмеялся.

– Рад, что мы достигли взаимопонимания, – сказал я, слегка ударив парня в грудь, а потом выбросил пустой пакет в мусорку и повернулся к тренеру: – Прошу прощения. Эти молочные пакеты ужасно скользкие.

Тренер бесстрастно посмотрел на меня.

– Убирайся. Сейчас же.

Я взял Кэт за локоть и повел ее к выходу.

– Это не слишком? – пылая от смущения, шепнула она.

– По крайней мере я выпустил пар, – пожал плечами я. – А ты посмеялась.

Кэт улыбнулась.

– Ладно, согласна. Было смешно. Очень. Спасибо.

– Не за что.

Я провел ее по коридору и остановился у дверей спортзала. Она повернулась и прислонилась к стене. Я уперся руками по обе стороны от ее головы и склонился к ней.

– Можно мне кое в чем признаться?

Девушка закивала.

– Мне ужасно нравится, когда ты злишься на меня. – Улыбнувшись, я поцеловал ее в висок. – Иногда меня это беспокоит, но мне все равно нравится.

– Сосредоточься. – Кэт не дала поцеловать себя в губы, слегка толкнув меня в грудь. – Мне нужно сказать тебе кое-что важное. Куда важнее твоих фантазий.

Я улыбнулся и отступил.

– Ладно, выкладывай. Я сосредоточен. Весь – внимание и все такое.

Кэт тихонько рассмеялась, но тут же тяжело вздохнула.

– Я видела Блейка сегодня. Уверена, это был он.

Я наклонил голову набок. Должно быть, я ослышался. Не может быть, чтобы этот идиот вернулся. Он же знает, что здесь ему не жить.

– Повтори-ка?

– Кажется, я видела Блейка. Всего несколько минут назад.

– Насколько ты уверена? Ты его хорошо разглядела? Узнала в лицо? – Я сжал кулаки, чувствуя, как во мне нарастает злоба.

– Да, видела… – Кэт вдруг замолчала и наморщила нос. – Но лица не разглядела.

Лица не разглядела? С чего тогда она решила, что это он? Я вздохнул – на меня нахлынула тревога другого рода.

– Так. Что именно ты видела?

– Бейсболку, – призналась девушка, теребя пальцы. – На ней доска для сёрфинга нарисована. И руку видела…

– Давай проясним. Ты видела руку и бейсболку, верно?

– Ага, – смущенно ответила она.

Я смотрел на нее, чувствуя, как во мне нарастает тревога за нее – за ее психическое состояние, – и эта тревога постепенно вытесняла гораздо более жгучий гнев, справиться с которым мне было бы значительно легче. Кэт побывала в настоящем аду и до сих пор ждет самого худшего, так что не приходилось удивляться, что теперь она увидит Уилла и Блейка даже там, где их на самом деле не было. Смягчившись, я обнял ее и притянул к себе.

– Ты точно уверена, что это он? Если нет, это нормально. Тебе пришлось пережить сильный стресс.

Кэт наморщила нос.

– Однажды ты уже так говорил, – заметила она.

– Котенок, но теперь все иначе. – Я чуть сильнее прижал ее к себе. – Кэт, ты уверена, что это он? Я не хочу поднимать всех на уши, если тебе только показалось.

На мгновение девушка встретилась со мной взглядом, а затем снова опустила глаза. Я крепче обхватил ее за плечи. Мне безумно хотелось, чтобы она никогда не оказывалась в такой дерьмовой ситуации, чтобы не знала этого страха.